Чтение онлайн

— Кто? Вот тот напыщенный индюк, обиженный тем, что я отдала предпочтение другому? Да Лагот сам побоится выставить себя на посмешище! А из консистора вытрясет душу Тоддрик — как это сам Нидер за одной-единственной ведьмой не уследил?.. — она протянула мне отрезанный локон. — Не мешкай, тюремщики могут что-то заподозрить!

Я открыла рот — и снова закрыла.

Спрашивать, знает ли об этом плане Тоддрик, было попросту глупо. Он бы ни за что не позволил сестре так рисковать — скорее сам бы спустился и выдрал клок волос, чтобы из темницы вышли сразу три янтарных господина!..

Но мне почему-то до крайности наивно хотелось, чтобы он знал. Чтобы можно было снова подняться по винтовой лестнице главной башни, свернуться калачиком на господской постели и задремать — в твердой уверенности, что у трюм рыцарь разбудит меня поцелуем и снова уведет прочь ото всех. В лес, к озеру, в потайные ходы и^ на морской берег с медлительными, по-зимнему тяжелыми волнами — неважно, лишь бы с ним...

Жаль только, что надежды на возвращение к размеренным дням в замке я лишилась вместе со шнурком от оберега.

Над зимним лесом гулял ветер — надрывно свистел, разрываясь о голые ветви, подхватывал снежинки и закручивал в миниатюрные смерчики, поблескивающие в лунном свете. Стареющий полумесяц взирал на двоих нервно хохочущих людей с осуждением.

На самом деле я провела в темнице не так уж много времени — просто оно тянулось слишком долго из-за темноты и неведения. Зато теперь я могла совершенно точно сказать, что все стало еще сложнее и страшнее, чем до моего побега.

Женские недомогания должны были прийти полторы недели назад.

Но их все не было.

Вокруг землянки Лиры вилась цепочка свежих следов — здоровенных, явно мужских; сомневаться не приходилось — в гостях у сестры торчал Хью собственной персоной.

Встречаться с кем-то из обитателей Янтарного замка я не рискнула и ограничилась тем, что оставила смазанный отпечаток ладони возле крыльца: посторонний человек наверняка подумал бы, что здесь кто-то упал, поскользнувшись, — а вот Лира и Ида легко рассмотрят обрывки серых теней, затаившихся в снегу, и догадаются, что мне удалось сбежать.

Вимон к землянке не стал даже спускаться, захваченный первым в жизни полетом. Я продлила его восторг — мне нужно было навестить Старую Морри.

С ней нам повезло больше: по ночному времени соглядатаев Тоддрика поблизости не было, и мы с Бимоном тихонько приземлились на опушке леса, чтобы подкрасться к домику ведьмы на отшибе деревни.

Старая Морри не спала — будто знала, что именно этой ночью к ней явятся незваные гости, да еще голодные как волки! И хотя накрыть на стол сестра не поленилась, ничего утешительного она сказать не могла.

— Родишь мальчика к Самхейну, — наметанным глазом определила она и сочувственно покачала головой. — Янтарный господин?..

— Об этом он не знает, — упавшим голосом ответила я и спрятала лицо в ладонях. — Мальчик — это плохо. Очень плохо... у Тоддрика нет наследника и нет жены, мальчик внесет смуту в порядок наследования Янтарного замка. Девочку мне бы еще простили.

Вимон шумно проглотил похлебку и неуверенно предложил:

— Так, может, и не надо давать ему знать? Искать будут беглую ведьму и вора, а не семейную пару на сносях. Да и чужаки вызовут куда меньше вопросов, если окажется, что с насиженного места они снялись из-за здоровья жены.

Я окинула его оценивающим взглядом. Человека, меньше похожего на Тоддрика, было еще поискать: Вимон был ростом с меня, светловолос и несколько лупоглаз. Но по большому счету, важно было даже не это.

— А ты сможешь изобразить мужа для ведьмы? — озвучила Старая Морри вместо меня и скрипуче рассмеялась. — Почитать жену равной себе, не сметь решать за нее и говорить от ее имени? Нет уж, мальчик мой, лучше бы тебе вовсе не помнить, с чьей помощью ты сбежал из темницы. А то вы, мальчики, такие болтливые, когда обиженные...

Вимону хватило ума с подозрением уставиться на похлебку, но было поздно: после темницы голод мучил нас обоих, и он успел ополовинить котелок.

Старая Морри покровительственно похлопала его по плечу.

— Ничего, поспишь — и все пройдет, — сказала она, и Вимон рухнул лицом в стол.

Я вдумчиво изучила торчащий кверху вихор.

— Вообще-то в том, что он сказал, есть некоторый смысл, — укоризненно заметила я.

Старая Морри вытерла руку об юбку.

— Даже интересно, что такое с тобой делал этот Тоддрик, что ты забыла обо всякой осторожности, — сварливо пробурчала она, заглянув в котелок. — Был у меня когда-то свой Вимон. Ну, такой, посимпатичнее. Ох и шум поднял, когда решил лечь со мной, а я не захотела — и у него ничего не вышло. И сам на всю деревню опозорился, и мне бежать пришлось, сплошная морока... поверь, с нашей помощью ты справишься куда лучше, чем если станешь полагаться на этого увальня. Он ведь рассчитывал прикрыться тобой и ребенком!

Я предпочла промолчать. В ее словах тоже был смысл.

Забавно только, что Тоддрик об осторожности и не забывал — но это не помогло.

— Свою роль Вимон сыграл — помог сбежать, притворившись леди с сопровождением, — добавила Морри. — И вознаграждение за это уже получил — он тоже на свободе и будет жить, если ума хватит. И пора бы вспомнить, зачем дан ум тебе самой!

С этим как раз намечались сложности. Моим первым порывом было не бежать без оглядки, а дать знать Тоддрику, что я жива — что мы живы.

Едва ли это могло служить доказательством того, что мне вообще был дан ум.

— А Ида? — наконец вспомнила я. — Что будет с ней?

— Если научится не болтать лишнего, то ничего, — пожала плечами Старая Морри. — Ее муж много пил — кто угодно подтвердит.

Здоровья это ещё никому не прибавило, а тут ещё у жены выкидыш, зима холодная, волки кругом, за сыновей, опять же, испереживался весь, аж до янтарного господина дошел... ну и хватил его удар, когда стало ясно, что девок на выданье до осени не видать, — она глумливо хихикнула и пододвинула котелок ко мне. — А за Лиру разом и этот ее Хью, и подмастерье кузнеца вступятся. Не о том переживаешь, Айви. Твое дело — нормально есть, крепко спать и много прясть, — назидательно сказала она и отошла от стола, чтобы достать веретено.

Я взвесила его в руке, привыкая к тяжести и форме. Старая ведьма была права и здесь: чтобы уцелеть, мне понадобится все колдовство, на какое я только способная еще чуточку больше — чтобы уцелел ребенок.

— К северо-востоку от Горького Берега начинаются соленые болота, — продолжала тем временем Старая Морри, убедившись, что я внимательно прислушиваюсь к ее советам. — Раньше там тоже ходили ловцы, но теперь это слишком опасно: где не топь, там отбойные волны, не пройти и не проплыть. Значит, и люди Ордена не подберутся, даже если встанут на твой след. Там уцелели дома господ надзирателей — ты сможешь до них долететь. Лира говорила, что мази у нее теперь с избытком. Мы с сестрами со всех окрестностей станем навещать тебя по очереди, чтобы никто не заметил частых отлучек одной из нас. А к Самхейну ты разродишься и сможешь покинуть Горький Берег вовсе. Никого не удивит женщина с маленьким ребенком, решившая убраться подальше от Янтарного ордена. Море забирает слишком многих ловцов янтаря — что странного в том, что, овдовев, женщина решила уберечь от этакой работенки своего сына?..