Чтение онлайн

— Но откуда? Как? Ада не собиралась это рассказывать и запретила мне вообще вспоминать об этом.

— Давайте так. Я хочу это услышать лишний раз от вас. Если ответ будет честный, и я в него поверю, то поеду куда скажете. Если нет, то…Аде придется надеяться на судьбу.

На тот момент я был уверен, что узнаю лишь очередной «темный» и жалкий секрет Ады, который поможет мне ее возненавидеть.

Но правда разрушила все устои, поддерживающие и подогревающие мою злобу. Вместо них появилась огромная дыра в сердце, продырявленная особым архитектором. Адой.

Девушкой, которой я хотел навредить. И она опять успела сделать это раньше меня.

Я не поверил. Не хотел верить. Мечтал отключить все эмоции и самоуничтожиться, потому что жить с такой ношей до безумия непросто.

И потому я не поехал узнавать, все ли в порядке с Адой. Мотал круги по городу на сумасшедшей скорости и заглушал мысли громкой музыкой, но в очередной раз сдался, когда резко притормозил у дома, к которому должен был приехать.

Но я опоздал.

POV: Ада

Мне было душно и жарко. Я с трудом вдыхала свежий воздух и снова кашляла, не понимая, что происходит. Мысли ударяли по голове и делали боль невероятно острой. Словно я каждую минуту на горячую рану сыпала соль и перец. Вызывала агонию и в то же время мечтала от нее избавиться.

Рядом сидела Роза. Женщина проплакала всю ночь у кровати, ожидая моего пробуждения. По словам врачей, скоро я буду в порядке. За счет жесткого корсета, в который, как оказалось позднее, была вставлена металлическая защита от пуль, я осталась в живых. Если бы прицел был наведен на голову или шею, я бы точно не выкарабкалась. Очередное «чудо» выздоровления, от которого несло чем-то животным и мерзким.

На животе осталась лишь небольшая рана. Она стремительно заживала, и после наложения швов это даже могло сойти за простой порез. Я никак не могла понять, почему мое везение должно проявляться именно таким образом. Почему, только чудом оставшись в живых, я снова вспоминала причины, которые подталкивали меня изо дня в день ползти дальше и не сдаваться.

Пока Роза вышла, чтобы принести мне поесть, я снова начала прокручивать в голове наш недавний диалог. Я очнулась рано утром и, как сказал врач, чувствовала боль только из-за того, что анестезия постепенно теряла свою силу. Чувства нарастали и возвращались огромным вихрем, который я отчаянно пыталась подавить. Мечтала, чтобы, как в красивых сказках, Влад спас меня и уберег от всего темного, что есть в этом мире.

Но его голос и правда мне только померещился. Его не было рядом, когда я нуждалась в нем больше всего. Глупо винить мужчину за это, потому что он не несет никакую ответственность за меня и даже не знал о том, куда я направилась.

Роза очень долго и медленно объясняла мне то, что произошло. Два года контракта мне все-таки уберут, но сейчас даже это не приносило никакой радости. Я устала от боли, страха, погонь и кошмаров, но особенно от того, что единственный любимый человек мечтает надавить еще сильнее.

Оказалось, заказчик связался с какой-то преступной группировкой и задолжал им тонну наркоты. Те начали угрожать и пообещали убить его жену и детей, если он не вернет все в срок. Тот решил подсунуть им другую девушку, то есть меня, чтобы они поверили в смерть его жены и отстали хотя бы на какое-то время. Дали отсрочку.

И это сработало. Белое платье очень красочно налилось кровавым цветом. Отдавало смертью и безнадежностью. Второй выстрел чудом прошел мимо, потому что я упала, и он не успел меня задеть. До сих пор жутко от одной только мысли, что я могла так легко погибнуть и что моя жизнь висела на волоске.

Обязательно передам огромное «спасибо» Дэвиду, который надоумил заказчика выбрать именно меня. Захотел наконец-то избавиться, чтобы я не мельтешила перед глазами. Ушел раньше, не желая впутывать себя в это дело. И как все «здорово» совпало — повод для вечеринки был. В этот день состоялась годовщина свадьбы моего заказчика и его жены.

Особенно «круто» то, что эта же дата могла стать моим погребением.

— Ответь мне только на один вопрос, — он больно схватил меня за волосы и потянул на себя с такой силой, что мне показалось, будто скальпель вот-вот поедет по швам, — что произошло шесть лет назад? Почему тебя месяц не было в университете?

Я застыла, впервые по-настоящему испугавшись Влада. Его красивое лицо исказилось от гнева и бесконечной ярости. Он впился взглядом мне прямо в глаза и требовал ответить, но я даже от себя пыталась спрятать настолько уродливую правду. Не могла произнести это вслух и уповала на то, что ему ничего не известно.

Мужчина усилил хватку, положил вторую ладонь на шею и прижал меня к стене. Я задыхалась, не могла вдохнуть и терялась в больных воспоминаниях, которые рвали душу на куски сильнее любого ножа. Распиливали ее таким образом, чтобы не было никакой возможности заштопать. Залечить. Спастись.

— Ну, Ада, я не слышу?!

Я захрипела, начиная терять сознание. Влад даже не осознавал, что держал меня слишком крепко. Он заметил мое состояние только после слез, потекших из глаз, и немного ослабил хватку, по-прежнему не выпуская из рук.

Нерешительно спросила:

— О чем ты? Я переживала твой уход и просто не находила в себе силы продолжать жить так, будто ничего не было. Будто ты не разбил мое сердце и не бросил в одиночестве.

— Заткнись. Не смей мне врать в лицо.

Я начала барахтаться в его руках и пытаться выбраться. Хотела сбежать, переехать в другой город, забыть обо всем и наплевать на контракт, потому что знала — стоит мне подтвердить его догадки, как он тут же выпустит свою ярость наружу. Даже не осознает, что перегнул палку. Поймет, когда будет уже поздно.

Острая боль в животе напомнила о незажившей ране, и я содрогнулась от жуткой агонии.

— Ты не имеешь права ничего от меня требовать. Отпусти! Слышишь, дай мне уйти и забудь вообще, что я существую!

Никогда не думала, что можно настолько дышать человеком, что тебе и без него плохо, и рядом с ним болезненно. Влад отравлял все вокруг, я видела в его глазах надежду на то, что я все опровергну, и тем ужаснее было осознавать мое положение. Нет никакой надежды, я отреклась от возможности иметь счастье и попыталась жить дальше, не чувствуя абсолютно ничего. Везде лишь пустота. Только прошлое было наполнено смыслом, но и оно причиняло адскую агонию, потому что в будущем и в настоящем нет никаких «нас».

За восемь часов до разговора

Несмотря на все уговоры Розы отдохнуть и проваляться еще один день в кровати, я вышла на работу. Не хотела давать Владу очередной повод поиздеваться, выпила обезболивающее и приехала в компанию. Чувствовала себя дерьмово, но таблетки быстро сгладили боль и помогли собраться с мыслями.

После произошедшего окружающее пространство казалось нереальным. Сюрреалистичным. Словно я в каком-то фильме, и вот-вот появятся титры, освобождающие от игры на публику, но время действия неумолимо продолжается и подталкивает к следующему шагу.