Чтение онлайн

4) Декларации (акты установления, вердиктивы) имеют цель объявить некоторое положение дел в мире, соответствующее пропозиционному содержанию речевого акта. Направление приспособления одновременно двустороннее – «слова > мир» и «мир < слова». Психологическое состояние не выражено. Результатом декларативных актов является установление ими нечто существующего в мире. Примерами деклараций являются назначение на должность, отлучение от церкви, посвящение в рыцари, прием в партию, присвоение имени человеку или названия, объявление войны, объявление об отставке, об открытии заседания, увольнении, приговоры, установление повестки дня и др. Иллокутивными глаголами являются следующие перформативные глаголы: объявляю, провозглашаю, подтверждаю, завещаю, нарекаю, называю, приговариваю, посвящаю, отлучаю, назначаю, увольняю, сдаюсь, подаю в отставку, отрекаюсь, утверждаю, удостоверяю документ и др.

Условием успешности декларативных актов служит наличие у говорящего соответствующего социального положения, полномочий.

5) Экпрессивы имеют цель выразить определенное психологическое состояние (реакцию) говорящего, вызываемое положением вещей, определенным в рамках пропозиционального содержания. Они следуют за действиями и не имеют направления приспособления, поскольку положение дел, служащее поводом для экспрессивов, составляет не основное их содержание, а пресуппозицию (предпосылку). Пропозициональное содержание экспрессивов заключается в приписывании некоторого предиката субъекту, которым может быть говорящий или слушающий: так, в Простите за опоздание субъектом пропозиции является говорящий, который совершил опоздание, а в Спасибо за помощь – слушающий, который совершил помощь. Психологическое состояние может быть различным (чувство благодарности, сожаления, вины, оправдания и т.д.) Для экспрессивов характерны перформативные этикетные глаголы и выражения, отражающие ритуалы общения между людьми, особенно фразеологизированные клише, специфичные для каждого языка: извините, простите, спасибо (этимологически из спаси бог), благодарю, поздравляю, сочувствую, сожалею, приветствую, желаю успеха и др. Иначе их называют неинформативными актами речи, поскольку служат для установления речевого контакта или обозначения того, что между собеседниками существуют определенные социальные отношения: ср. Алло! Как дела ? Как здоровье ? Привет!

Приведенную классификацию речевых актов нельзя считать логически безупречной, так как, во-первых, они могут представлять пересекающиеся (смешанные) типы, когда некоторые из них обладают признаками разных иллокутивных сил, и, во-вторых, не учитывает в ряде случаев специфики иллокутивных целей, отличных от принятых в данной классификации. Так, уже отмечалось, что приглашение является одновременно директивом и комиссивом, поскольку оно налагает на говорящего обязательство обеспечить приглашаемому должный прием. Подобным образом жалоба является одновременно репрезентативом, отражающим положение дел, на которое жалуются, директивом, поскольку направлена на побуждение принять соответствующие меры, и экспрессивом, поскольку выражает недовольство говорящего положением дел.

Есть достаточно веские основания исключить вопросы из директивных речевых актов, на что обратила внимание А. Вежбицка, которая справедливо заметила, что вопросы выражают не просьбы, а «желание знать», что подтверждается вопросами, обращенными к самому себе типа Интересно, что там случилось? [Вежбицка 1985.: 261J. Поэтому можно считать, что есть особые

6) интеррогативные акты (интеррогативы), которые, кстати сказать, наряду с репрезантивными (повествовательными предложениями) и побудительными речевыми актами являются основными универсальными типами речи.

Приведенную классификацию речевых актов можно также дополнить еще двумя типами.

7) Особое место среди речевых актов занимают перформативные высказывания, перформативы (лат. performo – действую, исполняю) понятие которых было введено английским логиком Дж. Остином в. 1962 г. [Остин 1986]. Но еще раньше перформативы были замечены Э. Кошмидером, назвавшим их «коинциденцией» – «совпадением слова и действия... в том смысле, что слово, которое произносится, как раз и есть само обозначаемое действие» [Кошмидер 1962: 163], и Э. Бенвенистом, обратившим . внимание на проявление в них «субъективности» говорящего [Бенвенист 1974]. После названных работ появились многочисленные публикации, посвященные проблеме перформативов, в том числе и в русском языке, см. [Апресян 1986, Рябцева 1992, Крекич 1993] идр., а также обобщающая статья Н.Д. Арутюновой «Перформатив» в «Лингвистическом энциклопедическом словаре» (1990), здесь же приводится основная библиография. В настоящем изложении используются названные работы русских и зарубежных исследователей с рядом уточнений и дополнений.

Сущность перформативных высказываний во всех работах определяется как совпадение произнесения определенных глаголов преимущественно в форме 1-го лица ед. ч. настоящего времени изъявительного наклонения действительного залога с выполнением говорящим обозначенных ими действий: произносимое слово есть само обозначаемое действие, в этом смысле перформативные глаголы аутореферентны (самореферентны), т.е. они указывают на выполняемые действия. Например, в высказываниях Я клянусь, вызываю на дуэль, объявляю вас мужем и женой глаголы являются не сообщениями о выполняемых действиях говорящего (к ним нельзя поставить вопрос: Что это ты делаешь?), а самими выполняемыми действиями, жизненными событиями в момент их произнесения. Но ср. высказывания Я читаю, пишу, иду в магазин, которые сообщают о выполняемых действиях до и после речевого сообщения о них и не являются самими выполняемыми действиями в момент их произнесения (Дж. Остин называет их констативами). Иначе говоря, выполнение действия перформативного, глагола сводится к моменту произнесения глагола – к одному акту говорящего, а выполнение действия неперформативного глагола не связано с его произнесением: совершение действия и сообщение о нем – это два разных акта говорящего.

Таким образом, перформативы объединяют речевые акты говорящего с реальностью, будучи самими реальными действиями в момент их произнесения, а не сообщениями о них. Поэтому они не принимают оценки истинности/ложности (их нельзя подтвердить или опровергнуть), как и любые другие реальные действия, но они могут обладать признаками успешности/неуспешности, уместности/неуместности, зависимыми от социального статуса говорящего, наделенного соответствующими полномочиями, или от условий, при которых они употребляются. Например, высказывание контролера Прошу предъявить билеты выражает официальную просьбу, рассчитанную на ответное действие обязательного предъявления билетов адресатами; высказывание Объявляю собрание закрытым — официальное объявление о прекращении собрания выбранным его председателем; высказывание Благодарю вас за помощь — достойную оценку говорящим оказанной помощи; высказывание Поздравляю вас с Новым годом – приветствие, добрые пожелания говорящего в связи с наступлением Нового года. Создавая жизненные ситуации, перформативные высказывания влекут за собой определенные следствия: в приведенных примерах это обязательное предъявление билетов, прекращение собрания, проявление чувства признательности говорящего, отношения личной приязни, знакомства.

Большинство перформативных глаголов обладает свойством вводить некоторую пропозицию (сообщение о событии), которая доводит до сведения слушателя, что есть, была или будет некая ситуация, вызывающая их употребление. Ср. Признаюсь, что я неправ/был неправ. Прошу вас успокоиться. Назначаю вас директором школы. Умоляю, перестань!

При определенных речевых условиях модальная характеристика перформативных глаголов не влияет на выполнение их функций: так, вопрос Могу ли пригласить Вас на вальс? равнозначен приглашению и называется смягченным или косвенным перформативом. Ср. также Я просил бы Вас не делать этого – Прошу Вас не делать этого. Осмелюсь доложить – Докладываю... Смею Вас уверить – Уверяю Вас.

Указанные выше грамматические формы, в которых выступает перформативная функция глаголов, являются для них каноническими, но не единственными. Вместо формы 1-го лица в ряде случаев могут употребляться за-меняющая ее форма 3-го лица для устранения указания на конкретного говорящего (Пассажиров просят пройти на посадку. Просят не курить), некоторые существительные, обозначающие положения дел, определяемые говорящим в момент речи (ср. Шах! Мат! = Я объявляю шах, мат), фразеологизированные перформативные конструкции (Ср. У меня к Вам большая просьба = Я прошу Вас, С праздником Вас = Поздравляю с праздником); вместо действительного залога может употребляться страдательный залог для фокусировки объекта (ср. Настоящим Вы утверждаетесь в должности министра. Пассажиры приглашаются на посадку. Тебе отпускаются все грехи). В качестве говорящих могут быть представлены целые коллективы: Кафедра рекомендует его на должность профессора. Ученый Совет постановляет.

В проблеме перформативов выделяются два недостаточно выясненных аспекта: 1) являются ли перформативные глаголы отдельными лексемами, т.е. заложен ли в их значениях признак перформативности или этот признак, как считал Э. Бенвенист, появляется только при «субъективности речи» [Бенвенист 1974: 299]; 2) какова семантическая зона и семантическая типология перформативных глаголов?

1) Если учесть, что в формах 2-го, 3-го лица, прошедшего и будущего времени, а также повелительного наклонения представлена имплицитная «субъективность» действия, передаваемая говорящим или предполагаемая в его осуществлении, то перформативные глаголы следует признать отдельными лексемами и квалифицировать их в этих формах как имплицитные перформативы, выступающие в функции констативов. Ср. Он поблагодарил его за гостеприимство, т.е. он сказал: Благодарю тебя за гостеприимство. Объявите собрание закрытым, т.е. скажите: Объявляю собрание закрытым. Я прошу его уйти, т.е. Я прошу тебя: уйди. Таким образом, можно считать, что перформативные глаголы в каждом языке представляют собой самостоятельную лексическую группу, определяемую в своих разновидностях существующими в данном социуме нормами и конвенциями, регулирующими создание реальных ситуаций посредством речевых высказываний. Так, например, ситуации обязывающего приказа, гарантии, присяги (Я приказываю вам... Я гарантирую... Присягаю...) возможны в обществе, в котором имеет место социальная субординация, институт поручительства и воинской обязанности. Поэтому глаголы, обозначающие предосудительные намерения, не могут быть перформативами: лгать, обманывать, оскорблять, клеветать, оговаривать.

2) Все перформативы обладают двумя семантическими особенностями: во-первых, они отражают акты сознания, а не предметную область объективной реальности,

и, во-вторых, они направлены на установку своих следствий в объективной и субъективной реальности. С этой точки зрения перформативы, как показано в работе [Рябцева 1992], подразделяются на две группы: социологизированные, устанавливающие межличностные отношения, и ментальные, выражающие выполнение говорящим мыслительных операций в ходе рассуждений. Социологизированные перформативы представлены, например, следующими типами глаголов: