Чтение онлайн

– Доброе утро!
– В кабинет вошел подполковник.
– Все в сборе?
– Он посмотрел на часы.
– Долго мы не задержимся. Кандидатура на слет врачей ИТУ отобрана и…

– Конечно, Иван Кузьмич, - сказала полная женщина, майор медицинской службы, - кандидат один. В Красноярске ее знают, - засмеялась она.
– Нам благодарность прислали за такого сотрудника. Поедет Чепурных. Она и врач один из лучших, если не лучшая, не в обиду другим будет сказано.

– Все ее достоинства мы знаем, - усмехнулся подполковник.

«Вот и знакомая пересылка», - заходя в камеру, подумал Борис. С ним вошли еще пятеро.

– Откуда, земляки?
– спросил полный, по пояс голый мужчина весь в татуировке.

– Из Казани, - ответил рыжий здоровяк.

– Чайку нет? А то бабки выгребли при шмоне, а чаек кончился.

– Имеется, - кивнул рыжий.

Борис бросил матрац на свободное место и сел. Достав сигареты, прикурил.

– Ну а я им хрен козлам!
– воодушевленно продолжал свой рассказ крепкий мужик.
– Давай, говорю, чифу, цейлонский я пью, и пачку «Парламента», тогда и базар будет. Ну, расстегнул ширинку и поссал на них.

– Погодь, Афган, - сказал полный, - сейчас чифы заварим, продолжишь. Мужик с ментами на Котчихе сцепился, - объяснил он вошедшим, - в бега хотел уйти.

У двери встал плотный парень. Один мужик, присев у унитаза, держал алюминиевую кружку над факелком из туго свернутых полосок, оторванных от матрацев.

Рыжий достал чай в целлофановом пакете и подсел к остальным.

– А тут как раз комиссия на зону приехала, - возбужденно заговорил крепкий.
– Меня хозяин чуть ли не на коленях просил - слезь, Афган, что хочешь для тебя сделаем, даже бабу приведем, - хохотнул он. Остальные тоже рассмеялись.
– А я решил, что хрен вам! Крови попью у козлов и вниз. ВДВ не сдается.

Борис покачал головой и лег.

– Атас!
– предупредил плотный варившего чифир зэка и отошел от двери. Зэк сунул факелок в унитаз и быстро вернулся к остальным. Кружку с чифиром поставили под нары и накрыли алюминиевой миской. Дверь открылась.

– Что тут у вас?
– заглянул в камеру контролер.

– Не время сейчас, Васин, - недовольно сказал ему корпусной.

В камеру вошли четверо.

– Ба!
– Полный вскочил.
– Кого я вижу! Рублик собственной персоной. Привет, бродяга!
– Он протянул руку невысокому худощавому мужчине.

– Здорово, Батон! А ты все не худеешь…

– Садись, братан, - предложил полный.
– Сейчас кумар собьем. Правда, маловато на всех, но…

– Еще варите.
– Рублик кивнул крепкому мужику.
– Дай им чаю, Боб.

Тот, оглянувшись на дверь, скинул куртку и стал выворачивать карманы. На газету сыпался чай.

– Это Афган, - показал на крепкого Батон.
– Слышал о Котчихе? Где с крана…

– Тормози, - остановил его вошедший последним пожилой мужчина.
– Сухарь это, - усмехнулся он.
– Я Афгана на больничке в Лесном видел. Этот сухарится под него.

– Да ты что, мужик?
– Крепкий вскочил.
– Я Афган и…

– Откуда бежал?
– перебил его Рублик.
– И с кем?

– Да это, - растерялся тот, - я…

– Сука!
– Батон мощным ударом в лицо сбил его на бетонный пол. Недавние слушатели стали бить ногами пытавшегося закрыть голову руками и оравшего «Помогите!» крепкого. Дверь раскрылась.

– Хватит, вашу мать! Сейчас группу вызову!
– пригрозил контролер.

– Выбросьте это дерьмо!
– Батон напоследок пнул рассказчика.

– Не убейте!
– крикнул контролер.

Рассказчика выбросили в открытую дверь.

– И это заберите!
– Лысый мужик выбросил следом холщовый мешок. Дверь закрылась.

– А мы, блин, уши развесили, - хмыкнул Батон.
– Идиоты…

– Ты давно тут?
– обратился к Борису пожилой.

– Он только что пришел, - насторожился Батон.
– А что? Хвост?…

– Чего молчишь, Полковник?
– спросил пожилой.

– Слушаю, - усмехнулся Борис.

– Вот это Афган, - кивнул на него пожилой.
– А вы уши развесили. Он хрен чего жевать о себе будет. Подвинься.
– Он сел рядом с Борисом.
– Чей это матрац?

– А ты кто такой?
– недовольно спросил плешивый мужчина.

– Витя Колыма, - ответил за него Рублик.

– Тебя куда катали?
– Колыма лег на матрац.

– В Казань, в психушку. Почти три месяца там был.

– Что-то не похоже, что ты из казанской психушки, - усмехнулся молодой мужчина со шрамом на виске.
– Я видел мужиков…

– Тебе больше других надо?
– подошел к нему Рублик.
– Закрой пасть и утихни.

– В натуре, Полковник, - сказал Колыма, - оттуда такие возвращаются…

– Да из психушки он, - вмешался пожилой.
– Я тоже там был. Он перед этапом завхоза товарнул, Фантома. По нему, сучаре позорной, давно пика плачет. Зато Нинель к нему по-божески отнеслась. Почему, хрен ее знает. Он не стучал и по жизни жил.

– Во!
– удивился Колыма.
– А чего ты притих, Ржавый? Топай сюда.

– Да оглядеться хотел, что за публика.
– Ржавый подсел к Колыме.

– Тебя ж на крытку во Владимир отправили, - сказал Колыма.
– А оттуда ты вроде на психушку свалил. Значит, в Казань попал?

– Да я там одному менту штифт достал и под дурика закосить хотел. Ну а чтобы дело замять, меня в психушку и спихнули. Видел я его там, он перед отъездом лихо троих козлов товарнул. Так что не наезжайте на мужика. Все по жизни у него правильно. Не знаю чем, но Нинель он перевоспитал. А ты откуда и куда?

Котчиха

– Да сколько можно?
– недовольно спросил по телефону Виктор.
– Чуть что, Вера. А она, кстати, в этом Красноярске и…

– Вопрос решен, Виктор Андреевич, - перебила его женщина.
– Пятого сентября Вера Георгиевна должна быть в Красноярске. Она будет представлять наше управление. Программа разнообразная. Так что через двадцать пять дней она должна приехать в Киров, а потом мы отправим ее в Красноярск.

– Есть, товарищ майор, - ответил Виктор.

– Я не поеду, - сказала Вера.

– Поедешь.
– Он положил трубку.
– Приказ не обсуждается. Но я умоляю тебя, не впутывайся больше в истории. Пусть преступников ловит милиция.

Восточный

– На выезде, значит, работаем?
– спросил Борис мужика, пившего чай.

– Ага, стройка. А у тебя какая профессия на воле была?

– Да никакой.

– Бомж, значит? А не похож. Отрядный мужик тут ничего. Завхоз, Немец, так себе. Ну не явный козел, не стучит, но все равно с ним поосторожнее. Запросто подставить может. А ты откуда?