Чтение онлайн

Бекишева. По этому поводу возникли разговоры и споры.

Одни находили, что нехорошо, когда жена старше мужа.

Другие считали, что для любви паспортные данные

безразличны. Некоторые девушки высказались в том смысле, что

только молоденьких можно любить и только молоденькие

должны выходить замуж, а пожилая женщина должна

знать свое место. Пожилые возражали: еще что!.. Те же

девушки, когда стало известно, что жена Бекишева была

на фронте медсестрой, сочинили трогательную историю:

эта женщина спасла Бекишеву жизнь, он на ней женился

из благодарности. Так им этот брак казался понятнее, и

они примирились с ним.

Было замечено, что Бекишев с женой живут дружно,

всегда вместе бывают в кино, и когда идут вдвоем по

\лице, то она что-то ему рассказывает, смеясь и на ходу

заправляя под меховую шапочку свои пышные волосы, а

он слушает с улыбкой, и глаза у него блестят

по-особенному. Она поступила в городскую поликлинику и через

день ходила на дежурства, а в свободные дни стирала

белье, мыла пол в своей квартире, шила и стряпала —

работала не покладая рук. Это расположило к ней

поселковых женщин, они стали проведывать ее и заводить с нею

сердечные женские беседы. Но когда приходил Бекишев,

то гости уходили, потому что он садился заниматься: на

столе у него стопками лежали тетради и книги, и все

знали, что он заочный студент.

«Он средних способностей человек, — думал о нем Коро-

стелев, — звезд с неба не хватает, все ему трудом дается,

как и мне. Вон как живет: в шесть утра уже на ферме, а

уходит позже всех. И еще зачеты сдает. Работяга, и

честный, и толковый, очень нам подходящ в нашем деле», Себя

Коростелев тоже считал заурядным человеком, но это его

не огорчало: он был уверен, что при большом желании,

напрягши силы, человек самых средних способностей

может добиться чего угодно.

— Вы домой? — спросил Бекишев.

— Да.

— JI вас (немного провожу.

Он nonieii радом. Коростелев посмотрел на него искоса,

сверху вниз, — Бекишев был ростом ниже.

— Ну, вот что, — сказал Коростелев, — если у вас есть

что сказать по данному поводу, то я ©ас слушаю.

Бекишев взглянул серьезно.

— Я не понимаю вашей иронии.

— Я без иронии. И заранее знаю, что вы скажете.

— Я не собирался говорить вообще. Я думал — вы мне

скажете.

— Что скажу?

— За сегодняшний день не меньше двух десятков

человек подошли ко мне и спросили — куда увезли телку.

— Контроль?

— Да, если хотите — да. Коллективный контроль.

— Где же тогда начинается единоначалие?

— Единоначалие в том, что коллектив выполняет ваши

распоряжения, направленные к укреплению предприятия

и к выполнению общенародной задачи.

— Я делаю то, что подсказывает мне моя партийная

совесть.

— Не думаю, что ваша совесть сейчас вполне чиста.

Бекишев говорил очень спокойно, Коростелев — горя-

чась и сдерживая гнев.

— Что же вы предлагаете? Конкретно. Затребовать

телку обратно?

— Нет. Я думаю, это была бы вторая ошибка. Я бы

выступил перед рабочими и честно сознался в ошибке.

Чтобы они поняли, что ошибка произошла Ът... порыва, что ли,

от желания помочь. Это признание повысило бы сихмпатии

к вам и укрепило веру в вас.

— Если директор полностью несет ответственность за

предприятие, — может он управлять так, чтобы нигде, ни

в чем не проявилась его личная воля?

— Этого я не знаю. Никогда не был директором.

Думаю, что для коммуниста на первом месте долг,, а уже па

втором — его личная воля. Без этого ничего не было бы.

И партии не было бы.

— Партия — это добровольное объединение многих

воль во имя единой цели.

— И добровольное подчинение этих многих воль

единому партийному долгу.

Бекишев говорил убежденно. Глаза его заблестели,

лицо стало почти вдохновенным. «Ого! — подумал Коросте-

лев. — В тебе, оказывается, вон какой огонь!»

— Большой у нас с вами разговор получился, — сказал

Коростелев, — да по»вод для него больно мелкий. Не будем

поднимать эту телку на принципиальную высоту.

Бекишев улыбнулся.

— Сама по себе телка как телка, конечно, не стоит того,

чтобы поднимать ее на принципиальную высоту. Почему

волнуются люди? Потому чго речь идет о ценностях,

доверенных нашему коллективу.

Коросгелев остановился и взял Бекишева за плечи.

— Умный человек, — проще, проще. Речь идет именно

о телке. О представительнице зоологического мира,

понимаете? Четыре ноги и один хвост. Мы получили за нее

ровно столько рублей, сколько она стоит. Вчера в совхозе

родилось семнадцать телят, сегодня восемь. Всё. Вопрос

исчерпан. Честное слово, я спешу. Я эту ночь глаз не

сомкнул.

Он решительно попрощался с Бекишевым и направился

домой.

Тося Алмазова не вышла-таки сегодня на работу. Если

и завтра не выйдет — он отдаст ее под суд. Скоро все

сядут ему на голову. Время показать, что такое директор.

В ежовые рукавицы... А что касается телки, то о ней

поговорят и забудут. Подумаешь — злоба дня...

В кухне ждала его мать. Она только что пришла и

сидела на лавке в платке и ватнике, сложивши руки, как в

гостях. Он молча повесил шинель на гвоздь. Сейчас и

мать выскажется.

.— Так и будем теперь хозяйствовать?— спросила она.—

Что имеем, по людям раздадим, совхоз развалим?