Янтарная плоть
Шрифт:
— Я календарь перевернул,
Там — тридцать третье сентября,
На рожу я твою взглянул —
Там тридцать третье сентября!
Но почему, но почему
Нам снова встретиться пришлось?
Ведь было всё у нас, небось,
Тридцать второго, бля…
— Нашёл через неделю, а они голодают. Я как мог помогал, на работу устроился — завалы разгребать, приноровились в грозе работать в резиновой защите, как в нуль-точке. Там платили армейской просрочкой из складов. Просрочки этой лежало — куча. Раз взял, чтоб мои пожрали, значит, второй, а на третий меня спалили. Думал отпиздят, а бригадир мусорам сдал в тот же день. Хочешь — бей.
— Взял — да и взял, на благое дело, — решил застрявший Азамат, и махнул здоровой рукой. — Иди сюда, мамбет, обниму.
Повар обнялся сам с собой между раздаточным столом и тихо жужжащем на разогреве роботом-сковородой, утешающе похлопал по спине.
«Наконец-то настоящая родная душа появилась» — едва не плача от облегчения думал пришлый Азамат.
«Интересно, если он мне подрочит, это будет совсем зашквар, или ещё норм?» — размышлял застрявший.
Так они стояли, пока свист, аплодисменты и вопли «на бис!» не возвестили о финале концерта. Азаматы знали, что скоро столовая наводнится голодным людом, но не в силах были расцепить объятий, пока сковорода не щёлкнула, пуская струйку дыма — это подгорел праздничный гуляш.
Впрочем, кто мы такие, чтобы строго судить поваров, если боги Янтарного мира наверняка простили обоих?
Dixi.