Чтение онлайн

– А я её нейтрализовал! В конце концов, у нас с нею одни цели, почти.

Его губы находились на расстоянии мизинца от её.

– Отпусти! – Циана стала барахтаться, тщетно пытаясь вырваться.

– Прямо дикая кошка! – расплылся в улыбке Холдер, – Раньше была нежной и ласковой, а сейчас рычишь, глаза сверкают! Интересно, а в постели поведешь себя также?

– Даже не мечтай! – прошипела магичка, начиная толкаться ещё сильнее.

– Как маленькая, право слово! – мужчина засмеялся, так напомнив прежнего Холдера. Циана замерла на мгновение, чем он тут же воспользовался, накрыв её губы своими. Целовался он по-прежнему божественно: от удовольствия по всему телу побежали мурашки, избрав нижнюю часть живота для кружения хороводов.

– Вот видишь, – пошептал мужчина, – Я по-прежнему люблю тебя, да и тебе самой не так безразличен, как пытаешься показать. А мечтать мне не запретит никто, стремиться к мечте тоже.

Он опять поцеловал её, отметая слабое сопротивление, напомнив, что прекрасно знает все её чувствительные места, умело играя на них, как на музыкальном инструменте.

Задыхающаяся Циана, борясь с желаниями собственного тела умоляюще прошептала:

– Холдер, пожалуйста! Я люблю Венсана!

Неожиданно мужчина отстранился, глубоко вздохнул несколько раз, отодвинулся от неё к краю кровати и произнес:

– Хорошо, раз ты так просишь. До Вилеи ещё далеко – может быть изменишь свое мнение.

Женщина села в кровати, испытывая крайне противоречивые чувства: маг исполнил просьбу, но почему же так протестует тело, повинуясь знакомым рукам, требуя ласки? Подозревая, что платье и волосы в ужасающем беспорядке, Циана попыталась пригладить их руками, наткнувшись на зачарованный гребень.

Радуясь возможности отвлечься, она прикрыла глаза, направляя поток силы на восстановление примятой красоты. Знакомо заныло в виске.

– Лучше полежи спокойно, – сказал Холдер, ничем не выдавая разочарования, – Для меня ты и так хороша, а без этого платья с распущенными волосами и подавно.

Он направился к двери, по пути накидывая длинный теплый плащ с меховой опушкой, коротко бросил:

– Сейчас приду. Пока приходи в себя.

Каюта тем временем продолжала ощутимо раскачиваться из стороны в сторону, порождая головокружение. Циана закрыла глаза – стало ещё хуже.

Вернулся Холдер, неся в руках вазу с фруктами, за ним, согнувшись, вошел Джуничи, с подносом в руках. Поставив ношу на круглый столик в противоположном кровати углу каюты, измененный поднял салфетку, открывая взору пузатый глиняный чайник, стоящий на плоской жаровне с углями, две маленькие чашки без ручек, фарфоровую банку в форме башенки с красивым сине-белым рисунком и маленькую тарелочку с высокими бортиками, наполненную орехами, засахаренными фруктами и белыми шариками – видимо, какими-то конфетами.

– Легкий перекус, – объявил маг, улыбнувшись, – Через два часа будем ужинать, а пока немного взбодримся: Джуничи заваривает великолепный чин.

Циана хотела отказаться, но Холдер настоял:

– Ты ничего не ела с утра! Тебе может стать плохо.

Пока измененный разливал по чашкам парящий золотистый напиток с легким вишневым оттенком, маг протянул ей тарелочку со сладостями:

– Попробуй! – он указал на шарики, – Это миндальные пирожные в кокосовой стружке. Очень вкусно, тебе понравится.

Циана с подозрением взяла один шарик и откусила. Холдер не обманул: хрустящее печенье, с кусочками орехов, скрепленное нежным кремом. Рука сама потянулась за вторым.

– Идем к столу, – засмеялся мужчина, – Нечего мою кровать засыпать крошками!

Циана настороженно поглядывала на него, но мужчина вел себя так, словно ничего не произошло. Наслаждаясь орехами и пирожными, запивая действительно очень вкусным чином, женщина немного расслабилась.

– Джуничи, – Холдер без улыбки смотрел на орлоголового рыцаря, – Хочу изменить порядок твоего служения. С этой минуты ты полностью отвечаешь за безопасность вот этой женщины, Цианы Син, моей жены, как бы её ни называли, каким бы в дельнейшем не стал её статус.

У Цианы холодок пробежал по позвоночнику. Измененный повторил:

– Я отвечаю за безопасность Цианы Син, вне зависимости от её статуса и изменений имени.

– До конца, – проронил Холдер, Джуничи повторил.

– Что происходит? – испуганно спросила магичка.

– Джуничи отныне твой личный телохранитель. Мне так спокойней.

– А как же ты и Хана?

– Не забывай, я выжил в войне: дочь смогу защитить в любом случае.

– Но почему такое решение? – не отставала женщина.

– Что-то тревожно на душе, – большего она не смогла от него добиться. Удивило и решение оставить её в своей каюте: сам Холдер отправился ночевать к ней, не делая больше явных попыток сблизиться, просто пожелав спокойной ночи.

Её разбудили какие-то звуки. Немного полежав, она поняла – это периодические приглушенные выкрики на яматагском. Через несколько минут корабль вновь сильно накренился. Циану резко замутило. Поднявшись поскорее, нащупав впотьмах тапочки и теплую накидку, она вышла из каюты. Волнение улеглось: в чем же причина такого резкого крена? Сильная дурнота не дала додумать мысль – женщина перегнулась через борт, её стошнило. За спиной раздалось бормотание, она с трудом разобрала слова «Юкки Она!». Вдруг кто-то ухватил её за ноги и перекинул за борт. Не успев опомниться, женщина оказалась в ледяной воде.

Циана чувствовала над собой толщу воды, отчаянно гребла руками, старалась выплыть. Плащ, надетый впопыхах, набух в воде и тянул вниз. Легкие отчаянно требовали воздуха, грозя втянуть в себя вязкую холодную жижу, окружавшую со всех сторон, не собиравшуюся отпускать свою добычу. Она гребла руками и ногами, а волглая тьма все не кончалась. В груди билась паника, не желая мириться с реальностью: только что она лежала в теплой постели в каюте Холдера и вот уже бьётся с бездонной тёмной пучиной за собственную жизнь. Наконец вода кончилась, в лицо ударило ветром, полоснувшим не хуже ножа, но никогда ещё магичка не радовалась так глотку простого воздуха: холодного, полного морской соли и брызг. Она дышала и никак не могла надышаться, хотя все внутри уже пекло огнем. Вдруг высокая волна захлестнула её с головой. Циана наглоталась соленой воды, но теперь уже это не так испугало её.

Женщина скомандовала сама себе: «Нужно осмотреться! Где-то рядом корабль! Не может быть, чтобы они за несколько мгновений, пусть и показавшихся веками, ушли далеко». Она стала крутить головой: да вот же он, корабль! Огромная темная махина: где-то неизмеримо высоко, под самыми облаками, болтался кормовой фонарь, испуская тусклый свет.

Она сделала глубокий вдох и закричала, что есть сил:

— Помогите! Я здесь! Спасите!

Корабль продолжал удаляться. Она барахталась и кричала, замерзшее тело уже плохо слушалось, начало клонить в сон. Они не вернутся за мной, поняла Циана. Холдер спит в её каюте внизу и ничего не слышит, а те, кто сейчас бодрствует… Сбросили её за борт! Она бы заплакала, но на это уже не осталось сил.

— Помогите! Что же вы за люди такие! Пожалуйста! — закричала она в последний раз. Её голос тонул в плеске океанских валов: ей самой он казался тоньше комариного писка. «Венсан, я люблю тебя», — подумала она, — «Пусть у тебя все будет хорошо». Вспомнилась их свадьба, огромная снежинка, упавшая с неба прямо в руки, нежные губы мужа, его шепот в темноте спальни: «Я люблю тебя, Циана Кауф».

Её снова захлестнуло волной. Утопающая продолжала барахтаться: тело не желало сдаваться. Ей чудилось, что она плещется прямо в безжалостном звездном небе, которое уже не казалось холодным, обжигая почище кипятка. Тьма перед глазами взорвалась ярким белым светом, в котором она растворилась без остатка…