Чтение онлайн

Я смущенно кашлянула и потянула завязку с волос. «Соблазнила», м-да... ну, можно и так сказать. Правда, если бы Тоддрик сам не озвучил, что хотел бы продолжения, я бы об этом не догадалась.

Зато и дети мне при таком раскладе не грозили.

— Вообще-то ты можешь помочь мне, — задумчиво предложила я и, не выдержав, почесала нос. — Как ты смотришь на то, чтобы сбить с истинного пути орденского ювелира, работающего со священным камнем?

В конце концов, янтарь мало стащить. Нужно, чтобы кто-то еще выточил из него бутыль!

— А это у нас... — Лира поболтала рукой в воздухе, пытаясь вспомнить направление, в котором ушел Хью.

Я покачала головой.

— Нет, Хью — один из конюхов. С мастером-ювелиром я пока не знакома, но знаю, с чего начать — управляющему меня уже представили.

— И что же тебе может понадобиться от орденского янтарного мастера? — поинтересовалась Лира и, не выдержав, отобрала у меня завязку.

В два счета распустила, расчесала, добавила пару травинок из пучка над самой печкой — и вплела мне в распущенные волосы так, что не отличить от моих.

А у меня немедленно зачесался нос. Из-за неудачного расположения ведьминых отметин Лира была вынуждена тщательно изучать наговоры и приемы по изменению внешностей в создании личин теперь ей не было равных.

— Спасибо, — смущенно улыбнулась я. — А ювелир... сестра сэра Тоддрика хочет получить камизу из такой же ткани, что рубаха для янтарного господина. А камиза будет гораздо интереснее с вышивкой. Но я, простая смертная, само собой, не смею... — я наигранно затрепетала ресницами, и Лира с нервным смешком махнула рукой.

— Ладно, как скажешь. Но тогда нужно как-то выбраться в глубь леса за ингредиентами для приворотного зелья — на всякий случай, вдруг я не понравлюсь ювелиру.

— Ты-то? Не понравишься? — невольно рассмеялась я.

— Ты-то? Не понравишься? — невольно рассмеялась я.

Но Лира стояла на своем, и дело закончилось тем, что она попросту вытащила чужую прядь из моих волос.

Это Айви, любовнице янтарного господина, надлежало не высовываться из землянки и не попадаться на глаза бдительному Хью. Воровка Айви считалась сбежавшей с Горького Берега, дабы не пересекаться с Янтарным орденом, вынесшим ей смертный приговор. А вот ведьму Айви никто не знал — да и если узнал бы, то скорее переживал бы за ни в чем не повинных волков.

Поэтому я дождалась сумерек, убедилась, что возле землянки никого нет, и выскользнула из-за хлипкой двери.

Луна заливала Горький Берег холодным серебристым светом, и искаженный близостью морских вод лес отвечал поистине децемберскими морозами. Снега в этом году припозднились, зато лед вступил в свои права и покрыл тонкие веточки прозрачной глазурью. Дыхание вырывалось с паром; холод фамильярно ущипнул за щеки и, не церемонясь, полез под платье.

Я передернула плечами и ускорила шаг.

Помимо коры кривого дерева для зелья Лиры мне нужна была новая метла взамен сломанной — и если за ними можно было далеко и не ходить, то для волшебной мази, позволявшей обычной деревяшке летать, нужна была свежая печень.

В общем-то, сгодилась бы любая — лишь бы ее хозяин был сотворен под светом солнца и не боялся янтаря; но лучше всего мазь удавалась из печени невинных жертв.

Я решила, что волки, которых угораздило всего-то расплодиться в лесах янтарного господина, вполне подойдут, и двинулась в сторону замка.

В темноте, разумеется, никто не стал бы разворачивать охоту, но отыскать плотные зимние шатры лорда оказалось несложно. От стоянки остро пахло кровью и жареным мясом, от костров валил дым и летели искры, а их яркий свет обращал в непроглядную тьму все вокруг.

Проскользнуть мимо дозорных было проще простого. Они сторожили покой господ, а дальний край лагеря, где ютились со своими подопечными конюхи и псари, их волновал мало. Животные должны были предупредить об опасности даже раньше людей.

Кони, разумеется, и так беспокоились из-за десятка волчьих туш, сваленных в кучу подальше от чувствительных господских носов, и мое появление в тенях за пределами круга света от костров и факелов не заставило их сменить линию поведения. Вот гончие немедленно подняли лай, но их быстро угомонили тычками и бранью. Господа изволили отдыхать после тяжелого дня, и их не следовало тревожить.

Слуги споро свежевали туши. Господа ценили в волках только шкуры — а остальное не было никакого смысла волочь с собой. От меня требовалось разве что дождаться, когда туши вышвырнут за пределы лагеря.

Разумеется, это было бы слишком просто, и не прошло и часа, когда я услышала, как под чьим-то неверным шагом треснул лед в луже.

Я вздрогнула и прижалась вплотную к стволу дерева — и почему-то совсем не удивилась, увидев отблеск костра на янтарной бляхе, приколотой к стеганому дублету.

Тоддрик был пьян — не настолько сильно, чтобы отбить разум, но вполне достаточно, что бы не удержаться на ногах, поскользнувшись. Один из слуг немедленно бросил нож и поспешил на помощь, хотя сам был одет в цвета лорда — похоже, янтарный господин успел завоевать любовь чужих подданных с той легкостью, с которой захватил и сердца селян Горького Берега.

Почему-то это внушало гордость, будто умения Тоддрика были моей заслугой, и я так поразилась нелогичности собственных чувств, что едва не забыла спрятаться от света факела.

На какое-то мгновение мне даже показалось, что Тоддрик уставился прямо на меня, но тут слуга вздернул его на ноги, и янтарный господин поневоле перевел взгляд вниз, отыскивая опору. Когда он снова поднял глаза, я уже затаилась за другим деревом, подальше от лагеря — и от дурацкого искушения проскользнуть в чужой шатер и проверить на прочность походные покрывала.

Рыцарь Ордена не был знаком с настоящей Айви. Может быть, мое присутствие в шатре его бы и порадовало бы, но тогда возникло бы слишком много вопросов — например, почему это таинственная незнакомка беспокоится за покрывало.

Тоддрик мотнул головой, тяжело опираясь на слугу, беспечно рассмеялся в ответ на его слова об осторожности — и тут же окинул окрестности острым, абсолютно трезвым взглядом. Всякое искушение как рукой сняло — я прикусила губу, вцепилась в холодный ствол и не дышала, пока рыцарь не скрылся из виду.