Чтение онлайн

Прошли века, и Доброславы на два народа разделились: те, кто первыми здесь появились, те Доброславами считались, а те, кто позже родились, – те Сурами звались. Когда и как то разделение случилось, никто не мог бы указать – сама так жизнь распорядилась. Ра, похоже, многое предвидел, и если Доброславы в Ладиной любви купались, то Суры под мужества лучом Владыки Ра здесь появились: им путь воинов Владыка намечал, предвидя то, чего пока никто не видел. В Сурах крепь духа сочеталась со звёздной Краса-той, она мерцала искристым блеском во глубине их синих глаз. Они любили Явь, её природу, но духом тяготели к звёздам, им было тесно на планете, и если б Ра дал крылья им, они тотчас бы улетели в Небеса, в горнила звёздной Краса-ты, зов к которой Владыка Ра им в дух вложил.

Ра и Ур не раз с Небес сходили к Сурам, их многому учили, особенно сражаться с пока ещё неведомым врагом, наперёд из Хроники Акаши зная, что кончится блаженство Рая и жизнь своей суровой предстанет стороной. Ещё сюда с Миров иных спускались ученики Владыки Ра, чтобы учение Учителя продолжить и Перволюдям знанья передать, как надо по Космическим Законам выживать. На Яви постоянно Лада лишь жила, и Сурам также помогала, но больше Доброславам, которых всей душою полюбила и от рождения вела.

Тем временем под Ладиным началом Доброславы силой мысли овладели

и научилися летать. Пусть пока что невысоко, недалёко, но летали, и мысли Краса-ты им крыльями служили.

Когда однажды Явь Владыка Ра вновь навестил и в Ладином хозяйстве побывал, то в восторге Деве про Доброславов он сказал:

– Светлый ум и сердце доброты, ноги, что едва ли мысли не быстрей, и руки, что ласкают дело Краса-ты! Восторг полнейший! Нелегко придётся Доброславам: их назначенье – истину Добра явить на Яви и Краса-те путь проложить, но я предвижу, что путь их может быть суров. Так что свои созданья неженками не расти, иначе в бурях жизни, что обязательно нагрянут, свои уменья и задатки Доброславы растеряют. На трудностях их закаляй и волю развивай. Когда всё хорошо, то эта ровность застилает ум и сердце серой пеленой благополучья. И самая беда, когда довольство за смысл и счастье жизни будет выдавать себя. Ничем не облегчай их путь, пусть сами всё пройдут. Что сами обретут в трудах своих, то с ними и пребудет, а сверх ты не давай чрезмерно ничего. Пусть каждый шаг на Яви Доброславы трудами сердца закрепляют. Сердце крепь им даст – лишь в нём магнит Добра и Краса-ты, а дерзкий ум пускай разгадки ищет всем тайнам бытия и претворяет их в явленья Краса-ты. И пусть дерзают: ведь в этом дерзновенье крылья вырастают для полётов в Дальние Миры. Быть может, и, скорей всего, Доброславы с крепкими ногами, ясными умами, добрыми сердцами и жаждой творчества в груди тебе опорой будут во всех делах твоих.

Но и Суров ты не забывай, они защитой Доброславам станут и заодно тебе.

Конечно, Лада обещала всё сделать, как просил Учитель: от похвалы Учителя у неё кружилась голова и ей всё время петь хотелось и даже танцевать – любовь к Владыке Ра в пространство Яви изливать.

Время шло или текло, жизнь на Яви развивалась, планета погружалась в плоть материи вселенской. Жизнь кипела здесь повсюду: на воде и под водой, на земле и под землёй; в небе чёрные драконы бились яро за просторы, твердь стонала и трещала под тяжёлым шагом монстров, что друг друга пожирали; там и там грызня кипела, злобной ярости огонь на людей уж стал бросаться, им сознанья отравлять и раздоры вызывать.

Лада долго это всё терпела, но однажды Сатанэля повстречала и в сердцах ему сказала:

– Явь во Зло ты погружаешь, Краса-ты ты Мир лишаешь. Для чего ты сеешь Зло?

– Кто ты есть такая здесь? – ей с насмешкой отвечал Яви полный Властелин – так себя он величал. Всех он тварями считал, недостойными вниманья.

Первый раз встречаясь с ним, Лада сильно поразилась: так похож был Сатанэль на Владыку Солнца Ра: рост, фигура, голова, поведение само – всё в нём Ра напоминало. Блеск увидев красоты, что сверкала хладным блеском, в восхищение придя, глаз она поднять не смела, как почувствовала вдруг: тут стоит совсем не друг, и тогда в недоуменье подняла свои глаза. Если Ра был словно Солнце, Краса-той лучился и Добром, то от этого красавца свет луны глаза колол – светом жёстким и холодным, – как кинжалом иль мечом. На губах его тончайших самодовольства тень скользила, а в глазах плескалась темень хаотических глубин. Но видение мелькнуло – было правдой или нет? И пред ней стоял иной – ослепительно красивый, весь сияющий добром, только лишь в глазах скользила ироничная улыбка превосходства над другими. Лёгкий, быстрый и подвижный, остроумный и шутливый, он имел магнит такой, что к нему стремились духи, страстно жаждая чудес. Ра толп этих избегал, и в космических пространствах Он частенько исчезал, где извечную войну с Караготом продолжал, что Врагом заклятым был всей проявленной Красы. Хаосом и Тьмой Карагот был сотворён, Свет стремился потушить, жизнь саму всю погубить. Сатанэль к Ра подвизался с Караготом тем сражаться, и потом, со слов его, он едва ль не в одиночку предрешал исход сражений. Сатанэля Ра хвалил за находчивость и смелость, и в великой славе ученик его ходил – тенью Ра его считали, даже голосом его. Если Ра был прост и прям, поклонений не стяжал, то, напротив, Сатанэль восхищенье толп любил – он манерами пленял да и голосом своим соловья превосходил: мил, и сладок, и приятен… девы млели от него, ну а юноши во всём подражать ему хотели, слово каждое ловили и толпой за ним ходили. Сатанэль частенько прописные истины любил пред ними изрекать: «Знание всего превыше, – подняв высоко палец, говорил. Ещё загадочно твердил: – Вся жизнь – игра». Но, какова цена игры, он никому не говорил. И молодёжь восторженно резвилась: ведь игра – одна забава, в ней ответственности нет, и только знай что веселись, а жизнь ведь велика, и вечность есть для исправления любых ошибок.

И духи молодые в тварей разных воплощались за просто так, чтоб драйв какой-то испытать, нервы тем себе пощекотать, и удержу в том баловстве себе не знали. «Безобразие познав, познаете тогда и Краса-ту», – так ученикам своим Властитель Яви говорил. И если бы не Ра, он Ладе не позволил человеческое семя сеять на планете – на Северо-Востоке «людишкам» место отрядил среди лесов и гор высоких – подальше от себя.

– Нет, с тобой я не согласна, – Лада Яви Властелину возмущённо заявила. – Ты этим Миром управляешь грубо и жестоко. И без того Мир Яви вниз идёт. И скоро тут огрубеет всё настолько, что мы друг друга не сможем понимать. А ты готовишь Миру испытанье Злом, а не Добром.

– Ты ошибаешься глубоко, – Властитель Яви хитрыми сверкнул глазами, в которых вечная мерцала ночь во льдинках звёзд полночных. – Я буду ускорять процесс всего живого. Мир Яви далеко отстал от всех планет Содружества Миров. Ты знаешь, я не привык тащиться позади, я первый ученик Владыки Ра, я напрягусь и сделаю Мирок на удивленье всем! Мильоны лет сожму до тыщи лет – с такою скоростью пойду! Здесь будет воля властвовать моя! И кто же не послушает меня – об этом крепко пожалеет!

– Вот именно, Мирок, а нужен Добрый Мир, – сказала Лада. – Насилием к Добру ты не придёшь. Все существа, предметы иль явленья свой жизни ритм имеют. И надо лишь прислушаться к стремлениям других.

Тут яро Сатанэль вскипел:

– Чтоб я кого-то слушал здесь?! Я здесь – Хозяин! Я – Яви Властелин! Букашка каждая здесь трепетать должна передо мной. Я – Бог! А остальные все – козявки! И мне здесь кто-то будет волю диктовать свою? Такому не бывать! – Сатанэль от ярости зубами заскрипел, его глаза метали молнии чернейшего огня.

– Но почему? – поёжилась Богиня Лада. – Ведь даже камень голос свой имеет, и можно с камнем говорить, и с небом, облаками, зверюшками, цветами.

Сатанэль от злого смеха едва не покатился по земле:

– Всё это детский лепет! С камнем говорить?! Ха-ха! Для этого мне надо камнем стать, чтобы понять его. Нет, коль Мира этого Хозяин я, то пусть он слушает меня и моему дыханию внимает. Драконами я населю планету, дух воинов вожгут они в себе, сквозь ад пройдут тяжёлых испытаний. Через войну, сраженья проведу, и каждого своей я правдой наделю, чтоб злее меж собой дрались, чтоб ловкость, зоркость воспитать и качества иные, – Сатанэль презлобно на Ладу поглядел колючими глазами и с раздражением продолжил: – Я вижу, не по нраву тебе мои задумки и мечты. Но знай, что сам Владыка Ра учил всё испытаньем проверять. Не мягкотелых размазней – тяжёлых воинов Добра он требует от нас воспитывать из будущих людей. Пусть через Зло пройдут: и станет Зло Добром, коль выдержат его.

– Никак я не пойму, зачем же Зло? – вскричала Лада. – Ведь Миру надо идти через Добро!

Иронично хмыкнул Яви Властелин:

– В Добре они обмякнут и растают. И дух не возгорится их. А нахлебавшись Зла несовершенства, они попросят и Добра.

– А если к Злу потянутся они и в нём найдут и вкус, и радость? – здесь Лада не на шутку рассердилась. В глазах её зажглись тревожные огни. Черты прекрасного лица как будто стали строже.

Сатанэль насмешливо скривился:

– Много понимаешь ты, где Зло, а где Добро! Суровые условия лишь для слабых будут Злом, а для прошедших испытания воспримутся Добром. И я такой суровый путь прошёл и не раскаиваюсь в этом. Чем жёстче будет и больней, тем станет нам полезней и добрей!

– Но это же ужасно! – Богиня Лада пальцы сжала в кулачки.

– Послушай, красная девица: зачем сюда ты прибыла? Чтоб мне мешать?

Лети обратно к мамочке своей в мир тёплый и уютный!

– Но я хочу здесь вырастить людей – разумных, добрых и красивых!

Сатанэль загрохотал таким ужасным смехом, что со скалы посыпались каменья:

– Добрых и красивых? Хах-ха-ха! Давно я не смеялся так!

От слёз глаза он вытер и продолжал с иронией уже:

– Позвольте вас спросить: а где таких возьмёте или в печке испечёте? Как не поймёте вы: сюда приходят духи-глухари. Откуда добрыми им взяться? Это в сказках всё чудом происходит, а тут, чтоб качество одно взрастить, мильоны лет пройдут. Могу я даже предсказать, как жизнь пойдёт на Яви: как материя тут только огрубеет, твои духовные людишки травку станут есть, потом животных, а потом друг друга пожирать, как только голод их станет доставать.