Чтение онлайн

Снится мне в значимый для меня день сон, будто сидит Алла Пятигорская на стуле напротив Никаса и вынимает откуда-то из корзины котят и кладёт их Никасу на колени. Вынимает и кладёт. Много котят. А я стою за её спиной и наблюдаю. Посмотрела в соннике. Котята — это забота. Значит, видимо, хочет сказать, чтобы я позаботилась о нём. Алле ведь нравился Никас. Но Алла умерла. Зачем, почему я, с какой стати? И не хочу и не нужно совсем. Да и вообще никакого отношения я к нему не имею. Однако прояснилось всё очень быстро, буквально на той же неделе, так как через три дня, 8 апреля, у Никаса был день рождения.

Недели за две до этого я купила Юре в торговом комплексе «Охотный ряд» дорогую летнюю шёлковую рубашку-«гавайку» в ознаменование трёх лет со времени нашей встречи. Он, жутко довольный, тут же стал носиться в ней по квартире: «Котёнок, ну когда лето? Когда лето?» Юра любил как-то так по-особенному, быстро и на одной интонации, но в то же время ласково, по-детски повторять отдельные слова или последнюю часть предложения. А тут, буквально за полчаса до того, как поехать к Никасу в ресторан, звонит и спрашивает, что ему подарить. При этом моет голову и уже опаздывает.

— Юра, ну, если бы ты раньше попросил помочь тебе что-то выбрать ему в подарок, я бы поехала и посмотрела. А что можно успеть сейчас? Если хочешь, я съезжу в «Охотный ряд» и куплю ему такую же рубашку, как у тебя, но другой расцветки. Подвезу к ресторану, ты выйдешь и заберёшь.

— А сколько она стоит?

— Четыре тысячи рублей.

Причём, зная, как сложно он расстаётся с деньгами, быстро добавляю:

— Можем купить ему подарок на двоих.

Не знаю, почему я так устроена, ведь я в этом деле сторонний наблюдатель, но самой уже почему-то заранее неудобно перед Никасом, и таким образом стараюсь избежать неловкой ситуации для Юры.

— Дорого. Я сам что-нибудь придумаю.

Часа через три после этого разговора звонит:

— Всё, уже уехал от него. Еду домой.

Юра не любил пышные банкеты и званые торжества с большим количеством приглашённых высокопоставленных лиц. Поехал совсем ненадолго из уважения и дружбы с Никасом

— А почему так быстро? Что ты ему подарил?

— Тошно там находиться. Никас Волочковой: «Вы — Мадонна!», Волочкова Никасу: «Вы — Гений!»

Достигнув немалых высот в социальном положении, Юра испытывал просто катастрофическую потребность в нормальных, человеческих отношениях, особенно с женским полом: «Пусть колхозница, но, чтобы простая и искренняя».

— Так что ты ему подарил?

Смеётся, довольный:

— Я подарил самый нужный ему подарок, заехал по дороге в «36,6» и купил всё, что нужно для секса — презервативы, смазку… Между прочим, на 1200 рублей.

— ???

— Ему крыша нужна. Но я же не могу подарить ему крышу.

— А если ему это не нужно, если он, к примеру, не пользуется смазкой?

— Ну, не нужно, отдаст мне.

— Ты, надеюсь, хотя бы переложил это в другой пакет?

— Нет. А зачем?

— И как он отреагировал?

— Приоткрыл, заглянул туда осторожно и отложил.

Позже Юра рассказал мне, что Маша, девушка Никаса, а в прошлом Юрина девушка, после дня рождения просто выбросила весь пакет в мусор, видимо, поняв подтекст такого подарка. К слову сказать, все, почти все Юрины девушки потом переходили к Никасу.

К чему весь этот разговор?

Никас во всеуслышание говорит, что Юра не любил ни дочь, ни меня. Кто дал ему право вторгаться в мои отношения с Юрой? Я своё место в Юриной жизни знаю и не отдам его никому. Та ниша, которая была у меня в Юриной жизни, дорогого стоит. К тому же я — самодостаточный человек, и мне сложно внушить всякую дрянь. Но речь о другом — о дочери и о наследстве.

— Он любил только жену и поэтому всё ей оставил.

Чётко, незамысловато и даже примитивно, как будто на другой чаше весов не дочь Юрия Лонго, а какая-нибудь из его многочисленных женщин, которой вдруг почему-то захотелось потягаться с Еленой.

И теперь Никас водит её за руку по всем инстанциям, поднимает связи, чтобы как можно быстрее оформить наследство.

С одной стороны, странно — такой тонкий, творческий, талантливый человек даже не потрудился задуматься о том, как должна жить двадцатипятилетняя девочка всю оставшуюся жизнь с таким грузом на душе, осознавая всю несправедливость отношения к ней родного отца, к тому же выставленная обстоятельствами на всеобщее обозрение? Как ей растить своего ребенка и что говорить ему в дальнейшем о дедушке?

С другой стороны, что же тут странного в таком его поведении и отношение к дочери друга, если даже о собственных детях он говорит следующее (цитирую его слова, сказанные им при встрече Юлии Лонго!): «Я своих детей ненавижу! Им от меня только деньги нужны. Я им даю по двести долларов, и пусть идут по своим делам…». Что это? Зависть к собственным детям, у которых уже изначально просто по праву рождения есть некая финансовая и статусная платформа для собственной творческой реализации? И при этом не надо переступать через морально-нравственные принципы, демонстрируя свои не лучшие качества.

Топтать единственную дочь своего лучшего друга недопустимо.

Но если мыслить категориями Никаса, то в конце и ему можно задать резонный вопрос: «А Вас Юра любил?»

Лев Рудерман (Проза. Ру)

Восточная мудрость

Надо сказать, что в этот, как я его называю, нейтральный временной промежуток с 17 по 28 февраля 2006 года, то есть, когда человек уже умер, но завещание ещё не оглашено, звонит мне Юля Лонго и спрашивает: «Алла, а ты не знаешь, почему нотариус пригласил к себе Елену 28 февраля, во вторник, а мне не сообщает об этом?» После этого звонка я решила как-то попытаться прояснить для неё этот вопрос и позвонила Альберту Махмутову, одному из давних друзей Юрия, о котором я уже упоминала выше. И вот что я услышала от него, цитирую дословно: «Завещание есть, лежит в кабинете в ящике. Квартиры на Большой Бронной и Сущёвском валу — на Юлю; Страстной бульвар и дача — на другого человека». На мой взгляд, само построение предложения («завещание есть, лежит в кабинете в ящике…») свидетельствует о том, что человек не просто слышал это от Юрия, но и видел это завещание собственными глазами. В суд он, однако, не приходит, слов своих не подтверждает.

Встреча с Аликом в Банном. Продажа куртки за 200$. Что б было, если б я его не увидел?

Продолжение потока. сознания. Причём поток может приоткрываться, а может закрыться совсем. Алик однажды попросил у меня помощи, а я ему отказал. Это было испытание нашей дружбы. Виноват в таком хреновом отношении друг к другу я сам!!! В принципе, я его совершенно не знаю. Некоторые люди говорят, что он очень ранимый.

Нотариус Дзядык Ярослав Иванович назначил день для оглашения завещания на вторник, 28 февраля 2006 года. Юля, потеряв за дни папиных похорон на нервной почве больше двух килограммов, ложилась в этот день в больницу на сохранение. Муж и свекровь, конечно же, сопровождали её. Позвонила Елена, сказав в категоричной форме, что именно в этот день ей всё равно нужно обязательно подъехать к нотариусу по назначенному адресу. Понятно, что своё наследство несравнимо дороже чужого для неё ребёнка. Не понимала, что молодая женщина после скоропостижной смерти отца с угрозой преждевременных родов срочно едет в больницу. Неужели хотела специально наложить ей один стресс на другой? Что бы было? Даже подумать страшно. Но Бог отвёл, потому что