Чтение онлайн

— Но я не... — я вспомнила, как он играючи ловил меня на лжи, и запнулась.

Я и в самом деле заставляла себя терпеть. Но все же... с ним было совсем по-другому, не так, как на шабашах.

Ему не нужны были жертвы, не нужна была моя сила и связь с Серым слугой. Тоддрик просто хотел меня, и это было одновременно лестно — и обидно, потому что настоящую Айви он никогда и не видел.

— Тогда чего ты боишься? — спросил Тоддрик, не двигаясь с места. — Это твой первый раз?

Я вспыхнула — и покачала головой. Тоддрик ощутимо расслабился, и только тогда я поняла, что так и не убрала ладони с его груди, и цеховой знак под моими пальцами нагревается все сильнее.

— Вот как, — протянул рыцарь — и тут же снова напрягся, потемнев лицом. — А первый твой...

— Не надо о нем, — торопливо попросила я.

Тоддрик посмотрел вниз — на то, как я бессознательно стиснула пальцы — и медленно выдохнул.

— Не бойся, — повторил он. — Я не стану ни к чему тебя принуждать. — И отступил еще на полшага назад.

Я шагнула следом, так и не отняв ладони от его груди.

— Ни к чему? — повторила я.

Внутри разгоралось что-то странное — не то азарт, не то злость, — и почему-то до зуда в кончиках пальцев, до потери всякой осторожности хотелось проверить, правда ли он сможет удержать себя в руках.

Правда ли он — настолько другой или все же просто еще один мужчина, который в определенный момент перестанет думать верхней головой?

— Ни к чему, — неуловимо изменившимся тоном ответил он — и так и не притронулся ко мне и пальцем, продолжая держаться на расстоянии вытянутой руки.

Я открыла дверь гостевой спальни и буквально втолкнула его внутрь.

Роуз, дожидавшаяся меня, чтобы помочь приготовиться ко сну, ойкнула и опрометью выскочила из комнаты. Тоддрик даже не обернулся, продолжая гипнотизировать меня взглядом.

— И в любом случае поговоришь с лордом? — требовательно уточнила я.

— Клянусь, что не прикоснусь к тебе, пока ты сама не попросишь, и поговорю с лордом о разрешении торговать в его городе, — чуть охрипшим голосом произнес Тоддрик.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнула я и надавила ладонями ему на грудь, вынуждая отступить к кровати.

— Айви... — растерянно произнес он.

— Я еще ни о чем не просила, — коварно напомнила я и толкнула его.

Он упал на постель спиной вперед и тут же приподнялся на локтях, но замер, когда я тоже забралась на кровать, подоткнув юбки.

— Я все еще ни о чем не просила, — усмехнулась я, когда он прикипел взглядом к обнажившимся лодыжкам и отчетливо сглотнул. — Ты обещал, что не прикоснешься ко мне.

— Кажется, надо было требовать, чтобы сперва ты пообещала не испытывать мое терпение, — слишком быстро просек Тоддрик, но все же покорно растекся по кровати, раскинув руки в стороны.

На сем свободное место на постели и закончилось. Покои были рассчитаны на одного.

Я перекинула ногу через его бедра и нахально уселась сверху, как в мужское седло. Тоддрик резко выдохнул и скомкал покрывало, но так ничего и не сделал.

Не двигался он, и когда я нагнулась, чтобы коснуться губами угла его челюсти. Задержал дыхание, но безропотно стерпел укус в шею — на мгновение я испугалась, что все-таки перешла границу его терпения, но рыцарь бестрепетно встретил мой взгляд и остался неподвижен.

Тогда я потянулась к застежкам на его дублете. Он приподнялся, чтобы помочь мне снять и его, и рубаху, и снова улегся на спину, раскинув руки.

Под прикосновением его живот напрягся. Я провела пальцами вдоль мышц, повторяя их рельеф, и он проступил еще отчетливее — а у Тоддрика сбилось дыхание.

— Впервые вижу, чтобы мужчина так легко уступил женщине власть над собой, — не сдержавшись, поддразнила я и потянулась к завязкам его шоссов.

— Может быть, другому твоему мужчине попросту было нечего тебе уступать? — хрипловато отозвался Тоддрик с ядовитыми ревнивыми нотками в голосе — и прикусил губу.

Я даже замерла, так и не распустив одну из завязок.

— То есть?..

— Если нет власти над самим собой, то и уступать нечего, — пожал плечами рыцарь. Теперь в его голосе звучало самодовольство.

За него-то он и поплатился, когда я все-таки разобралась с завязками. Что бы там Тоддрик ни говорил о самообладании, а когда я провела пальцами по мышцам, спускающимся к паху, он вцепился в покрывало так, что напрочь сорвал его с изголовья.

А я наклонилась и повторила путь пальцев уже языком.

Кожа на члене оказалась такой нежной и бархатистой, что я из чистого любопытства огладила и разом напрягшийся живот, и внутреннюю поверхность его бедер, сравнивая ощущения. Что-то похожее отыскалось на сгибе локтя, но все же немного не то...

Тоддрик стискивал зубы и позволял все, что взбредало мне в голову. Не отвечал на поцелуи, потому что я не просила его, не тянул ко мне руки... но его тело отзывалось на прикосновения откровенно и бесстыдно, он кусал губы и уже не сдерживал резкие, хриплые выдохи, когда его бедра вдруг сами собой подавались вверх в бессознательной попытке поймать извечный ритм.

На головке члена выступила крупная белесая капля. Он качнулся раз, другой — тоже сам по себе, Тоддрик только напряг бедра и впервые застонал во весь голос:

— Айви, пожалуйста...

Наблюдать за ним было и странно, и неловко, и сладко. Что-то глубоко внутри отозвалось на его стон, как не отзывалось еще ни на одного мужчину, и я вдруг отчетливо поняла, что готова принять его — и больно не будет ни в первое мгновение, ни потом.

Но вместо этого я взяла в руку его член и легонько провела большим пальцем по головке, стирая выступившую капельку.

Этого оказалось достаточно, чтобы Тоддрик выгнулся, уже не в силах сдерживаться, и застонал совсем хрипло и неразборчиво.

Стон заглушил треск ткани. Покрывало все-таки встретило свой конец этой ночью.

Тоддрик приподнял его и несколько мгновений бездумно пялился в прореху, возвращаясь к реальности.

— Так нечестно, — все еще пытаясь отдышаться, постановил он. — Ты не...

— Я все еще ни о чем не просила! — строго напомнила я, отклонившись назад, чтобы не позволить притронуться к себе.

А потом и вовсе слезла с постели. От греха подальше.

Тоддрик — воплощенный грех, растрепанный и жаркий! — приподнялся на локтях и уставился на меня с тихой укоризной. Будто я его обманула!