Чтение онлайн

Я теперь ни в чём не был уверен.

Но узнать что с Мариной было, пока она находилась в руках Кубрынина, способ был. И этот способ мне не нравился. Я не знал как он подействует на слабенькое сердечко Котёнка, а если введу недостаточную дозу, то могло и не получиться вовсе.

В любом случае нужно обсудить это с ней, а значит, мне придётся выложить перед ней всё, даже своё прошлое, чего я не хотел. Моего солнышка не должна была коснуться эта грязь. Меня не волновало как её отношение изменится после этого ко мне, к презрению и страху в глазах других людей я привык, а вот каким грузом на неё это свалиться меня волновало. Она слишком молода для такого. Слишком невинна. Слишком… слаба.

Дьявол бы всё это побрал.

Потёр руками лицо, проклиная себя самого и чёртову ответственность. Раньше всё было проще. Раньше на кону не стояли дорогие сердцу и душе люди. Я мог с лёгкостью убить любого, даже не задумываясь о последствиях, а сейчас есть рычаг. Маленькая и хрупкая уязвимость в лице Марины, и с одной стороны это даже радовало — она дала мне смысл в этой жизни, дала весомый вариант за что бороться. А с другой — был дикий и липкий страх потерять этот смысл.

Вышел из машины, прихватив с собой пару сумок и пакет со сладостями, и направился к лестнице подземной парковки, но тут увидел движение справа. Паранойя заставила потянуться к оружию на поясе, но не было необходимости. Это был Павел. Отец Нины. Какого только ему понадобилось?

— Привет, Грешник.

Я кивнул. Этот субъект когда-то представлял для меня огромный интерес. Бывший спецназовец и начальник безопасности Фризер-младшей. После того как мы нашли девчонку, а с ней и дочерей Антона… Сколько же дерьма нам пришлось хапнуть тогда. Он пошёл против нас, чтобы защитить дочь и внучек, а мы пошли против него с той же целью, пока не поняли, что на доске не только наши фигуры. Это было… так глупо. По детски. Отдаться инстинктам и забыть про логику и стратегию. Собственно расслабило нас то, что Павел, даже со всеми его связями в ФСБ, не представлял для нас особой опасности. Что он может против нас? Только брыкаться и кусаться за пятки.

— Что привело тебя ко мне?

— Хотел поговорить по поводу работы.

Ага. А почему бы и нет? Этот мужик уж точно не встанет на чужую сторону. Его преданность девочкам и Нине абсолютна. Жаль не он с самого начала воспитывал дурочку. Может, тогда с неё вышел бы толк. Однако с воспитанием близняшек они справлялись на ура. Немного странноватые, как и их мамаша, но это было даже мило, а не пугающе.

— Когда ты сможешь приступить? — спросил, не желая ходить вокруг да около.

— Да хоть сейчас.

Я кивнул. Вот такой подход мне нравился. Мы оба были в выгоде от этого сотрудничества — он, зная мою нелюбовь к своей дочери, мог держать руку на пульсе, я… Да у меня было сотни отличных предлогов для согласия. К примеру, один из них заключался в возможности спустить курок в любой момент, но как бы там ни было, я восхищался Павлом — зная, что в проигрыше, всё равно сунулся.

А может, я себя накручиваю, и здесь только желание найти работу, потому что ничего другого Павел не умел, а вокруг Антона и Нины полно людей, которым Захаров доверял гораздо больше, чем несостоявшемуся папаше?

— Хорошо.

Отдав пару указаний и сообщив доверенному лицу о новом начальстве, я распрощался со своим новым начальником безопасности и продолжил путь в квартиру. Наличие Павла даже облегчало мне во многом жизнь. Вернее его огромный опыт. Мне даже не пришлось разжевывать его обязанности, а просто сообщить о планах и указать что нужно сделать в клубах. Несколько лет работы на Нину давали свои приоритеты. Да, у нее был всего один клуб и там были просто танцульки, да и не особо, скажем так, "чистый", но и это плюс. Конечно, к документам и счетам я не подпущу бывшего силовика, но теперь хотя бы есть кому следить за безопасностью клиентов и работников.

Тихо проскользнув в квартиру, старался быть незаметнее собственной тени, но с шуршащим пакетом это было сложнее. Разувшись и сбросив пальто там же на пол, прошёл в гостиную, думая, что девочка уже бодрствует, но ошибся. Спит под звук включенного телевизора. Шла какая-то передача, но мне стало плевать, увидев синяки под глазами у Котёнка. Когда же она уснула? Наверняка час или два назад. Организм хоть и молодой, но не окрепший, и не выдержал нагрузки.

Н-да. Иногда я уважал свою медицинскую сторону, а иногда злился на неё — вечно просыпается слишком поздно. Мог бы и раньше додуматься заставить её спать, а не ждать моего приезда. Значит, мне предстоит ещё многому научиться, и в первую очередь заботе.

По быстрому принял душ, насколько позволяла возня с протезом, натянул домашние штаны и нырнул под одеяло к своей девочки. Времени до осады особняка её отца у меня было достаточно, могу позволить себе короткий сон, но как только матрац подо мной прогнулся, Марина вздрогнула и проснулась. Тревожный взгляд прошёлся по комнате, но остановился на мне и расслабился.

— Ты приехал.

Улыбнулся, отпуская неведомо откуда взявшуюся натянутую струну во мне, и поцеловал её плечо.

— Прости что задержался. Кое-что пошло не так.

Она повернулась ко мне, обняла и прижалась всем телом. Ни одеяло, ни моя футболка на ней не оставили меня без внимания и возможности к сопротивлению. Останавливала только мысль, что я до сих пор не дал ей новый N-13.26. Глупо, конечно, тратить его на такое, но что-то внутри сопротивлялось мысли, поступить иначе. В голове набатом бил срок в полгода. Ещё одно дерьмо, которое нужно с ней обсудить, а не могу. Не могу заставить себя опечалить её хоть чем-то.

— А ты мне снился, — прошептала с блаженной улыбкой, всё больше и больше расслабляясь под моими ласками.

Какие же шикарные у неё волосы. Чистый шёлк.

— Это хорошо.

Подняла на меня взгляд и хитро улыбнулась.

— Даже если бы это был кошмар?

— Даже если бы это был кошмар. Это значит, что ты подсознательно ко мне тянешься. Разве это может быть плохо?

Она сузила глаза, ехидно усмехаясь.

— Как твое эго проходит в дверной проём хоть иногда?

— Ему приходится наклоняться.

Не выдержала всё-таки и засмеялась. Видеть в её взгляде радость и счастье… Это было бальзамом для моей души. Её смех, её улыбка. Я готов отдать за это всё.

— Я люблю тебя.

Тихие слова, сказанные так легко и в то же время сложно, отозвались волной чувств в моей груди. Умиротворяющих и пугающих. А доверие в её глазах и абсолютная преданность выбивали почву из-под ног. Как же долго я это искал, даже сам не понимая. В каждой шлюхе пытался увидеть хоть что-то кроме денежной выгоды, а нашёл в маленькой девочке.

Провёл пальцем по её губам, которые моментально приоткрылись навстречу моим, и утонул в море её нежности, податливости, готовности, но оторвался лишь на мгновение только для того, чтобы сказать истинную правду: