Чтение онлайн

Я же хочу обратить внимание не на сходство, а на то, какой они имеют эффект на пользователей интернета, которые даже на миг не включат мозги. Они быстро разошлют эти и подобные им мемы с подписями вроде «нас всех клонируют» или «все именитые люди — вампиры». Ваааа!

Тучный парень в конце зала громко гоготнул, чем вызвал волну насмешек.

— Нейросети умеют писать картины и тексты с учетом стиля конкретного художника или автора. Могут подделать даже автограф Шекспира. Я же усовершенствовал программу определения подлинных изображений — даже средчи самых удачных подделок. Прошу.

Дальше Артем показал несколько примеров, когда самые обычные на вид фото и акварельные работы оказались отфотошопленными или сгенерированными с помощью искусственного интеллекта.

— Дальше в планах затестировать программу в работе с видеоконтентом, чтобы выявлять умышленный подлог за счет монтажа, наложения голоса, кадрирования. Первые результаты будут готовы уже в начале следующего года. У меня все. Спасибо за внимание и тому парню с дальней парты за неповторимый смех.

Хлоп! Хлоп!

Зазвучали аплодисменты, которых хватило бы на всех выступающих. В дверях появились студенты в желтых футболках и жестами пригласили гостей пройти на фуршет. Скука вмиг улетучилась, и уже через полминуты Софья уплетала рулетики из бекона с сырно-чесночной начинкой. Следом — порция брускет с красной рыбой и авокадо. Потом шесть видов канапе. Короче, через десять минут цербер в животе оказался раздавлен, а во рту образовался целый букет вкусов и ароматов: виноград, рыба, ананас, курица в специях, какие-то водоросли, шоколад и два вида сока — вишневый и яблочный.

К Егору подошел участник конференции и что-то заговорил на айтишном. Егор кивнул и сказал, что во втором отделении докладов будут эти темы.

— Втором отделении?! — спросила Софья, не успев проглотить капкейк из кабачков и бекона.

— Ну да, — кивнул тот. — Конференция будет до вечера, так что…

— Я этого не вынесу.

Софья заглотила еще пару брускет и потянулась за яблоком. В ту же вазу с фруктами уже запустил пальцы последний спикер с докладом про фейки. Как бишь его? Артем, кажется.

— Хорошее выступление, — сказала Софья, наспех заглатывая яблоко.

Казалось, кусочек встал поперек пищевода, и если его не протолкнуть, Софья вот-вот задохнется. Она выпила полстакана сока. Кусок яблока послушно проследовал по траектории. Дышать стало легче.

— Фпафибо, — кивнул Артем и дожевал свою дольку. — Девушки на подобных конференциях — редкость.

— Да я друга пришла поддержать.

Артем покачал головой с видом — разве может быть иначе?

— Сколько изображений вы затестировали на подлинность вашей программой? — спросила Софья, подавляя желание залезть языком за щеку и вытащить застрявший кусочек ветчины.

— Уфмм…

Артем поднял глаза к потолку, продолжая жевать. В одной руке — недоеденная долька яблока, во второй — надкушенная тарталетка с креветками и руколой.

— Около двенадцати тысяч.

Софья округлила глаза и выпятила подбородок.

— Начинали с очевидных мемов, закончили фотографиями рубежа девятнадцатого-двадцатого веков, — пояснил парень.

— Ого. И как много из них — настоящих?

Артем повертел ладонью.

— Примерно сорок на шестьдесят.

— Сорок процентов оригиналов? — Софья не верила своим ушам.

— Угу. Официально фотография вошла в широкий оборот в тыща восемьсот триц девятом году. И почти сразу же научились ее подделывать. Сначала это делали за счет длинной выдержки. Для одного портретного снимка нужно было сидеть, не шевелясь, около пятнадцати минут. В противном случае эффект смазанного лица обеспечен. Вот вам и призраки на портретах того времени.

— То есть это случайности?

— Отчасти да, отчасти — нет. Кто знает, как развлекались наши предки?

Артем заглотил остатки тарталетки, покривился и поспешил запить соком.

— А среди поддельных фото конца девятнадцатого века были изображения известных людей? Скажем, ученых, художников или правящей элиты, — спросила Софья.

Артем сдвинул брови и дожевал яблоко.

— Навскидку не вспомню. Но отрицать нельзя. К тому же есть подозрения, что технический уровень того времени был куда выше, чем мы предполагаем.

— О, понимаю, — закивала Софья. — Я слышала, секрет полотен Леонардо да Винчи так и не раскрыт. Ученые говорят, что для такого качества измельчения ему понадобилось бы лет сто молоть красители в ступке. Так что возможно это неизвестная нам технология фотопечати.

— Увлекаетесь альтернативной историей? — подмигнул Артем.

— Совсем чуть-чуть.

— Я тоже слышал такую версию, но чтобы ее проверить, нужно иметь доступ к полотнам да Винчи. И защитить докторскую по химии, я полагаю.

Собеседники улыбнулись друг другу. Софья извинилась перед Егором, что не останется на вторую часть конференции. Тот понимающе кивнул, продолжая что-то жевать. Амбициозные выводы роились в голове молодой журналистки. И ей срочно нужно их опровергнуть или подтвердить. Господи, пусть это все окажется ложью, иначе жизнь больше никогда не будет прежней.

— Ты — Юсупов даже не по крови! — рявкнула Софья.

Она торчала в дверном проеме кабинета редактора «Петербургского сноба».

Пахло хорошим кофе, очень дорогим парфюмом и осенью. Приоткрытое окно впускало уличную прохладу. Кабинет устроен со вкусом и с капелькой вычурности.

Вешалка под бронзу для верхней одежды. На стенах, естественно, обложки лучших выпусков журнала. Напротив окна бирюзовый диван. Тут же прозрачный столик с букетом свежих цветов. Поодаль на высокой тумбе графин с водой. Сверху шкафчик со стеклянными дверцами наподобие буфета.

Юсупов развернулся к гостье полубоком и теребил ручку.

— И что?

Софья с шумом выдохнула. А так хотелось огреть этого зазнайку по головушке со стильной укладкой.

— Вы — Юсуповы — великолепные предприниматели. Дабы укрепить личный бренд подмазались к самому пророку Мухаммеду. Ни подтвердить, ни опровергнуть.

Юсупов развел руками и спросил:

— Кого это волнует?

— Действительно! Так и пишется история. Только не победителями, а теми, кто больше заплатит.