Чтение онлайн

– Не стоит говорить о том, что сокрыто печатью. Не упоминайте вслух то, что вам поведала ваша прабабка перед тем, как перешагнуть черту.

И ведунья побелела. Она потерла руки, будто озябла. Ей одновременно хотелось покинуть это здание и не возвращаться. Хотелось вернуться к травам и помощи людям. И столь же ярко ей хотелось уйти. Уйти туда, откуда пришла я. И я видела, это её, желание.

"Мы не забираем людей с собой" - прошептала я голосом разума в её разуме.

И она услышала меня также, как если бы я произнесла эти слова вслух - но мои губы оставались сомкнуты.

– Вы знаете, что это, Лидия?
– спросил капитан с нажимом, будто хочет расколоть преступника.

– Я не могу говорить об этом людям.

– Но вы сама - человек!
– напомнил он, срываясь.

– Лишь отчасти.

Капитан поморщился, парень за его спиной улыбнулся.

– Чего скалишься, Файет?

– Когда утром, я выключил будильник, я и не подозревал, что меня ждет.

Капитан пропустил это мимо ушей и наклонился ко мне, будто я смертная, которую можно запугать одним видом, ну и гудящим, от его личного испуга, полем. Он думает, я приму испуг за гнев? Я рассмеялась.

– Для чего вы нам показываете то, о чем нельзя рассказывать? Зачем вообще вы явились к нам?

– Вы хотели узнать, кто убивает священнослужителей?

Он прищурился, выдыхая шумно через нос.

– Я пришла показать вам, кто убивает. Я.

– И проку нам с этого?
– он развернулся и прошел к стеклу, ударил кулаком по стене и вернулся обратно.
– Мы не можем вас арестовать, не можем ...

– Убить?
– подсказала ему то слово, которое он стеснялся употреблять, теперь уж, после стольких разговоров об этом.

– Да!
– не выдержал мужчина.
– Мы ничего не можем с вами сделать!

– А вам бы хотелось?
– это был голос Лидии.

– И вы туда же, - выдохнул капитан.
– По закону, я обязан, - он взглянул на меня, - арестовать вас, допросить, расколоть на признание и посадить.

– Но вам не удастся это сделать.

Он развел руками.

– А вы попробуйте, - улыбнулась я.
– Может у вас получится.

Капитан опешил.

– Попробуйте, - кивнула я ему.

Он решил, что я над ним издеваюсь, разгневался и достал из-за пояса наручники. И больше ничего сделать не смог. Он правда пытался. Но его тело - не слушалось. Он просто держал в руках металлические браслеты и не мог пошевелиться.

– Что со мной?
– прошептал он, на "громче" не хватало управления.

Я указала взглядом на семечко перед собой.

– Но вы убили людей....
– выдавил он.

– Да. Но вы хотите совершить действие, с умыслом нанести мне вред.

– Но вы... убили священников.

– Вы повторяетесь, капитан, - я убрала приятный тон и оставила только чистый гнев.

– Прекратите... это!

Я покачала головой. Профайлер отошел назад. Лидия наблюдала за мной. Она знала, как работает это семечко. По крайней мере, частично у нее была информация, от прабабки. Она носила, одно из таких, на себе, под видом кулона.

– Прекратите это... пожалуйста, - прошептал мужчина, покрываясь потом.
– Я не сделал вам ничего... плохого.

– Но вы очень хотите, - это был голос Лидии.

Не удержалась она. Я покачала головой, без улыбки, предостерегающе взглянув на неё. И она села ровно, спрятав руки на коленях.

– Это то, почему вы не сможете нанести вред ни одному волшебному существу, - ответила я, поднимаясь из-за стола.

Мужчина испугался так сильно, что я слышала перебои в ударах его сердца.

– Поймите одну вещь, капитан. Мы знаем корни нашей природы. Мы можем защитить себя от вас.

4.1

– Хотите увидеть волшебство?
– спросила я хитро.

– А у меня есть выбор?
– удивился капитан.

Он все еще стоял, парализованный силовым полем семечка.

– Вы можете отказаться и я отпущу вас.

По глазам видела, ему хочется. Только он не совсем понимал, чего именно ему хочется больше. Он не верил во всю эту, его мыслями выражаясь: "чушь". Но если я могу показать? Если могу подтвердить то, в чем он убежден - это ненастоящее. И если это не фокусы, а это могут быть фокусы. Ему даже хотелось посмотреть, но только, чтоб разоблачить меня. Доказать мне, что я ошибаюсь. Фокусы - это не волшебство. На этих его мыслях семечко зазвучало громче и капитан застонал, его сердце ответило болью.

"Пусть в комнате останемся, только вы и я. И прикажите, никому не входить сюда, что бы они ни наблюдали из-за стекла."

Он колебался. Это не по инструкции. Но ему уж очень хотелось досадить мне. Если он не может меня посадить, то хотя бы - разоблачит. И он отдал такой приказ. Файет увел Лидию и закрыл дверь, а я усмехнулась: действие силового поля, с виду обычного, семечка - не волшебство для него.

Будто волшебство не может быть сильнее человека. А по факту, сильнее его небрежительных мыслей о волшебстве.

Мы остались наедине. Я подошла к мужчине и заглянула ему, пристально, в глаза.

– Не бойся, - шепнула.

Отбирая наручники, его пальцы сами разжались, я сделала несколько шагов назад и набрав, из мешочка, в ладонь, волшебной пыльцы - сдунула ему в лицо.

Капитан, вдруг... звонко и радостно засмеялся.

Я молча наблюдала. Он уже мог двигаться и повернулся к стеклу, взглянуть на себя, в отражение. Ему было так весело, так звонко, так ... потрясающе и ошеломительно внутри.

– Что это?
– спросил он изумленно.

– Звонкий, чистый детский смех, - ответила я.

И тут капитан начал кашлять. Он кашлял и не мог остановиться. Он согнулся пополам, будто сейчас вырвет дневной обед. Легкие пытались вытолкнуть то, что им мешало.И когда, наконец, он прокашлялся, сплюнув на пол черный сгусток, выпрямился, опираясь рукой на стекло - взглянул на то, что из него вышло, и произнес:

– Кажется, я начинаю понимать, за что ведьм жгли на кострах.

Я прочистила горло, напоминая о себе.

– Это ж чертовщина какая-то... .

– Правда?

– У меня там за стеклом священник стоит, он уже, наверное, все молитвы перечитал.

– Нет, капитан, - ответила я, присаживаясь обратно, на стул.
– Он уже давно потерял сознание. Его увезли на скорой.

– Он умрет?

– Если сердце его, действиями рук и мыслей его, омрачено - кровь его гноем изойдет и да, если вы спрашиваете, выживет ли он при этом, то, - я покачала головой, - вряд ли.

– Но, он же никого не сжигал, не топил!