Чтение онлайн

По имеющимся данным можно заключить, что этот процесс происходит по тем же законам, что и с материалом забытого. Только здесь уже вступает в игру разделительная граница, фильтр иной природы, разделяющий два вида абсолютно по-разному организованной информации — чётко личностную от неориентированной, а также всеобщей, которая относится к самой материальной структуре мозга. Информационные массивы узкой направленности, вошедшие в «состав» личности при завершении внутренней перестройки, информация общего значения, воспринятая извне и зафиксированная бессознательным вне участия сознания, а также структурная информация Единого (со встроенным в неё коммуникационным «полевым чипом») разделены «фильтрами», имеющими совершенно разную природу и назначение.

Свободным информационным компонентом, «пронизывающим» всю психику «снизу» (от архетипического) «доверху» (Я-сознание), являются эмоции. Всё остальное в той или иной мере тормозится барьерами, разделяющими по-разному организованную материю или среду психического. Определённые состояния сознания, вызываемые методами йоги (медитация), создают возможности для внутренней информационной диффузии, параметры которой (интенсивность, скорость, «глубина») зависят от неизвестного нам количества не представимых сегодня факторов и поэтому пока не определены. Известно одно: в процессе внутренней самоинтеграции возникают свидетельства истинности её направления (сиддхи), и в завершение может произойти (и затем неоднократно повториться) контакт с Единым.

Как бы то ни было, неоднократные «погружения» структуры сознания в «океан» воспринятой когда-то бессознательно информации, с одной стороны, могут дать определённый прирост масштаба личности, с другой — быть может, это увеличивает потенциальную возможность контакта с областью прорывающихся спонтанно аффективных выплесков, о которых говорил Юнг? Этот материал не обладает логическим смыслом, зато он относительно однороден энергетически, потому что воспринятое вне сознания в основном безэмоционально. Это как бы своеобразный демпфер, энергетически нейтральный слой, разделяющий личностное и архетипическое, отдельное и общее, гребень волны и её основание.

Когда наступает первая стадия сосредоточения — самадхи, вначале приходится «иметь дело» с психическими феноменами, облечёнными в «форму мысли». При этом сведённая к минимуму часть Эго-сознания, «плавая» в изотропном пространстве личного бессознательного, имеющем внешнюю природу происхождения, в условиях полной сенсорной депривации остаётся сама с собой и начинает «различать» или наблюдать динамику собственного функционирования.

При многократном воспроизведении процесса медитации в одном из вариантов его развития, изменённое сознание может соприкоснуться с неким универсальным элементом психики рода, который одновременно является частью фундаментальной сети взаимодействий. Он подобен мицелию нематериальной вневременной грибницы, которая соединяет каждое индивидуальное сознание, разница лишь в том, что вместе с любым из шести миллиардов типовых конструкций, именуемых человеком, элемент такой сети возникает и погибает всякий раз заново, как, впрочем, и надстройка.

Шри Ауробиндо и Мира Алфасса (Мать) заявили когда-то, что полная индивидуальная трансформация человека разумного невозможна, пока в этом направлении не сдвинется единовременно вся цивилизация. Но этого никогда не случится, потому что сумма попыток совершенствования всех без исключения людей в каждый момент времени равна нулю, если вообще не является величиной отрицательной. Другое дело, что достигшие способны оказывать на нейтральных, в смысле самосовершенствования, людей очень сильное воздействие, и при каком-то количестве самореализовавшихся возможно к этому будет подвигнута и остальная масса.

Похоже, что основатели Интегральной Веданты, будучи не в силах понять смысл происходящего в классической йоговской интроспекции, не устранили корни собственных проекций и не достигли целостности, отсюда и кажущаяся непреодолимость препятствий.

Если Ауробиндо пытался вообще избавиться от индивидуальности, от Эго-сознания, то понятно, к чему это могло привести, учитывая материал, накопленный вытесненным его психикой за период террористической деятельности. Свидетели утверждают, что последние годы жизни он провёл в полной неподвижности, очевидно пытаясь компенсировать этим недостижимое спокойствие ума. Это своего рода алхимический приём, когда подобное вызывается подобным, по большому счёту — отчаянный шаг угодившего в тупик человека.

В конце концов, Интегральная Веданта есть только частный опыт, к которому йога была «пристегнута» постольку поскольку (Ауробиндо вообще проигнорировал Хатха-йогу, его путь начинался с «чистой духовности»), следовательно, она не лучше и не хуже прочих доктрин умозрительного спасения, претендующих на исключительность. Если бы только каждая из них не назначала сама себя абсолютной системой координат, единственно правильной в этом мире точкой отсчёта!

Юнгианцы считали, что: «Подобно алхимии, различные виды йоги также стремятся к освобождению души, к состоянию «отрешённости от предметного мира...»

Универсальная технология классической Раджа-йога Патанджали при владении ею способна дать каждому человеку возможность самосовершенствования, приводя в порядок тело, она в то же время является способом очистительного и развивающего воздействия на бессмертную душу.

«Цель духовного бытия состоит в сотворении и увековечении психического неосязаемого тела, обеспечивающего непрерывность вне телесного сознания. Это рождение духовного человека... символа духа, трансцендентного по отношению к переходящему. Здесь также «видение» внутренней «реальности» — то есть интуитивное постижение того мира, в котором царят пары противоположностей, — служит посылкой искомого единства и цельности. Сама последовательность стадий йоги живо напоминает об алхимии и процессе индивидуации, лишний раз свидетельствуя о единстве психической основы всех феноменов.

...Этот проецирующий Будду психический инструмент основывается на том самом активном воображении, которое у юнговских пациентов ведёт к аналогичному переживанию символов, и через него — к познанию человеком своего «центра», Самости. Воображение должно пониматься как буквальная способность создавать образы. Это активное воспроизведение внутренних образов... это настоящий подвиг мысли и мышления...» (Н. Якоби: «Дух и жизнь», с.523-524).

Два момента в этой обширной цитате требуют уточнения. Первый: йога не может напоминать о «сходных процессах алхимии и индивидуации» только потому, что она неизмеримо старше обеих.

Второй: если в буддизме и его йоге последовательности смены форм в медитации созерцания жёстко предписаны (что отчасти напоминает предварительное программирование в Иисусовой молитве), то у Патанджали и в Тантре — иначе. В медитациях Тантры всегда делался основной упор на спонтанность (в экстремальных психотехниках тибетского буддизма умышленно перегретое до предела бессознательное навязывает контакт сознанию в виде сугубо инфернального, — что и является отличием от ожидаемой благодати христианства, — но также известного наперёд содержания доктрины), и в традиционных практиках, излагаемых Свами Сатьянандой, не программируется заранее ожидаемый познавательный результат. Здесь, как и в классической йоге, нет места воображению! Поздняя буддийская медитация — частный случай «перевода» сознания на мифологические «рельсы», что ведёт к контакту с персонифицированной в данной культуре формой Абсолюта, созданной человеческим умом и его представлениями.

Итак, Большой контакт, коммуникация с архетипическим — что это? Сколько уже сказано о «высших» состояниях, хотя всё единодушно сходятся на том, что переживания контакта с Единым не вербализуемы. Только метафора может связать личное переживание запредельного с ограниченностью смыслового и словарного запаса. Но вот такой вопрос: почему подобные состояния сознания всегда именуются только «высшими» и никак иначе?

«Человек купается в неописуемом состоянии истины, причём не анализирует происходящее — оно просто есть» (Сатпрем: «Шри Ауробиндо», с.187). М.К. Мамардашвили со свойственным ему печальным юмором и убийственной меткостью заметил: «Высокие понятия отнюдь не содержат в себе состояний мысли», как и эмоциональные переживания, потому что подлинное творчество всегда включает необходимый элемент покоя.