Чтение онлайн

– Давайте, Афанасьев, вместе работать, - сказал он.

– То есть как вас понимать?
– насторожился тот.

– А очень просто. Составим список подпольщиков и сделаем облаву...

– Это можно. Икаев мне тоже об этом говорил. Да ведь они ж, сволочи, все свои квартиры попеременили. Войсковой старшина Икаев велел мне выяснить их новые квартиры, вот я и выясняю...

– Ну, и выяснили?

– Кое-какие выяснил, но не все еще...

– Ну скорее выясняйте.

– Выясню, не сомневайтесь, - пообещал все более пьянеющий Афанасьев.
– Видать, хороший вы человек, господин прапорщик. Люблю с хорошими людьми посидеть за выпивкой... Эх, - с сожалением вдруг крякнул он, - девочек нет... Люблю, скажу вам, женский пол, ох и люблю же!

– А вот как допьем здесь, так и поедем к девочкам.

– Ей-богу?
– обрадовался Афанасьев.
– А у вас есть?

– Найдем.

– Вот это дело, - оживился Афанасьев.
– Ей-богу, дело! Признаюсь, как увижу красивую девочку, так весь сам не свой делаюсь... Эх, черт побрал!.. Люблю красивую жизнь!.. Я извиняюсь, господин офицер, выйду до туалета...

– Может быть, проводить?

– Нет, спасибо. Я сам.

Пошатываясь, Афанасьев отдернул портьеру, вышел. Прапорщик встал и снова ее задернул. Но она тотчас же приподнялась. Вошел Виктор.

– Ну как, Вася?
– тихо спросил он у прапорщика.

– Все идет как по маслу, - усмехнулся тот.
– Он во всем признался.

– Напои его водкой до бесчувствия, - прошептал Виктор.
– Я тут на улице, на фаэтоне жду... Да выпытай у него, есть ли у нас еще провокаторы...

– Ладно, ладно!
– отмахнулся прапорщик.
– Уходи, а то он сейчас войдет.

Виктор исчез за занавеской. Вскоре, раскачиваясь из стороны в сторону, вошел Афанасьев. Он грузно сел на стул.

– У-у!
– помотал он головой.
– Я, кажись, того... охмелел... Ах, да наплевать!
– махнул он рукой.
– Только и нашего, что немного повеселишься. Жизнь стала мрачная... Никакой отрады не видишь ни для души, ни для тела... Слушай, прапорщик, как тебя зовут, а?.. Меня Василием, а тебя?

– Меня тоже Василием зовут.

– О!
– обрадованно вскочил Афанасьев.
– Значит, тезка?.. Великолепно, дай расцелую.

Он обнял офицера и облобызал его. Прапорщик брезгливо вытер губы носовым платком, потом, взяв графин с водкой, налил в стаканчики.

– Выпьем.

Вскоре Афанасьев настолько напился, что стал плохо соображать.

– Вася!
– бормотал он.
– Слышишь, Вася... Поедем к девочкам... Люблю девочек...

– Выпей вот еще, - подал ему стаканчик с водкой прапорщик.
– Выпьем тогда поедем.

– И выпью!
– вызывающе воскликнул Афанасьев. Вырвав из рук офицера стаканчик, он залпом выпил водку. Но, видимо, это уже было сверх меры. Афанасьев ошалело мутными глазами оглянулся вокруг, хотел что-то сказать, но покачнулся и, промычав нечто бессвязное, опустил голову и стал засыпать.

Прапорщик с брезгливой усмешкой посмотрел на него.

– Сволочь!

Афанасьев приподнял голову и уставился на офицера.

– Кто - сволочь?
– спросил он.

– Да официант, - усмехнулся прапорщик.
– Велел принести ему еще водки, а он не несет... Сейчас выпьем и поедем к девочкам.

– Вася, друг, поедем, - оживился Афанасьев.

– Обязательно, - кивнул офицер.
– Ты мне вот только скажи, кто еще с тобой работал заодно?

– Да ведь это не точно, - пьяно мотал головой Афанасьев.

– Ну а все же...

– Слышал, будто...

– Ну-ну?..

– Емельян Василенко...

– А еще?
– записал на папиросной коробке прапорщик.

– Чуднов...

– А еще?..

– Грачев...

– А еще кто?

– Больше не знаю, ей-богу, не знаю, - снова положив голову на стол, он захрапел.

Расплатившись с официантом, офицер попросил его помочь довести пьяного Афанасьева до извозчика.

Его посадили в экипаж, и он тотчас же повалился на сиденье и заснул.

Подошел Виктор.

Молодой прапорщик вытащил коробку с папиросами. В ней была только одна папироса, он закурил и бросил коробку.

– Ну, рассказывай, Вася, - попросил Виктор.

Вася Колчанов коротко рассказал ему о разговоре, который у него был с Афанасьевым.

– Значит, гад, признался?
– угрюмо спросил Виктор.

– Да. Теперь нет никаких сомнений в том, что он провокатор.

– Ты выяснил, один он был провокатором, или еще кто есть?

– Ах ты, черт возьми!
– вдруг спохватился Колчанов.
– Коробку-то я бросил... Где она?..

– Да вон мальчик поднял ее, - недоумевающе сказал Виктор.
– Зачем она тебе?.. Она же пустая...

– Мальчик!.. Мальчик!..
– ринулся Колчанов к оторопевшему мальчугану.
– На тебе три рубля, а ты отдай мне коробку...

Завладев коробкой, Колчанов прочитал на ней:

– Емельян Василенко... Чуднов... Грачев... Знаешь ты таких?

– Не знаю, - ответил Виктор.
– Но узнаем. Дай мне коробку. Поедешь со мной или нет?

– Нет, Витя, спасибо, - покачал головой Колчанов.
– Я понимаю, куда ты его повезешь. Мне там не место. Это дело ваше, как с ним поступить, меня это не касается.

– Один вопрос, Вася, - взволнованно сказал Виктор.
– Ты видел Марину?

– Три дня назад в тюрьме, и то мельком.

– Как она?
– с болью спросил Виктор.

– Настроение неплохое, но похудела, побледнела. Она узнала меня и улыбнулась. Я ей дал понять, чтоб надеялась...

– Бедная, - прошептал Виктор.
– Вася...
– тихо сказал он и запнулся.

– Ну-ну?

Но Виктор молчал. Колчанов обнял его.

– Я знаю, что ты хотел сказать... Пока, Витя, ничего не могу тебе обещать. Очень уж строгий надзор за ней... Но я верю, что мы что-нибудь сделаем. Не горюй, Витя, сделаем, - пожал он руку Виктору.

– А о товарище Елене что-нибудь знаешь?

– Та сидит в одиночке. К ней никого не допускают. О ней я ничего утешительного не могу сказать... Если появится какая возможность, я сейчас же сообщу. Пока, а то Афанасьев очнется да еще сбежит...

– Не сбежит, - сурово сказал Виктор.
– За ним следит извозчик, а он наш парень. Ну, прощай!

Вскочив в экипаж, он сел рядом со спавшим Афанасьевым и крикнул извозчику:

– Гони, Ваня!

– Туда?
– оглянулся парень.

– Да, Ваня, туда.

Они помчались по Садовой.