Чтение онлайн

— Ну, я это сделала и быстро вернулась, потому что было холодно, да и дело было секундное. Консул разговаривал с Фардером Корамом, и они не знали, что я их слышу. Он сказал, что у ведьм есть пророчество на мой счёт, я сделаю что-то большое и важное, и это будет в другом мире…

— Я никогда об этом не говорила, да даже и забыла, слишком многое происходило вокруг. Оно как бы ускользнуло у меня из памяти. Я даже с Пантелеймоном об этом никогда не говорила, потому что ему, по-моему, стало бы просто смешно.

— Но потом, когда я попалась госпоже Коултер, и она держала меня в трансе, и я спала, мне приснилось пророчество и приснился ты. И я вспомнила капитана гиптянской лодки, Ма Косту, помнишь её, это на её лодку мы забрались у Джерико, с Симоном и Хью, и потом…

— Да! И мы почти проплыли на ней до Абиндона! Это лучшее из того, что мы когда-либо делали, Лира! Никогда этого не забуду, даже если пробуду здесь ещё тысячу лет…

— Да, конечно, но послушай, когда я сбежала от госпожи Коултер в первый раз, так, я снова наткнулась на гиптян, и они присматривали за мной… О Роджер, я столько узнала, ты не представляешь, но самое важное: Ма Коста сказала мне, что у меня душа ведьмы, она сказала, что гиптяне — дети воды, а я — детище огня.

— И мне кажется, что это она как бы готовила меня к пророчеству ведьм. Я знаю, что должна сделать что-то важное, и консул Ланцелиус сказал, что жизненно необходимо, чтобы я ни в коем случае не узнала в чём состоит моё предназначение до того, как оно исполнится, понимаешь — мне нельзя спрашивать об этом… Так что я и не спрашивала. Я никогда даже не думала в чём оно может состоять. И никогда не спрашивала алетиометр.

— Но теперь, кажется, я знаю. И то что я тебя нашла, как бы доказывает это.

Роджер, моё предназначение в том, чтобы помочь душам выбраться из страны мёртвых.

Я и Уилл, мы вас всех вытащим. Я уверена, что дело в этом. И ещё Лорд Азраил, мой отец, сказал кое-что… «Сама Смерть умрёт», — сказал он. Я, правда, не знаю, что произойдёт. Только ты не должен им пока ничего говорить, обещай. То есть, возможно, вы не сможете существовать наверху, но…

Ему страшно хотелось что-то сказать, и она замолчала.

— Именно это я хотел тебе сказать! — Выпалил он. — Я говорил им, всем мёртвым, я же говорил им, что ты придёшь! Как тогда, когда ты пришла и спасла всех детей из Болвангара! Я говорил, что если это вообще возможно, то Лира сделает это. Им бы хотелось верить мне, хотелось, чтобы это оказалось правдой, но им не удавалось действительно поверить, я знаю.

— Тем более что, — продолжил он, — каждый попадающий сюда ребёнок начинает с того, что клянётся, что его отец придёт за ним, или мама, как только узнает где он, сразу заберёт его домой. Если не папа и мама, значит друзья или дедушка, но кто-то обязательно придёт и спасёт их. Вот только никто не приходит. Поэтому никто не верил мне, когда я говорил, что ты придёшь. Но я был прав!

— Да, — ответила она, — но я не смогла бы сделать этого без Уила. Вон там это Уилл, А это Шевалье Тиалис и Леди Салмакия. Я так много могу тебе рассказать, Роджер…

— А кто такой Уилл? Откуда он взялся?

Лира начала объяснять, не замечая как изменились её голос и осанка, не замечая, что даже её глаза выглядели по-другому, когда она рассказывала о своей встрече с Уиллом и о битве за скрытный нож. Откуда бы ей было знать? Но Роджер заметил это с тихой грустной завистью не меняющихся душ.

В это время Уилл и галатешпианцы тихо беседовали неподалёку.

— Что вы с Лирой собираетесь делать? — Спросил Тиалис.

— Открыть выход из этого мира и выпустить души на волю. Для этого я заполучил нож.

Он никогда не видел настолько удивлённых лиц, особенно у людей, чьё мнение ценил.

А к этим двоим он успел проникнуться большим уважением. Они некоторое время сидели молча, а потом Тиалис сказал:

— Это изменит всё. Это самый сильный удар, который вы можете нанести. Владыка будет беспомощен после такого.

— Как могли бы они даже подозревать такое? — сказала Леди. — Это будет для них полнейшей неожиданностью!

— А что потом? — спросил Тиалис у Уила.

— Потом? Ну, потом мы выберемся сами и найдём своих деймонов, я так думаю. Не думайте о «потом», у нас хватает проблем и сейчас. Я ничего не сказал душам, а то… а то вдруг это не сработает. Так что вы тоже ничего не говорите. А теперь я попробую найти мир, в который можно бы было проникнуть, но гарпии настороже.

Так что если вы хотите помочь, вы могли бы пойти их отвлечь, пока я делаю своё дело.

Галатешпианцы мгновенно рванули поводья и погнали стрекоз в темноту над головами, где кружились многочисленные, как мошкара, гарпии. Уилл наблюдал как насекомые бесстрашно летят на них, как будто гарпии это действительно мошки и стрекозы могут легко схватить их своими большими челюстями. Он представил себе как хорошо будет этим великолепным созданиям под синим небом, где они снова смогут носиться над сверкающей водой.

Он достал нож. И сразу же вспомнил то, что кричали ему гарпии — насмешки над его матерью — и остановился. Он опустил нож, пытаясь сосредоточится.

Он попытался снова, но с тем же результатом. Он слышал как они кричат над ним, несмотря на свирепость галатешпианцев; гарпий было так много, что два всадника немногое могли сделать чтобы их остановить.

Что ж, значит это будет так. И легче не станет. Поэтому Уилл попытался расслабиться и ни о чём не думать, и некоторое время сидел, поигрывая ножом, пока не почувствовал, что готов.

На этот раз нож прорезал воздух… и воткнулся в камень. Окно из этого мира открылось в другом под землёй! Уилл закрыл его и попробовал ещё раз.

Произошло то же самое, хотя он и знал, что мир на этот раз другой. Он уже открывал окна, оказывавшиеся над землёй, поэтому окно под землю не сильно удивляло, однако несколько дезориентировало.

Поэтому в следующий раз он искал аккуратно, пытаясь, как он научился, найти место, в котором кончик ножа реагировал на мир с тем же уровнем почвы. Но ощущение всё время было неправильным. Не было мира, в который можно бы было пройти — где бы он не касался, был камень.

Лира почувствовала, что что-то не так, и, бросив Роджера, подбежала к Уилу.

— Что случилось? — Тихо спросила она.

Он объяснил, и добавил: «Надо куда-нибудь двигаться, чтобы попробовать найти мир, в который я смогу открыть окно. Но гарпии нам не дадут. Ты рассказала душам о наших планах?»

— Нет. Только Роджеру, и попросила его никому не рассказывать. Он так и сделает.

Уилл, мне страшно, очень страшно. Может мы никогда отсюда не выберемся. Вдруг мы застряли здесь навсегда?