Чтение онлайн

— Я буду более огорчен, если эти работы станут достоянием даже самых узких шпионских кругов растреклятого КЮД. Я надеюсь, Вы прекрасно отдаете себе отчет о стратегическом значении этих исследований, на что готовы пойти наши враги, что бы завладеть секретами лаборатории К-7Б. Вам, как профессору и нобелевскому лауреату, должны быть дороги идеи демократии и прогресса, которые мы отстаиваем в постоянной борьбе с мракобесными силами деспотического хаоса наших идеологических, и к сожалению, не только идеологических, противников. — Строго указал генерал контрразведки.

— Конечно, конечно, вне всякого сомнения. Ценности демократии являются в любом случае приоритетными. — Профессор и нобелевский лауреат отдавал себе отчет, сколь огорчительно для него может оказаться огорчение шефа демократической безопасности. В этом вопросе полагаться на академический иммунитет было бы слишком большой легкомысленностью.

— Так значит вы занимаетесь «иными пространственно-временными континуумами», это что — параллельные иры?

— Не совсем так, мой генерал. Параллельные миры, по современным представлениям, разработанным, как я уже отмечал, в нашем Центре, это одна из возможных групп множества пространственно-временных континуумов. Как известно, наша Вселенная возникла в результате Великого Взрыва. Как показали новейшие исследования, кроме него были и другие Взрывы, приведшие к формированию других вселеных с иными физическими свойствами, с иной пространственно-временной структурой. — Замдиректора на листе бумаги набросал чертежик.

— Они, эти вселенные, существуют, как бы параллельно нашему миру, но мало вероятно, по причине этих различий, чтобы мы смогли установить с ними какой-либо контакт.

Зиберович начал акуратно снимать свои накладные пейсы. — Но, как я слыхал, эти параллельные миры находятся рядом с нами?

— А им больше и негде находиться.

— Тогда мне не ясно, почему мы не сможем их пощупать?

— Дело в том, генерал, что пространство и время имеют дискретную природу, то есть одно время мы как бы есть, а потом нас как бы и нету, потом опять мы есть и так далее. Тогда посторонний наблюдатель, как мы, физики, говорим, будет видеть (я, конечно очень огрубляю) как мы, словно в игре «раз, два, три — замри», все разом замираем: пчела зависает в воздухе, электроны перестают кружиться, даже фотоны останавливаются. Вообще то говоря, даже вся картинка исчезает совсем, потому что, нет ни времени ни пространства. Вместо нее возникает картина другого мира, потом следующего и следующего и следующего, пока, наконец, не возникнет наш мир в нормальном движении до следующей остановки и так постоянно.

— Ну ясно, как наложение кинопленок. — Зибеpович аккуpатно стpяхивал с лацкана своего пиджака синтетическую пеpхоть.

— Совершенно верно, генерал, вы удивительно точно ухватываете самую суть явления. Да, весь фокус в том, что пока мы движемся, истинные параллельные миры как бы отсутствуют, и наоборот, когда они живут, мы в паузе. Это очень грубо можно сравнить с двухкомнатной квартирой, в каждой из комнат которой живет по одному человеку. Когда один бодрствует, то другой спит, запирая свою дверь и поэтому они никогда не встречаются. Таким образом каждый из них знает, что в квартире есть, по меньшей мере еще одна комната и один постоялец, но что это за комната, кто такой сосед, оба они не знают. Это все касается истинно параллельных миров. Но есть еще одна модель развития, касающаяся уже только нашей Вселенной. Возникшей из одного Начального Взрыва, пространственно-временной континуум в процессе своего развития начал делиться, образовывая как бы боковые ветви, которые в свою очередь так же могут делиться и так далее. Это дивергентные миры. Не хотелось бы, генерал, отнимать Ваше время, но не могу не добавить, что нашими полевыми исследованиями в палеохронополе Земли обнаружены альфа-аномальные зоны, свидетельствующие о процессах расщепления пространственно-временного континуума. Интересно, что они, эти расщепления, происходят с регулярностью приблизительно в 180 миллионов лет. Самый ранний акт дивергенции (хотя были до него, но они хуже фиксируются) произошел на границе крипто— и фанерозоя, примерно на нижней границе кембрия, следующий в середине палеозоя, потом на границе перьми и триаса, и наконец, последний, в конце мелового периода.

— А, это когда динозавры вымерли. — Зиберович, к удивлению завлаба, имел некоторые понятия в естественной истории. Факт наличия зачатков интеллекта под генеpальской фуpажкой был настолько примечателен, что даже оправдывал временное расставание с животрепетаньем дельта-трансформаций.

— Совершенно справедливо, но должен отметить, что и в других точках дивергенции происходили коренные преобразования органического мира, не уступающие гибели ящеров.

— Да, образование сложных организмов, царство земноводных, рептилий и нас с вами, теплокровных. — Зиберович продолжал изумлять завлаба. [5]

— Но правда, пока еще в этих событиях причинно-следственной связи не выявлено, это должно стать фундаментальной темой для геологов, палеонтологов и, конечно, наших, я подчеркиваю, наших физиков.

— Выявят. — Обнадежил Зиберович. — Я знаю по опыту, что если имело место совпадение событий — приезд в Рим болгарских экстремистов и покушение на Папу Римского, то и к гадалке ходить не надо, причинно-следственная связь тут простая. Все дело за следствием. — Позволил себе легкий каламбур генерал контрразведки. — Но давайте вернемся к нашим дивергентным мирам.

— Простите, генерал. — Продолжал замдиректора. — Дивергентные миры, имея общие истоки более близки в физическом смысле и контакты между ними возможны. Используя наш пример с квартирой — это когда жильцы не асинхронно спят-бодрствуют, а какое то время, пусть даже всего одну тысячную долю пикосекунды, могут видеть друг друга.

— Так сказать братские миры. — Сформулировал Зиберович. — А кто старший брат?

— Видимо мы представляем основной ствол пространственно-временного континуума, а все остальные миры, являются его побочными ветвями. — Ученые нашего Научного Центра стоят на патриотических позициях. — С гордой ответственностью заявил директор.

— Надо думать, — замдиректора не обращал внимания на реплику своего якобы начальника, — чем позже произошла дивергенция миров, тем ближе их свойства, настолько, что случается естественное, самопроизвольное сближение, и в некоторых случаях — пересечение.

— Ага, наши жильцы наконец оба проснулись и решили распить на кужне бутылочку — другую?

— Да, и последствия их пьянки, опять таки причинно-следственная связь остается не вполне ясной, весьма серьезные. Бета-аномалии палеохронополя Земли совпадают по времени с великим переселением народов, начала эпохи викингов, татаро-монгольской экспансией и другими узловыми моментами развития нашей цивилизации.

— Это очень интересно, дорогой профессрор, если Вас это не затруднит, я попрошу Вас составить мне списочек этих аномалий, так сказать в приватном порядке. А сейчас я бы хотел войти в курс экспериментов.

— С огромным удовольствием. — Ответствовал нобелевский лауреат и продолжал с патрицийской вальяжностью, и не без пафоса, далее:

— Наши достижения в теории множественности миров позволили разработать принципы перемещения материальных объектов в иные пространственно-временные континуумы и на этой базе сконструировать и воплотить, так сказать, в металле установку «Рай — 1». Она предназначена для экспериментального подтверждения истинности наших теоретических представлений и непосредственного изучения иных вселенных. Считаю своим долгом заявить со всей ответственность, что экспериментальные работы полностью подтвердили теоретические разработки. Это грандиозное научное открытие совершено благодаря нашему передовому гуманистическому строю. Такое может быть осуществлено только в условиях демократии. Они, эти условия, если мне будет позволительно высказаться языком математики, являются необходимыми и достаточными. — Профессор помнил суровую отповедь грозного генерала.

— Путь к вершинам науки прокладывают демократы! — Изрек директор, услыхав наконец в речи научного руководителя что-то для себя знакомое. — Это совершенно правильно, я рад, что вы придерживаетесь такого мнения. — Удовлетворенно и деловито произнес Зиберович. Обведя взглядом высказавшихся по этому важному вопросу, он уставился на завлаба. Тот, услыхав подобный бред, ошалело вынырнул из моря дельта-трансформаций, встретился с пронзительным взоpом контрразведчика и юркнул обратно в нежные объятия глубин пентамерных матриц.

— Однако, как я должен заметить, пpофессоp выполнив pитуал гpажданского долга, посчитал возможным и легкую кpитику, — наши достижения были бы более весомыми, если бы нашим pаботам уделялось, соответствующее их значению, внимание со стоpоны финансиpующих оpганов. Для эффективного пpоведения pабот, — тут уже научный руководитель оседлал своего конька, — тpебуются значительные сpедства для пpиобpетения новейшего обоpудования, пpибоpов, комплектующих и всего пpочего, без чего…

Зибеpович пpекpасно понимал побудительные мотивы оpатоpского вдохновения нобелевского лауpеата. Понимал и что в свете последних событий, тот несомненно будет иметь влияние на чиновников плановых оpганов. Так что стоит, пожалуй, поддеpжать господина пpофессоpа. Их интеpесы совпадали.