Чтение онлайн

Каетано оглянулся на старого некроманта и промолчал. С тем, кто отказался от Силы, ему было не о чем говорить, и нечего было объяснять. Старик все понял. Презрение того, кого мнил равным себе вынести тяжелее, чем презрение к себе самому. Отвернувшись, он медленно побрел обратно в деревню, на ходу что-то бормоча себе под нос и тряся головой. Но Каетано этого уже не видел - он смотрел вниз, на ручей, звенящий на дне оврага.

12.

Вечером он сидел в общей комнате и пил принесенное Анной лекарство из глубокой деревянной кружки. Если только он что-то понимал, кружку вырезали из ольхи, да не просто так. Он даже не стал проверять, нет ли в отваре яда, и без того зная, что нет: та, что служит Земле, не может убить или навредить, иначе сила сразу оставит ее. Таким сила дается не для себя - для других. Каетано этого на понимал.

– ...когда-то давно все было иначе. В те времена по земле еще бродили великаны, а в лесах обитал волшебный народец. Людей тогда было мало.

Голос Анны звучал убаюкивающе и ласково. Они сидели в полутьме за столом: Иви на коленях ведуньи, Марио возле печи баюкал ноющую культю - Анна давала ему что-то, чтобы снимать боль, но пить слишком часто запрещала, и он маялся. Его тихая жена вязала. Каетано сидел в углу, грея руки о чашу и прислушиваясь в пол уха к рассказу. За окном подвывал ветер, но бури так и не случилось. Уютно потрескивал огонь в печной утробе, пахло едой и еще травами, но это от Анна. За эти дни Каетано успел привыкнуть, что ведунья всегда приносит с собой запахи полыни и ромашки, вереска и имбирного корня. Он ко многому успел привыкнуть, и это тяготило его.

– У Неба было два ока, и Оно попеременно смотрело ими на землю, так что пока одно отдыхало, другое видело, что творится внизу. Но однажды к нему пришел Лунный волк и сказал: "Послушай, ведь это же несправедливо, что ты всегда видишь, что творится внизу, так люди ничего не могут сделать сами, они будут бояться тебя и твоего гнева. Позволь же им выбирать. Если ты дашь им время, чтобы творит то, что они пожелают сами, разве не сделает это их лучше, разве не позволит вырасти?

Небо подумало и согласилось, что и впрямь нужно дать людям шанс. И оно отдало одно свое око волку, и так появилась ночь. Днем Небо смотрит на мир зрячим глазам, а ночью - слепым, так что всякий волен делать, что пожелает. И это честно и справедливо, ведь если бы люди не могли выбирать, чем бы они выделялись из животных? Потому-то нам и дан дар - право выбирать.

– Но ведь если бы не было ночи, люди вообще не делали бы зла!
– возразила Иви.
– Разве не было бы так лучше?

– Человек должен иметь возможность выбора, потому что...
– Анна не договорила и осеклась и с удивлением посмотрела на резко поднявшегося со своего места Каетано.
– Что-то случилось?
– мягко спросила она. Каетано не ответил. Он прислушивался к чему-то, доступному только ему. Потом быстро отставил чашку.

– Кристиан?
– забеспокоившись, снова окликнула его Анна.

– Меня зовут Каетано.
– резко бросил колдун.

Не говоря больше ни слова, он быстрым шагом направился к двери. Если те, кто пришел за ним, не найдут его, и не поймут, что он был здесь, они уйдут, никого не тронув. Во всяком случай он очень на это надеялся.

Спрятаться в маленькой деревеньке было негде, поэтому Каетано просто завернул за угол дома и просел за большими старыми бочками, чутко прислушиваясь к звукам. Через несколько минут он услышал слаженный топот копыт и звон сбруи. Через минуту в конце улицы показался конный отряд. Каетано рискнул выглянуть из своего укрытия и едва не застонал - на всадниках были коричневые с красными полосами плащи, и попоны на лошадях такой же расцветки, это были моритури, идущие на смерть. Из деревни они просто так не уйдут.

Рассыпавшись между домов, воины спешились и начали выволакивать людей на улицу. Ничего не понимающие крестьяне почти не сопротивлялись, когда их согнали на маленькую площадь-пятачок перед рослым горбоносым капитаном. Последней притащили упирающуюся Анну. Ведунья отбивалась отчаянно, и была больше похожа на самую настоящую ведьму.

– Что это значит?
– крикнула она.
– По какому праву...

– Закрой рот.
– приказал капитан, брезгливо взглянув на растрепанную женщину. Анна хотела возразить, но осеклась, заметив поблескивавший на груди капитана золотой крест посланника кардинала. Она все поняла.

– Вы, отребье, приютили у себя некроманта.
– продолжал капитан.
– Каетано Ачилли. И сейчас вы расскажете, где он.

– С чего вы решили, что человек, о котором вы говорите, здесь?
– резко спросила Анна.

– Мы нашли следы в лесу.

Из-за спин моритури вышел парень в синем плаще, с посохом в правой руке. Он был молод, едва ли старше Каетано, и похоже, как многие молодые маги, еще не научился использовать свой дар, и потому ходил с посохом.

– И еще мы нашли трупы. Их убил некромант, в этом нет сомнений.
– продолжал маг.
– Даже если сейчас он не здесь, вы не могли не встретить его.

– А по решению инквизиции все пособники некроманта должны быть казнены на месте.
– договорил капитан, перебив мага.
– Но если вы окажетесь достаточно разумны, сможете избежать этой участи.

Он лгал, и люди ни на миг не усомнились в этом. Они стояли, молча переглядываясь и косились на Анну. Капитан поднял руку и солдаты взвели арбалеты.

– Считаю до трех.
– предупредил капитан.

– Я их тронуть не позволю!
– выкрикнула ведунья, хлопнув в ладоши.

– Нет, стойте!
– Маг кинулся к капитану, схватив его за руку. Щелкнули арбалеты, в воздухе прожужжали болты, часть которых ударила в радужную стену, поднявшуюся от земли. Закричали люди; тихо вскрикнула Анна, медленно осев - из ее тела торчали стразу три стрелы.

Тонко, отчаянно закричала Иви.

Каетано медленно опустился на землю, почувствовал затылком холод, исходивший от стены.

– Я хочу жить.
– тихо и отчетливо произнес он в пространство, точно кто-то мог его услышать.
– Я не хочу подохнуть в лечебнице, заживо съеденный собственным телом, я не хочу умереть вот так, в глупой стычке, не нужной мне, как раз тогда, когда я так близок к цели, не хочу!

– Каетано!
– Ветер будто издалека донес крик девочки.

– Дьявол вас всех забери!
– заорал Каетано, вскочив на ноги.

Огонь ворвался в ряды людей, сметая все на своем пути, за один удар сердца превращая металл и плоть в прах. Тем, кто стоял дальше, повезло меньше: вцепившись в одежду, огонь разъедал их медленнее, но потушить колдовское пламя они не могли и катались по земле, вереща от ужаса и боли. Но они все-таки не зря звались моритури. Бросившись врассыпную, оставшиеся взвели арбалеты. Замешкавшихся смело невидимой волной, оставившей полосы на снегу. Каетано воздухом отклонил несколько выпущенных в его сторону болтов, вернув их обратно.

– В людей стреляйте, тупицы!
– заорал на подчиненных капитан, едва увернувшись от полосы огня. Звякнули арбалеты, отправляя в полет серебристые росчерки болтов. Каетано оглянулся, взмахнул рукой, посылая ревущее пламя навстречу... и не успел. Среди трупов и осыпающегося пепла осталась стоять Иви, и в округлившихся глазах девочки замерло безумие. В тот же миг что-то толкнуло колдуна в ногу, он шагнул и, заорав, припал на одно колено - чуть повыше щиколотки из ноги торчал болт. Римболт поднял посох. Каетано успел ударить рукой по земле, вздымая переливчатый купол между ними и солдатами, и его накрыло, сбило с ног, протащив и прижав к земле. Каетано попытался подняться и закричал: тонкие серебристые нити притянули к земле тело, впившись в кожу как расплавленное железо.