Чтение онлайн

Какъ легко было сдлаться великимъ магомъ въ т времена. Его главною спеціальностью было угадываніе того, что длаетъ тотъ или другой индивидъ на поверхности земного шара въ данную минуту, что онъ раньше длалъ въ какое-либо время и что будетъ длать въ будущемъ. Онъ спросилъ, не желаетъ-ли кто знать что длаетъ восточный императоръ въ данную минуту? Заблествшіе глаза и маханіе руками были краснорчивымъ отвтомъ, что эта почтительная толпа непремнно хотла знать, что длаетъ названный монархъ въ данную минуту. Обманщикъ что-то пробормоталъ и затмъ сдлалъ торжественное заявленіе:

— Великій и могущественный монархъ Востока въ данную минуту даетъ въ руку святого молящагося монаха милостыню — одну, дв, три монеты и вс он изъ чистаго серебра.

Вокругъ послышались восклицанія:

— Какъ это хорошо! Какъ это прекрасно! Сколько труда, сколько ученія потребовалось для достиженія такого могущества.

Не-хотятъ-ли они узнать, что длаетъ великій властелинъ Индіи? О, конечно! Затмъ онъ имъ разсказалъ, что длаетъ египетскій султанъ, король отдаленныхъ морей. И такъ дале, и такъ дале; при каждомъ новомъ разсказ вс выражали удивленіе и ихъ возгласы становились все громче и громче. Они все думали, что вотъ-вотъ-онъ какъ-нибудь собьется съ толку; но о чемъ бы на спрашивали его, онъ отвчалъ на все съ самою аккуратною точностью. Я видлъ, что если дло пойдетъ такъ, то я потеряю всякое вліяніе; этотъ парень отстранитъ меня на задній планъ. Мн необходимо вынуть ободъ изъ его колеса и сдлать это какъ можно скоре. Поэтому я сказалъ:

— Могу я спросить васъ о томъ, что длаетъ одно лицо?

— Говорите смло. Я скажу вамъ.

— Это будетъ трудно, почти невозможно.

— Для моего искусства не существуетъ этого слова. Чмъ трудне загадка, тмъ скоре я отгадаю ее.

Какъ видите, я постарался возбудить интересъ. Правда, я зашелъ слишкомъ далеко; вс затаили дыханіе. Тогда я, возвысивъ голосъ, сказалъ:

— Если вы не ошибетесь — если вы мн скажете правду о томъ, что я хочу знать, — я вамъ дамъ двсти серебряныхъ пенсовъ.

— Богатство мое! Я непремнно скажу вамъ то, что вы желаете знать.

— Тогда скажите мн, что я длаю правой рукой.

Но тутъ положительно вс открыли рты отъ удивленія. Въ цлой толп никому не пришло въ голову спросить о томъ, что происходитъ не за нсколько десятковъ тысячъ миль отсюда. Магъ былъ пораженъ. Съ нимъ еще никогда не было такого случая въ его практик и это сомкнуло ему уста. Онъ ршительно не зналъ, что длать. Онъ смотрлъ сконфуженно и не могъ выговорить ни слова.

— Послушайте, — сказалъ я ему, — чего вы ждете? Если вы можете разсказать о томъ, что длаетъ кто-либо на другомъ конц земли, то какъ же вы не можете сказать, что длаетъ лицо находящееся отъ васъ на разстояніи какихъ-нибудь трехъ ярдовъ? Люди, стоящіе позади меня, поддержатъ васъ, если вы отгадаете.

Онъ молчалъ.

— Хорошо, — продолжалъ я, — я скажу вамъ, почему вы не хотите сказать; весьма просто, вы сами этого не знаете. Вы магъ! Послушайте, друзья мои, — обратился я къ присутствовавшимъ, — этотъ прізжій — пустой плугъ и лгунъ.

Это поразило монаховъ и привело ихъ въ ужасъ. Они никакъ не могли понять, что дозволялось порицать такія вещи и не знали, какія могутъ выйти отсюда послдствія. Водворилась мертвая тишина; у всхъ этихъ людей появились въ ум разныя суеврныя мысли. Но магъ сталъ мало помалу приходить въ себя; когда же на его лиц появилась небрежная усмшка, то вс нсколько успокоились, полагая, что онъ имъ не причинитъ зла. Онъ же сказалъ:

— Я оставался безмолвнымъ на пустыя рчи этого человка. Теперь знайте вы вс, что маги такого рода, какъ я, не интересуются длами всякаго смертнаго, а только длами королей, принцевъ, императоровъ, именно тхъ, которые родились въ пурпур. Если бы вы спросили меня, чмъ теперь занятъ Артуръ, великій король, то я сказалъ бы вамъ это; но дла его подданныхъ нисколько меня не интересуютъ.

— О, въ такомъ случа, я васъ не понялъ. Вы сказали «кто-либо», а это все равно, что «всякій».

— Подъ словомъ «кто-либо» я подразумваю человка высокаго происхожденія, а лучше всего царскаго.

— Это весьма возможно, — сказалъ аббатъ, которому хотлось нсколько смягчить положеніе вещей и предупредить несчастіе, — такой удивительный даръ посылается только для того, чтобы угадывать о дйствіяхъ людей, стоящихъ на высот величія. Вотъ нашъ король. Артуръ…

— Вы хотли бы знать, чмъ онъ теперь занятъ?

— Мы были бы очень счастливы и очень благодарны за это.

Вс были исполнены любопытства и интереса; это, дйствительно, были неисправимые идіоты. Они ожидали съ нетерпніемъ, что онъ скажетъ и смотрли на меня, какъ бы говоря: «Теперь что вы можете на это сказать»? Но тутъ магъ произнесъ:

— Король очень усталъ посл охоты и спитъ у себя во дворц, вотъ уже два часа, безъ всякихъ сновидній.

— Да благословитъ его Богъ! — сказалъ аббатъ и перекрестился;- да будетъ этотъ сонъ подкрпленіемъ для его души и тла!

— Да это и было бы такъ, если бы онъ спалъ, — вмшался я, — но король не спитъ, а путешествуетъ!

Тутъ опять вс смутились при столкновеніи двухъ авторитетовъ. Никто не зналъ, кому врить изъ насъ обоихъ; вдь и у меня уже была репутація. Негодованіе мага достигло высшей степени и онъ сказалъ:

— Я зналъ въ моей жизни многихъ прорицателей и маговъ, но ни одинъ изъ нихъ не могъ смотрть въ сокровенность вещей безъ помощи чаръ.

— Вы много жили въ лсахъ и потому многое и потеряли. Я самъ пользуюсь чарами, чему и была свидтелемъ эта братія, но только при извстныхъ случаяхъ.

Если бы дло дошло до сарказмовъ, то я съ умлъ бы изъ этого выпутаться. Это, конечно, озадачило парня. Но аббатъ освдомился о томъ, что длаетъ королева и дворъ, и получилъ слдующее свдніе:

— Вс они спятъ, потому что такъ же утомлены, какъ и король.

Но я сказалъ:

— Еще вторая ложь. Половина двора занята забавами, а королева и другіе не спитъ, а путешествуютъ. Теперь не можете-ли вы намъ сказать; куда дутъ король, королева и сопровождающіе ихъ придворные?

— Они спитъ теперь, какъ я уже сказалъ; но завтра они подутъ, такъ какъ хотятъ совершить небольшое путешествіе къ морю.

— А гд они будутъ на слдующій посл завтра день, около вечера?

— Далеко на сверъ отъ Камелота и совершатъ уже половину пути.

— Это опять ложь; вы ошиблись на полтораста миль. Ихъ путешествіе будетъ не только совершено на половину, но и окончено; они будутъ здсь въ долин.

Это былъ благородный выстрлъ! Онъ привелъ въ смущеніе аббата и его монаховъ и поколебалъ почву подъ ногами мага. Я зорко наблюдалъ за всмъ этимъ и сказалъ:

— Если король не прідетъ, то пусть меня посадятъ въ заточеніе, а если прідетъ, то тогда васъ посадятъ вмсто меня въ заточеніе.

На слдующій день я отправился на телефонную станцію и узналъ, что король уже прохалъ два города. Точно также я продолжалъ и на другой день слдить за его путешествіемъ. На третій день я узналъ, что если все будетъ благополучно, то король прідетъ въ долину въ четыре часа пополудни. Но казалось, что никто въ долин не интересовался его пріздомъ; не длалось никакихъ приготовленій для встрчи короля, согласно его сану. Это можно было объяснить только тмъ, что этотъ магъ старался очернить меня. Это была правда. Я спросилъ одного изъ своихъ пріятелей, монаха, и тотъ сказалъ мн, что магъ посредствомъ дальнйшихъ чаръ узналъ, будто король не намренъ совершать никакого путешествія, а останется дома. Подумайте только, какъ можно было заслужить репутацію въ такой стран. Этотъ народъ видлъ, какъ я совершилъ наиболе выдающійся въ исторіи образецъ магіи и который долженъ былъ имть цну въ ихъ глазахъ; но вдругъ этотъ же самый народъ готовъ предпочесть мн какого-то искателя приключеній, у котораго нтъ даже никакого доказательства его могущества, кром его пустыхъ бездоказательныхъ словъ. Но такъ какъ было бы крайне невжливо оставить короля безъ всякой встрчи, то я собралъ богомольцевъ и нсколькихъ отшельниковъ и поставилъ ихъ въ два часа пополудни ожидать прізда короля. Аббатъ былъ сильно разгнванъ и униженъ, когда я его вывелъ на балконъ и показалъ ему главу государства, навстрчу которому не вышелъ ни одинъ монахъ и не слышно было звона колоколовъ для его привтствія. Аббатъ лишь только увидлъ это, какъ бросился бжать насколько у него было силъ. Тотчасъ же зазвонили въ колокола, и изъ всхъ зданій въ долин показались монахи и монахини навстрчу приближающейся процессіи; вмст съ ними былъ и магъ, но его посадили въ заточеніе, по приказанію аббата; теперь его репутація была затоптана въ грязь, а моя вознеслась къ небесамъ. Да, въ такой стран человкъ всегда можетъ сохранить себ текущую репутацію, но онъ не можетъ пріобрсти ее искусственнымъ путемъ, а долженъ оставаться въ тни и выжидать подходящаго дла.