Чтение онлайн

— Здесь было землетрясение, — ответил Семён Борисович. — Похоже, начинается Апокалипсис, предсказанный Иоанном Богословом. Реки поворачивают вспять. Большая река, что находится недалеко отсюда, раньше текла на север, в сторону Северного Ледовитого океана. На всем пути от гор Центральной Азии она несла воды на север тысячи и тысячи лет, со времён Сотворения Мира. Но когда сотряслась земля, произошел потоп и появился туман — всё поменялось, — и великая река повернула на юг и текла так больше недели. Как будто весь мир перевернулся. А где был ты во время Великого Сотрясения?

— Далеко отсюда, — сказал Уилл. — Я не знал, что происходит. А когда туман рассеялся, понял, что потерялся. Вы сказали мне, как называется это место, но где оно находится? Где мы сейчас?

— Подай мне вон ту большую книгу с нижней полки. Я покажу тебе.

Священник подвинул свой стул ближе к столу и послюнявил пальцы, прежде чем перелистнуть страницы большого атласа.

— Вот, — сказал он, указывая [28] грязным ногтем куда-то в центр Сибири, далеко к востоку от Урала. Река находившаяся неподалёку, как и говорил священник, брала начало в северной части Тибета и текла в Арктику. Уилл пристально разглядывал карту, но не нашел в Гималаях ничего похожего на то, что начертил Барух.

Семён Борисович говорил и говорил, расспрашивая Уилла о его жизни, о семье, о доме, и опытный притворщик Уилл отвечал ему довольно подробно. Вскоре хозяин дома [29] принёс борщ и чёрный хлеб, и, после того, как священник прочёл молитву, они принялись за еду.

— Ну, чем займемся до вечера, Уилл Иванович? — спросил Семён Борисович. — Поиграем в карты или поговорим?

Он налил из самовара ещё стакан чая, и Уилл с сомнением взял его.

— Я не умею играть в карты, — возразил он. — И мне очень нужно идти дальше. Как Вы думаете, я смогу поплыть на юг на пароходе, когда доберусь до реки?

Огромное лицо священника потемнело, и он быстро перекрестился.

— В городе беда, — сказал он. — Сестра Лидии Александровны говорит, что туда приплыл корабль с медведями. Боевыми медведями. Они пришли из Арктики. Ты случайно не видел боевых медведей, когда был на севере?

Священник выглядел подозрительно, и Балтамос шепнул так, что мог услышать только Уилл: «Осторожней!». Уилл сразу понял, почему ангел так сказал: его сердце начало колотиться, когда Семён Борисович упомянул медведей — ведь Лира много рассказывала о них. Но он должен скрыть свои чувства.

— Мы были далеко от Свельбарда, а медведи всегда заняты своими делами, — ответил он уклончиво.

— Да, я слышал такое и раньше, — сказал священник <к облегчению Уилла>. — Но сейчас они покинули свою страну и двинулись на юг. У них пароход, но горожане не дают им заправиться. Они боятся медведей. И правильно, эти медведи — дети дьявола. Всё что живет на севере — от дьявола. И ведьмы, дочери зла! Церковь должна была истребить их много лет назад. Никогда не имей с ними дела, слышишь меня, Уилл Иванович? Знаешь, что они сделают, когда ты подрастёшь? Они попытаются соблазнить тебя. Они пустят на это всю свою ложь и коварство, свою плоть, свою мягкую кожу и сладкие голоса. Они заберут твоё семя, ты знаешь, о чем я говорю, они выпьют тебя до дна и бросят опустошенным. Они возьмут твоё будущее, твоих будущих детей — и ничего не оставят взамен. Они должны быть уничтожены, все до одной!

Он подошёл к полке за его стулом и взял бутылку и два маленьких стакана [30] .

— Я хочу предложить тебе этот напиток, Уилл Иванович, — сказал он. — Ты еще молод, так что я налью немного. Но ты взрослеешь, и тебе нужно узнать некоторые вещи, например, вкус водки. Лидия Александровна набрала ягод в прошлом году, и я сделал из них ликёр. Эта бутылка — единственное место, где Отец Семён Борисович и Лидия Александровна лежат вместе [31] !

Он засмеялся и откупорил бутылку, до краёв наполнив стаканы. Эта горячая речь смутила Уилла. Как ему поступить? Как отказаться от напитка, не показавшись невежливым?

— Отец Семён, — сказал он, вставая, — Вы были очень добры ко мне, и я хотел бы остаться попробовать Ваш напиток и послушать Вас, — Вы рассказываете такие интересные вещи! Но Вы же понимаете, я беспокоюсь об отце, я должен найти его. И мне нужно идти дальше, как бы я ни хотел задержаться.

Священник надул губы и насупился, но потом пожал плечами и сказал:

— Конечно, ты можешь идти, если это тебе нужно. Но прежде, чем уйдёшь, ты выпьешь со мной водки. Бери и пей всё сразу, как я.

Он опрокинул стакан, проглотив содержимое одним махом. Затем поднял своё грузное тело и оказался совсем рядом с Уиллом. В его толстых грязных пальцах стакан казался крошечным, но он был полон почти чистого спирта. Уилл ощутил пьянящий аромат напитка, застарелый запах пота и остатков еды на рясе, и ему стало дурно прежде, чем он решился.

— Пей, Уилл Иванович! — пророкотал священник угрожающе страстно.

Уилл поднял стакан и не сомневаясь выпил обжигающую маслянистую жидкость одним глотком. Теперь он был готов бороться с подступающей дурнотой. Но ему предстояло ещё одно испытание. Семён Борисович склонился к нему с высоты своего огромного роста и обхватил за плечи.

— Мальчик мой, — сказал он, потом закрыл глаза стал читать то ли псалм, то ли молитву. От него разило табаком, алкоголем и потом, и он был так близко, что его пышная борода задевала лицо Уилла. Уилл задержал дыхание.

Руки священника обняли Уилла, и Семён Борисович поцеловал его в щёки — в правую, левую и снова правую. Уилл почувствовал, как Балтамос впился ему когтями в плечо и замер. Перед глазами у Уилла поплыло, желудок выворачивало наизнанку, но он не пошевелился.

Наконец, всё закончилось, и священник отступил, оттолкнув Уилла от себя.

— Ну, с Богом! — сказал он. — Иди на юг, Уилл Иванович.

Уилл забрал плащ и рюкзак, и попытался идти прямо, покидая дом священника и уходя из деревни. Он шёл два часа, чувствуя, как на смену тошноте постепенно приходит тупая давящая головная боль. Балтамос сказал ему остановиться, и приложил свои прохладные руки ко лбу Уилла. Боль немного утихла, но Уилл пообещал себе, что больше никогда не выпьет и капли водки.

Поздно вечером дорога расширилась, и Уилл увидел перед собой город. А за ним — речные просторы, больше похожие на море. Через некоторое время Уилл увидел, что в городе что-то происходит. Из-за крыш поднимались маленькие дымки, сопровождаемые запаздывающими на несколько секунд звуками пушечных выстрелов.

— Балтамос, тебе снова придется побыть деймоном, — сказал он. — Просто будь рядом и гляди в оба.

Он дошёл до окраин маленького неряшливого городка. Здания здесь были наклонены под ещё более рискованными углами, чем в деревне, и стены были покрыты илом выше чловеческого роста. Край городка был пустынным, но по мере того, как Уилл приближался к реке, шум, крики и треск ружейных выстрелов становились всё громче.