Чтение онлайн

– Наркотики! Какие ты употребляешь – тяжелые или легкие наркотики?

Она распахнула изумленно глаза и вдруг начала… хохотать. Он смотрел на нее недоуменно.

– Да это болезнь такая! Нарколепсия – это болезнь. Понимаешь, я засыпаю в самый неподходящий момент, иногда даже стоя. А когда просыпаюсь, то мне обязательно нужно съесть что-нибудь сладкое, иначе я становлюсь очень агрессивной и опасной.

Он тоже рассмеялся с явным облегчением.

– Обещаю, что у меня в запасе всегда будет целый мешок конфет. А насколько ты становишься агрессивной, можешь продемонстрировать? – он прикусил ей слегка мочку уха.

– Ну, однажды на исследовании я погрызла несколько резиновых присосок, пока мне не дали сахара, – промурлыкала она. – А еще – я устроила панику в аэропорту, когда меня собирались похитить, – это она сказала с некоторым оттенком гордости.

– Я люблю тебя, – он смеялся, а в голосе его звучала бесконечная нежность. – Полный карман конфет. Обещаю.

Габрыся и представить не могла, что это так приятно: идти рано утром в булочную за горячими булочками к завтраку. Конечно, она и раньше ходила за покупками для себя и тети Стефании, но завтрак для Павла – это же было совсем другое дело!

Она сбежала по ступенькам и выглянула из подъезда, чтобы проверить, не прячется ли где-нибудь поблизости папарацци или кто-то из ее фанатов.

Габриэла пропала для общественности так же стремительно, как появилась на горизонте. Она не выходила в свет, не мелькала в телевизоре, не получала приглашения на приемы селебрити, не вела себя как звезда. Она, словно хамелеон, слилась с толпой на улицах Варшавы и уже через неделю радовалась своей полной и совершенной анонимности: папарацци и фанаты потеряли ее из виду. В Интернете она, правда, все еще оставалась на пике популярности, но это ее никак непосредственно не касалось.

Поэтому Габриэла сильно удивилась, увидев, что около ее подъезда паркуется шикарный черный «Вольво» с синими номерами. А когда из него вышел представительный господин с оливковой кожей, в черном костюме и солнечных очках, Габриэла ойкнула, чуть отступила назад и начала озираться в поисках чего-нибудь тяжелого.

– Да ты не дрейфь, слышь, красотка, – неожиданно позвал ее стоящий около ворот местный пьяница. – Мы с Йозефом, ежели чего, тебе подсобим с этими киднепперами. Йозеф, запиши-ка номера ихней колымаги…

Имея за спиной такую мощную подмогу и защиту, Габриэла осмелела, воинственно выпятила вперед подбородок и храбро встала прямо перед мужчиной (ведь никто не станет делать ничего плохого при свидетелях, правда?).

– Ну и что? – заявила она. – Опять наденете мне на голову мешок, будете хватать и накачивать меня наркотиками?

– Сорри, мисс. Я плохо, нехорошо говорю по-польскому. Можеме идти до кафе и там разговорить о свадьба?

– Ээээ, пани Габрыся, так энтот шейх никак тебе предложение делает! – сообразили выпивохи и засвистели одобрительно.

– Разговаривать будем здесь и сейчас. Никуда я с вами не пойду.

– Окей. Цветы! – по-английски скомандовал мужчина кому-то в машине, и тут же у него в руках оказался букет алых роз. – Моя дорогая Габриэла! Я хочу на вас жениться.

– Но я не хочу за вас замуж, – ответила она ему тоже по-английски. – Спасибо, конечно, за предложение, я польщена, но ничего не выйдет. К тому же я помолвлена, – она сунула в нос принцу (по крайней мере, она склонна была полагать, что это именно принц, а не кто-то из его охранников) руку, на которой горело колечко Павла. Кольцо принца она сняла и протянула владельцу. – Спасибо, но теперь я не могу его принять.

– Он тебейный, – принц покачал головой. – И покуда ты девица, всего можно исправлять.

– Но я уже не девственница! – воскликнула она, и пьяницы очень активно закивали, явно заинтригованные таким неожиданным поворотом беседы.

– Не девица ты? – вопросил принц.

– Она не девица, – попытался растолковать ему вместо Габриэлы Йожи из второй квартиры. – Да чего тут думать, ты что, сам не видишь, заморский фраер, – и он вздохнул с сочувствием.

– Да, это правда. Пожалуйста, не надо больше похищать ни меня, ни моего жениха, потому что он… он… он этого не вынесет.

– Не вынесет, – печально согласился Збинек из шестой квартиры.

– Того кольца все равно забирай, принцесса. Я мечтал о тебя с приятностью, – сказал принц, чем очень смутил Габриэлу и даже пьяниц. – И еще для комплектов… подарунок… – Он вытащил из кармана продолговатую коробочку, обитую бархатом, и, открыв, протянул Габриэле.

Восхищенным глазам девушки (и пьяниц) предстало колье из золота и голубых бриллиантов, которое образовывало с кольцом единый ансамбль.

– Но я… – Габриэла не могла вымолвить ни слова больше.

– Прошу принимать сей скромный дар. Настаиваю.

– Да бери, слушай, хорошая штука! – прошептал Йожи.

– Бери, бери, – вторил ему Збинек.

«Крыша» – вот та единственная мысль, которая билась сейчас в голове у Габриэлы. На гранатовом бархате лежала перед ней крыша «Ягодки». А если продать оба изделия, и кольцо, и ожерелье, то денег может хватить даже и на капитальный ремонт!

Она уже было протянула руку, чтобы – не без колебаний, конечно, но все-таки! – принять подарок, как дверь подъезда вдруг резко распахнулась и на улицу выбежал Павел, торопливо застегивающий на ходу пуговицы рубашки. Рука Габриэлы замерла на полпути к бархатной коробочке. Павел бросил лишь один взгляд на все происходящее и коротко сказал:

– Нет.

И Габриэла отдернула руку, словно обжегшись.

– Ты что такое тут вытворяешь, Габи? – грозно набросился он на нее. – Может быть, там, у них в пустыне, принять подарок означает согласие на… ну на то, что тебе предлагают! Потому что, я так понимаю, Его Высочество ведь не всем бриллиантовые колье дарит? Не даром их раздаете ведь, Ваше Высочество?

Он, словно защищая, обнял ее и с вызовом взглянул в черные очи молчащего с каменным лицом принца.

– Молодец, – крякнул Збинек. – Дать ему водки!

И открыл бутылку с негромким хлопком.

Принц все так же молча поцеловал руку Габриэлы, поклонился учтиво Павлу и исчез внутри своего шикарного автомобиля.

– А ведь она была почти у меня в руках! – мрачно буркнул он, когда дверь за ним захлопнулась и машина двинулась с места.

– Но ведь остается еще вторая, – успокоил его верный охранник.

– Которая это?

– Ну та, что привезла Габриэлу из аэропорта. Они очень похожи.

– И ты думаешь, она девственница? – в голосе принца снова зазвучала потерянная было надежда, но охранник покачал головой: