Чтение онлайн

Это как с книгами – мне всегда попадаются только хорошие.

За порогом школы меня ждала словно другая реальность. Из промозглой столичной осени я попала в жару другого континента. Оранжевые стены с силуэтами животных, маски с фигурками и даже чучела – видно было: кто-то постарался на славу, чтобы обжить это место, сделать его как можно более настоящим, колоритным. Барная стойка из деревянных ящиков, замаскированная под ресепшн, уже тогда наводила на мысль о том, что это днем она служит рабочим местом для администратора, а ночами на ней устраиваются дикие пляски. Все было в новинку для меня, никогда не бывавшей даже в ночных клубах.

Группа, в которую меня определили, занималась уже месяц. Парни не то чтобы совсем уверенно, но делали пару-тройку выходов, изредка разбавляя их поворотами. Девочки, хоть им эти элементы запоминать и не обязательно, тоже их знали и чуть ли не шагали самостоятельно. Сейчас я понимаю, что они не так уж и далеко ушли на тот момент, но тогда мне казалось, что ни за что мне этого не выучить и никогда мне их не догнать!

В тот день я была единственной новенькой в группе, а потому преподаватели заметили меня сразу. Они уделяли мне немного больше внимания, чем остальным, помогая быстрее разобраться в происходящем.

Отчетливо помню свое смятение. Я прежде видела, что кизомба танцуется в плотном контакте, но до тех пор, пока впервые сама не встала в пару, не задумывалась над этим. Пустить в свое пространство незнакомого мужчину? Страшно! «Немножко подайся вперед, а вот этой рукой обними его», – подсказывал Игорь.

Помню, как выдохнула, чтобы успокоиться, и решилась. Я сотни раз, наверное, успела пересмотреть видео, где девушка в белом обнимает партнера за шею, поэтому тоже так положила свою руку… А Игорь рассмеялся! Гораздо позже я поняла, почему: та пара с видео – супруги; подобные объятия даже на настоящем танцполе встретить можно довольно редко, а уж от начинашки и вовсе не ждешь. Поняла я это, когда, будучи уже довольно опытной, почувствовала на себе решительный захват парня, впервые пришедшего на занятия. Это и правда забавно!

Игоря с Аней отличала чуткость, с которой они относились к каждому из своих учеников. Эта парочка деликатно разбирала очень спорные темы и поднимала неудобные околотанцевальные вопросы – про запахи, про одежду, про прикосновения и неприемлемое поведение… Не знаю, чем я впечатлилась больше – их профессионализмом ли, атмосферой ли в группе или первыми успехами… Но домой я вернулась с твердым намерением продолжить.

Хотелось сразу же сесть и написать Саше, рассказать о том, что это он вдохновил меня на такие перемены. Распирало от желания поблагодарить за новые эмоции, за новые возможности! Помню, как крутила в руках его визитку, чтобы добавить номер в Вотсап и настрочить сообщение, однако в итоге сдержалась. Саша Немиров на пару с другом владеет собственным бюро переводов – кто я такая, чтобы панибратски расписывать свои восторги человеку, на ступеньку выше меня забравшемуся по социальной лестнице?

Тогда я не знала, что танец размывает все границы. Вообще все.

Люблю сравнивать себя десятилетней давности с собой сегодняшнего дня.

Раньше я отмечала только изменения, которые принес мне испанский язык. Стереотипы, на мой взгляд, появились не на пустом месте, и каждый менталитет действительно содержит в себе определенные черты. Частично эти черты передаются вместе с языком – ровно в той степени, в которой язык их отражает. Яна, с которой мы вместе отвечаем за нотариальные заверения, говорит по-немецки, например. И проверка переводов на точность из нас двоих лучше удается ей. Я не так внимательна, зато с художественным переводом управляюсь ловчее. Может быть, это заложено в каждой из нас изначально и развилось бы в любом случае, а может, появилось только благодаря культурному коду, переданному нам изученными языками.

Танец – тот же язык, и я пытаюсь его постичь. Мне самой не всегда понятны беседы, которые я веду с партнерами на этом языке, но я стараюсь. Все, что можно увидеть на танцполе – результат кропотливой работы, многих часов в зале и долгих обсуждений. День за днем я избавляюсь от телесных зажимов и от тех, что в голове, от разного рода страхов. Эти изменения уже тоже заметны.

Самым большим моим страхом было, помню, выйти и танцевать перед другими. Вероятно, это тянулось из детства – на кружке пения желающих выступать на сцене заставляли еще и на танцы ходить, и те занятия я прямо-таки ненавидела. Но по мере того, как я росла в социальных танцах, страх танцевать на людях улетучился.

Первое время я ходила на вечеринки только в свою школу: залы там были маленькие, и в них было достаточно темно. Сразу два плюса: все ожидающие и отдыхающие оставались снаружи, а даже если кто-то и заглядывал, то наблюдать за происходящим на танцполе было невозможно. Подавить страх в таких условиях легче.

Потом я начала ходить и в другие заведения. Где не так темно и тесно. Где нетанцующие находятся очень близко к танцполу и могут следить за танцующими. Тут на помощь мне подоспело не самое правильное чувство. Я не горжусь этим, но справляться со страхом мне помогало осознание того, что из всех сидящих девушек партнер выбрал меня. Когда в определенный момент танца он подводил меня слишком близко к краю, и мы танцевали прямо перед ожидающими девушками, я чувствовала на себе их взгляды. Не могла сказать, завидовали они мне или насмехались над тем, как я танцую – почему-то казалось, что они обязательно должны были думать обо мне что-то неприятное, – но старалась выбрасывать из головы переживания, вызванные их взглядами. И помогала мне мысль: «Зато я танцую, а вы нет!».

Следом пришло то, что вытесняет этот страх из моей головы по сей день. Танец для меня стал чем-то большим, чем просто набор движений. Это увлекательная игра, взаимодействие и в какой-то момент даже единение с партнером. Чтобы танец получился, все внимание должно быть сосредоточено на нем – так что места для всего к нему не относящегося в сознании оставаться не может. Думая о том, нравится ли мужчине танец со мной, нравится ли мне танец с ним, я не могу думать еще и о том, нравится ли наш танец посторонним. И не хочу!

С открытием сезона опен-эйров страх ненадолго вернулся, потому что танцевать мы начинали при дневном свете: все ошибки заметны еще сильнее, а в числе зрителей – обычные прохожие. Снова на выручку пришла мысль «зато я танцую, а вы нет!», но теперь она была обращена уже к этим самым прохожим. Я думала о том, что если они наблюдают за танцполом, то наверняка в какой-то момент ловят себя на мысли «хотел бы я так же». Хотят так же двигаться, такие же эмоции испытывать и дарить. Ведь настоящий танец – это эмоции. Но большинство из них дальше этой мысли с места не сдвинется. Большинство из них побоится – насмешек близких ли, критики ли со стороны более опытных танцоров, неважно – и никогда этот страх не переборет. А я смогла. Поэтому иногда даже удовольствие получаю от того, что за мной наблюдают.

Разделавшись со страхом, я смогла переключиться на более сложные задачи. Я постепенно научилась управлять своим телом, делать акценты и – самое главное – правильно переносить вес. Насчет последнего я особенно часто стала слышать комплименты в свой адрес. Однако я все еще не научилась идеально держать баланс. Хотя с равновесием и стало немного получше, на урбан-винтах – когда партнер оставляет меня на одной ноге, превращая ее в ось вращения – меня по-прежнему кренит в разные стороны.

Но видно, еще нескоро я обрету этот навык – сейчас в моем танцевальном развитии наступил период застоя. Пару месяцев назад я решила отдохнуть и перестала ходить на занятия. Вечеринки тоже посещаю теперь не так часто, как раньше; когда меня в очередной раз спрашивают о причинах, я в шутку называю свое состояние творческим кризисом.

Может быть, это связано с пресыщением, а может быть, и с тем, что я перестала видеть прогресс. Танцую с удовольствием, вроде все получается и партнеры довольны. Но не хватает ощущения новизны. Не той только, что можно восполнить как-то извне – новой музыкой, новыми партнерами – а внутренней, которая может прийти лишь от меня самой. Тот восторг, когда удается то, что не получалось раньше – вот его не хватает.

Позавчерашний танец с Сашей если не открыл во мне второе дыхание, то позволил ощутить ранние его признаки по крайней мере. Все-таки не хотелось бы застрять на середнячковом уровне, хоть я и не гонюсь за лаврами топовой партнерши. В группы по кизомбе возвращаться пока желания нет, так что, наверное, запишусь на какое-нибудь сольное направление или даже разучу мужскую партию.