Чтение онлайн

– Не люблю. У нас не умеют делать фуа-гра.

Переместившись в ресторан, пара присела за столик, покрытый скатертью из золотистой парчи. Мебель в этом заведении тоже производила впечатление недешёвой: с элементами состаренной бронзы и позолоты. В углу на импровизированной сцене девушка играла на арфе. Других посетителей не было.

Прилизанный официант несколько недоверчиво оглядев посетителей, принёс им меню, которое Антуан тут же вернул ему назад:

– Это лишнее. Принеси-ка нам, уважаемый, бутылочку Шардоне 1896 года розлива, 2 порции фуа-гра (для дамочки сделай в лучшем виде), пару салатиков с сицилийским пармезаном и чёрной икоркой. Пока всё!

Официант удивлённо-надменно поднял правую бровь, но потом кивнул и отправился исполнять заказ.

Яства показались Ландышевой весьма вкусными, но она периодически посматривала на часы, и смаковать по-настоящему в условиях цейтнота у неё не получалось. Антуан заказал ещё кофе с мороженым (себе и даме).

– Да, Алексей Германович, слушаю вас! – громко ответил он в телефонную трубку, когда та разразилась на весь ресторан громко, перебивая играющую арфистку. – Алло, алло!

Ещё пару раз пофукав в трубку, он попытался сам набрать номер абонента, но у него ничего не получалось.

– Приеду, выкину этот корпоративный мобильник, пусть меняют на айфон семь эс! – раздражённо ответил он Елене. – Мне сам глава «Газпрома» звонит, а я ему ответить не могу.

– Попробуй с моего дозвониться, – предложила Елена свой не самый навороченный, но всё же недешёвый гаджет.

– Думаешь? – Антуан впился глазами в её смартфон. – О, у тебя аппарат пять эс, неплохо. Ладно, давай, пойду с крыльца позвоню, здесь, похоже, плохо сигнал проходит.

– Антуан, только давай недолго, у меня через час поезд.

– Да-да, конечно, я мигом, – нефтяник в шортах с пальмами схватил ленкин телефон и походкой старого кокета беззвучно вышмыгнул из ресторана.

Принесли мороженое, но Ландышева не прикоснулась к нему и нервно стучала ноготочками по столу, постоянно глядя на входную дверь.

– Вас можно рассчитать? – робко спросил прилизанный служитель общепита.

– Да-да, конечно! – ответила девушка, у неё во рту стало сухо то ли от Шардоне, то ли от надвигающегося, как грозовая туча, прозрения.

Через полминуты счёт в кожаной крокодильей визитнице был на столе. Ландышева с ужасом прочла приговор:

– Салат с моцареллой и чёрной икрой…2х1450=2900 руб.

– Фуа-гра…2х750=1500 руб.

– Вино «Шардоне» 0,7л…2820 руб.

– Мороженое в розовой карамели… 2х370=740 руб.

Итого: 7960 рублей.

Она в отчаянии взглянула на дверь и прикусила с досады язычок. Женщину постигли смутные терзания: шестое чувство подсказывало ей, что дверь больше не отворится, и белозубый «нефтяник» Антуан не вернёт ей телефон и не оплатит счёт. Где же ты раньше, прозорливое, было?

Ещё вчера она радовалась, что так мало потратила на курорте денег, а сейчас. Похолодев, она схватила сумку, где в кошельке и в ещё одном потайном месте были спрятаны купюры «на всякий случай». И, похоже было, что этот самый случай наступил. Подсчитав наличность, она с некоторым облегчением выдохнула: там было немного больше суммы, указанной в меню: 8120 рублей.

– Извините, – обратилась она к официанту. – А вы бы не могли пригласить моего друга: он там по телефону с шефом разговаривает?

– Кого, Антошку что ли? – человек с подносом усмехнулся. – Я думаю, в ближайшие дней пять ни я, ни вы его не увидим.

– Так вы что, с ним заодно?! – у Елены от совершённого обмана прорезался голос.

Даже арфистка прекратила играть и, округлив глаза, посмотрела на официанта и посетительницу.

– Тихо, девушка, вы в своём уме? – осадил её прилизанный. – Чтобы я с аферистами водился. Это же местные братья Антошка и Вовка представляются вот таким как вы Антуаном и Вольдемаром, а потом на денежки разводят – их все уж знают. Платить будете или как?

«Или как» опозоренную Ландышеву не устраивало – до поезда оставалось 50 минут. В другой момент она, конечно же, вызвала милицию-полицию, написала заявление – всё как положено. А в нынешнем положении ищи-свищи, пожалуй, этих Антуанов-Вольдемаров. Бессмысленно. Хорошо хоть, на обратную дорогу 120 рублей осталось.

Елена расплатилась с рестораном, положив в визитницу 8000 рублей (в т.ч. 40 рублей чаевых), и не теряя гордой осанки, спешно удалилась из ресторана.

«Будет тебе уроком, Ландышева, – безжалостно сказала она себе. – Любишь медок – люби и холодок».

За эти светлые дни и летние ночи зачастую приходится платить по двойному тарифу – к сожалению, эту жизненную аксиому всякий раз людям приходится проверять на своём личном печальном опыте.

Ландышева обратно поехала на поезде – планировала сэкономить. Но в сложившейся ситуации с украденным телефоном и 120 рублями наличности двухдневный путь показался ей сущей мукой. На самолёте бы она за 3 часа оказалась в родном казанском аэропорту, и даже взяла бы до дома такси (расплатиться можно и по приезду). Но двое суток тянуть на пакетике сока и двух пирожках, купленных накануне отъезда, было немыслимо.

– Дочка, хорошо, что билеты не украли, – утешали Лену три сердобольные пенсионерки, ехавшие с ней в одном купе. – Кушай с нами, не стесняйся.

Бабушки, возвращавшиеся из крымского санатория, прониклись к обворованной загорелой «дочке» и потчевали её – кто чем мог, так что голодной Ландышева не оставалась.

За двое суток они «накормили» бедную попутчицу и обильной духовной пищей – рассказы из курортной и повседневной жизни сыпались из их уст, как из рога изобилия. В другой ситуации от всех этих бабушкиных баек у Ландышевой свернулись бы уши в трубочку. Она бы просто убежала прочь от этого замшелого информационного потока, но сейчас она внимательно их выслушивала, периодически поддакивая и кивая головой в знак согласия. Сотни историй из жизни их потомков и знакомых, а также многочисленные полезные советы из газеты «Айболит» должны были посеять в голове Ландышевой что-то благое, исцелить её душу. В диалог сама она вступала редко, да и о чём ей было рассказывать? О том, как она на работе меряет давление таким же бабушкам, а по выходным на своей машине возит всяких пьянчуг? Или потешить их любопытство и рассказать, какая история связала её и афериста Антуана? При этом важно было описать в деталях вчерашний секс на ночном пляже – тогда бы Ландышеву не то, что бы печенюшкой ни накормили – вместе с чемоданом бы выперли на ближайшем полустанке.