Чтение онлайн

Мда, неприятно. А если Киру тоже как мать, куда-то упрятали, если жива, конечно. От этой мысли кольнуло в груди. Она продолжает мне сниться каждую ночь. Как будто я виноват в чем-то. Появляется в комнате, то рядом с кроватью, то у окна и смотрит на меня с укором. В храм, что ли сходить?

Ровно в десять началось заседание Совета. Когда расселись все по своим местам, в зал вошел представитель комиссии в сопровождении правоохранителя. Поприветствовав, как полагается, они заняли выделенные им места и представитель начал зачитывать обращения граждан. Чуть позже мы обсудили и озвучили решения по ним. Затем представитель комиссии озвучил жалобы на командоров Калле и Ансгара, дав им неделю на урегулирования ситуации. Горедса и Солье наградили почетными грамотами и отправили на пенсию. На их место назначили Йоргена и Барнса. Они прибудут через два дня. И напоследок пригласили Норвала Тоулса.

Когда в зал вошел доктор Тоулс, он не стал тянуть время и сразу перешел к делу. Он просил назначить его опекуном некой Самарской Ирине Игоревне. Что за имя? Иностранка?

Он кратко рассказал, как она попала к нему в больницу и некоторые особенности ее здоровья. Когда он упомянул о яде Лаоха, все встрепенулись. Я обратил внимание, что Вильос опустил глаза и с такой силой сдавил рукой карандаш, что тот сломался. А доктор продолжал говорить. Потом вызвал свидетеля, того самого правоохранителя, что сидел рядом с представителем. Тот подтвердил слова доктора и сказал, что дело ведут несколько сотрудников. Так что преступника скоро найдут. Потом снова заговорил доктор. Сказал, что девушка очень слаба, поэтому присутствовать сегодня на заседании не сможет. А он в свою очередь не может дать прогноза, сколько времени у нее осталось. Яд Лаоха ее медленно убивает и сердце в любой момент может не выдержать. Поэтому просит скорейшего решения, что бы он мог спокойно работать. Ведь это возможно приведет к научному открытию, как спасти людей от этого яда. Закончив доклад, доктор посмотрел на командора Райда. Тот кивнул, соглашаясь с доктором и сказал, что решение будет озвучено через три дня, когда прибудут Йорген и Барнс. Все командоры единогласно согласились и назначили заседание на девятое число, так же в десять утра.

Доктор попрощался со всеми и вышел из зала. Я посмотрел на правоохранителя, он пристально смотрел на меня. Явно, что-то обдумывал. А когда наши взгляды встретились, он повел свой взгляд по трибуне, вскользь рассматривая каждого командора, и почему-то дольше всех задержался на Вильосе. Я тоже посмотрел на него. Он так и сидел, смотря в стол, а от карандаша остались одни обломки. Вторая рука была сжата в кулак. Что его так разозлило? Командоры еще обсудили услышанную новость, и заседание было объявлено закрытым.

Майор Ивар Леннс

Утром я заехал в офис, за подписанным разрешением на сопровождение представителя комиссии. Благодаря доктору Тоулс я буду присутствовать на заседании, а после смогу посетить командора Трэйна. В доме Совета я был несколько раз, но он до сих пор поражает меня своим масштабом. Это огромное здание, построенное из титана, и украшено волнистыми линиями, которые меняют цвет под солнечными лучами. Первое посещение было еще в школе. Сюда водят школьные экскурсии раз в год. Когда нам объявили дату посещения, мы были в предвкушении и ждали этого дня с нетерпением, для нас это был целый праздник, но по прибытии нас окружила охрана и провели по коридорам, не разрешая выйти из строя. Вот это было мое первое разочарование в жизни. Вспомнив про это, я посмотрел на смарт. Как всегда при входе на него приходит информация об этом грандиозном сооружении, невольно я пробежался глазами по тексту и могу теперь, кому угодно рассказать о нем, представляя себя гидом: «Уважаемые посетители! Перед вами Дом Совета! Оно было специально разработано знаменитым архитектором Сохо Буше более двадцати лет назад. Дом Совета — настоящая архитектурная достопримечательность нашего города. Главный зал атриума имеет изогнутый объем с огромными стеклянными окнами, внутри залит светом. От громадного центрального холла расходятся разноуровневые залы на три этажа, которые загадочно перетекают один из другого. По этажам можно передвигаться на стеклянном лифте или по винтовым лестницам, идущим до самого потолка на шестидесятиметровую высоту. Причем пятнадцать залов имеют классическую прямоугольную форму и каменную отделку, а десять других помещений с титановыми оболочками поражают необычными ломаными линиями и формами стен, потолка и даже пола…»

«Плохо, что теперь у нас нет живых гидов, все заменили цифровые технологии, а так бы сменил профессию», — усмехнувшись своим мыслям, я дождался представителя комиссии и нас проводили до зала заседаний.

Вот тут я был впервые. Сюда не пускают журналистов, поэтому в сети нет даже фотографии, как он выглядит. А посмотреть было на что. Настоящие дворцовые апартаменты, зал украшен золоченой резьбой, лепкой, зеркалами, наборным паркетом. Обстановка исключительно парадная. Огромное помещение с трибунами и сидящими за ними командорами, словно статуи. Теперь понятно, почему выбран такой стиль зала заседаний. На сцене стояло кресло как в фильме «Великий король Ратнавской империи». Сестрам бы понравилось здесь. Они обожают все, что связано с историей и королями. Жаль нельзя сделать фото для них.

На протяжении всего заседания я рассматривал командоров. Полный состав в наши дни собирается все реже и реже. Все как на подбор, голоса, как и лица, не выражают никаких эмоций. Только единственная новость о яде Лаоха вывела некоторых из этого состояния. В этот момент я и отметил странное поведение командора Вильоса. Хотелось бы узнать причину его гнева.

Доктор Тоулс уехал сразу же, как вышел из зала. А я должен был сопровождать представителя. То, что доктор недоволен переносом решения было видно невооруженным взглядом. Все равно потом поеду в больницу к Ири, вот с ним и поговорю. Ири. Моя малышка, чем бы ее порадовать сегодня? Цветы сразу отпадают, угостить ничем нельзя, чтобы не навредить, а к украшениям похоже равнодушна. После того как попрощался с представителем комиссии, проводив его до служебного авто, взял смарт и позвонил Камиле:

— Доброго, — сразу ответила она на звонок.

— Я по срочному делу, — улыбаясь, сказал я.

— Говори, не тяни, я сейчас немного занята. Ругала твоего племянника, разбил горшок с моим любимым цветком.

— А что, он не свалил это на Бенгту? У нас ведь в детстве с тобой так и было.

— Ой, нашел, что вспомнить. Я тебе тогда такой фингал поставила за вранье, что в итоге мама наказала меня, а тебе с рук сошло. Да и там не горшок был, а ваза. Ладно, что хотел-то?

— Что подарить девушке кроме цветов, еды и украшений?

— Оууу! Девушка? А что Вивека уже от тебя отстала? — с иронией в голосе спросила она.

— Не напоминай, пожалуйста, — жалобно ответил я.

Ты серьезно насчет девушки? Как зовут? Знакомить с нами приведешь?

— Ири, Ирина. Приведу.

— Иностранка что ли? Тогда своди сначала в наш театр или кино.

— Это пока тоже не подойдет.

— Что за привереду ты себе нашел?

Я лишь хмыкнул. Знала бы она правду. Но пока не буду говорить, что она в больнице и парнем своим меня не считает.

— Купи что-нибудь для дома. Вазу, посуду, коврик…. Или одежду, платье там или тапочки, да не знаю я, позвони сестрам, может они что придумают.

Сказав это, замолчала, слышно было только какая-то возня и сопение, а потом выпалила:

— Подари ей себя, ведь ты тот еще цветочек.

— Не напоминай про цветы, — жалобно ответил ей.

Пришлось кратко рассказать, что у Ири оказалась аллергия, и я чуть не убил ее. Сестра спросила, какие я выбрал цветы? Я ответил, что букет из трестонов и сомлеи собрала флористка. У Камилы случился припадок, она смеялась так заливисто, что я сам стоял посреди улицы и улыбался. Просмеявшись, сестра спросила:

— Братец, а был ли у тебя интим с ней? И встречался ли ты с ней после подарка?

— Я намереваюсь на ней жениться и пока слишком рано для интима. Мы с ней виделись после случившегося, и она ничего не сказала про цветы.

— Тебе повезло, видимо твоя Ири не знает, что они означают, иначе будь она приличной девушкой не стала бы разговаривать, — со вздохом сказала она.

Я удивился, такой категоричности, что там за описания такие? Никогда не заморачивался этим. Считал женской придурью, разбираться во всех этих названиях и значениях.

— Ками, не томи, скажи, что они означают, — сказал с раздражением.

Но сестра опять захохотала, и предложила позвонить Розане, насчет подарка и отключилась. Старшей сестре звонить, пока не стал. И с цветами разберусь потом. Посмотрел на часы, пора идти к командору Трэйну.

Ирина Игоревна Самарская (Кира Ригли)

Проснулась утром от того, что в палату зашла Роуз. Она как всегда принесла лекарства, потом сходила за капельницей, чуть позже занесла стопку чистых полотенец и сменную одежду. Пока она ходила туда-сюда, я просто лежала на боку и наблюдала за ней. Осмысливала сны, что мучали меня всю ночь напролет. Сны были кусками. Начинались и обрывались, как попало. Снился командор, мы шли с ним по улице, и он затащил меня в магазин, купил коробочку и подарил мне. Потом я стояла в той комнате, откуда меня выгнала та тетка. Примеряла платья, кружилась по комнате и была счастлива. На прикроватной тумбе стояла та коробочка. Я подходила к ней, нажимала на кнопочку сбоку и что-то говорила. Потом я маленькая девочка пряталась в шкафу и слышала, как кто-то ругается. В замочную скважину видела как женщина, та самая, из прошлого сна, которая называла меня предательницей, кричала мужчине, что я дочь ее мужа, а этот мужчина, никакого отношения к нам не имеет. Потом мужик в маске и в черном балахоне хватает меня за шею и начинает душить. Потом снова командор. Я сижу с ним на диване в той гостиной, где я ошпарилась кипятком, пью чай, а та женщина, в голубом фартуке и косынке, улыбаясь, приносит печенье. Потом моя мама вечером приходит с работы, а я выбегаю на встречу и забираю из ее рук сумки с продуктами. Мне тогда было лет десять…