Яд на кончике острия: Экстремальные каникулы
Шрифт:
Однажды. На вечеринке. Капельку…
Ладно! Язык смочила.
— А тую без разницы. И нассарима свалит под стол.
— Я же не нассарим.
Лоэн рассмеялся.
— Тогда дай себе волю. И…
— Как вы тут? — к ним подошёл хозяин заведения. — Не скучаете?
— Шутишь? Скуке здесь не место, — усмехнулся бард и протянул Янурру энерго-кристалл. — Заправишь, дружище?
— Без проблем… Но с тебя песня.
— Само собой, я ж как раз новую сочинил. Не терпится сыграть! Всем понравится… Сладкоречивая бомба!
— Ну-ну… Ррр, — усмехнулся тигрим и отошёл к другим посетителям.
Едва лишь в кружках показалось дно, как расторопный подавальщик снова наполнил их пенной жидкостью, а Лоэн опрокинул в себя третью рюмашку чакквы… Закинул в рот горсточку орешков с ягодами… Вскочил, потянулся, и подмигнул Викуле:
— Повеселимся?!
Подхватил люлю и развязной походкой направился к сцене. Взобрался на неё по приставной лесенке, громко стуча каблуками… Принял эффектную позу и провёл пальцами по струнам….
И зал наполнился звонким рокотом, и вторили ему подвески на люстре, тоненько позвякивая, и отзывались низким дрожанием своды…
Бесподобная акустика!
Одна-единственная люля звучала, как целый оркестр.
Посетители разом умолкли и уставились на исполнителя.
— Приветствую вас, почтенная и не очень публика! — прокричал Лоэн.
Кто-то из толпы захохотал в ответ и…
— Готовы к очередным непотребствам?
И обеденный зал взорвался криками, свистом и топаньем.
Зрители колотили по столам кружками, топали ногами, и орали:
— Песню! Песню! Песню!
— Позабористей! — грянуло из-за стойки. — Да погорячее!
Зал взорвался от гогота, и публика скандировала:
— Лоэнгррин! Лоэнгррин! Лоэнгрррин!
Похоже, здесь у него известная репутация…
Пальцы барда нежно перебирали струны, извлекая чарующие звуки, подобные переливу хрустальных колокольчиков и…
«Дзззэууузззь!»
Как ураган пронёсся сквозь небесную арфу и песнеплёт запел…
Голос его звенел и трепетно взмывал к потолку откуда ему подпевало мелодичное эхо, и планировал, снижаясь в мягкие вибрации с рокочущими трелями и царапающими душу хрипловатыми обертонами…
Пробрался я в сад под покровом ночным,
Чтоб в блеске луны отыскать ассолин.
Фрукт справа, фрукт слева,
Как будто в раю
Навек околдован
Пред ними стою.
Ассоли-ассоли-ассоли… Лю!
У Вики перехватило дыхание… Она заслушалась, но едва вспомнила как дышать, прихватила кружку и пересела поближе.
Недолго бродил я во мраке один.
Гляжу! Надо мной целых две ассолин.
Фрукт слева, фрукт справа,
Я точно в раю!
Упав на колени,
О счастье молю…
Ассоли-ассоли-ассоли… Лю!
Какую же выбрать?! Одну?
Или две?!
Плоды упоительно льнули ко мне…
Фрукт справа, фрукт слева,
Я словно в бреду…
Вкушаю и млею,
Себе на беду.
Ассоли-ассоли-ассоли… Лю!
О, сладостен плод, но отравлен он был,
Я напрочь о грозной расплате забыл.
Фрукт слева, фрукт справа,
Я страстью горю,
Пропитанный соком
И негой, парю…
Ассоли-ассоли-ассоли… Лю!
Напрасно я дивного яда вкусил —
Запретным свой сад император взрастил!
Танцуя со змеями, помни о сём —
Опасно шутить с ядовитым копьём!
Фрукт справа, фрукт слева
Сорвал дерзко я…
Сразил меня яд
На конце острия!
Ассоли-ассоли-ассоли… Ля!
Струны надрывно тренькнули, распространяя вокруг частотные отголоски и ещё не затихли бархатисто-рычащие ноты, как Лоэнгррин протянул Вике руку и подмигнул, приглашая на сцену.
Девушка неуверенно огляделась и зарделась, а все вокруг закричали, подбадривая певца:
— Ещё! Ещё! Ассолин! Ассолин!
— Ррр же! — бард усмехнулся. — Давай сюда!
И тогда…
Будто чем-то шарахнуло в голову, не иначе выпитым туем, захватило и завертело… Викуся залпом опорожнила остатки, тоже грохнула пустой кружкой об стол и запрыгнула на сцену…
В сознании промелькнуло:
«Мэй расскажу! Обалдеет…»
Песнеплёт ударил по струнам и затянул первый куплет… Слова песни запоминались легко, Вика их выучила моментально, вошла во вкус, и они с Лоэном самозабвенно выплясывали на сцене, горланя, что есть сил… Вернее, горланила Вика, а бард пел… И народ в зале подхватил эту песню, выскакивая из-за столов, вспрыгивая на столешницы, танцуя и подпевая:
Танцуя со змеями, помни о сём —
Опасно шутить с заламиньим копьём!
Фрукт справа, фрукт слева
Сорвал дерзко я…
Сразил меня яд
На конце острия!
А некоторые женщины вдобавок выразительно обводили ладонями выпирающие из-под под одежды холмики бюстов…
Вика на секунду зависла и…
Люля бряцнула раскатистым аккордом у неё над ухом.
Плевать! Весело же!
Ассоли-ассоли-ассоли… Ля!
А потом некоторые достали дудки, бубны, бубенцы, трещотки и…
Понеслась…
Грянуло!
Закрутилось и воспарило на разные голоса…
Ассоли-ассоли-ассоли… Ля!
И в разгар бурного веселья, охватившего толпу никто не заметил новую фигуру, возникшую в арке… И ещё двоих закутанных в накидки субъектов, подпирающих стойку и делающих знаки певцу…
Глава 20
Дэасс хмуро наблюдал как отплясывает на сцене Мари…