Чтение онлайн

– Вы не демон, – выдохнул Сэчжень и принялся в поклонах биться лбом о пол.

Я с трудом слышала извинения между оглушительными хлопками и завизжала на полоумного, чтоб прекратил устраивать детский сад. Тогда-то мне и удалось получить все необходимые ответы о жителях и месте, из которого я хотела выбраться.

Я узнала, что пусть мать и отец Юйко умерли, две его последующие жены – Мэн Яо и Ли Донгмей, выбранные из числа наложниц, живы. Каждая ныне живёт в родной провинции, а императорский гарем распущен. Часть наложниц, правда, осталась в числе слуг Лазурного дворца. Никто из женщин: ни наложницы, ни жёны – императору детей не родил. Сэчжень видел в этом горестные стечения обстоятельств, а я, насмотревшаяся в своё время бразильских и турецких сериалов – заговор и попытку свергнуть власть самым естественным образом, путём вырождения династии. Юйко ведь никто императрицей не признал, потому как без мужа-императора императрицы быть не могло, а её муж родом не из правящей династии, так что занимал место ниже жены. Он один из генералов императорской армии и верноподданный Юйко, но никак не император. Лишь её сын удостоится подобного титула, либо злостный захватчик земель, иначе местные законы не работали.

Скрежеща зубами, я молилась, чтобы Сэчжень не заметил, как встали дыбом волоски на моих руках и ногах. Местные женщины, что, не знают о бритвах? Вон, подбородок муженька какой гладкий, значит, бритвы тут есть.

– А чем ты бреешься? – отвлеклась я, желая избавиться от непривычного ощущения подмышками.

Сэчжень моргнул. Поняв же, что властвующая супруга не шутит, рассказал о специальном лезвии для бритья.

– Пусть мне принесут такое, а ещё подготовят ванну, – сначала гигиена, потом решение проблемы.

– Светлая госпожа, – замялся Сэчжень и покраснел. – Зачем вам?

– Вспотела, – решила я не юлить. Раз этот мужчина Юйкин муж, то вряд ли он не видел этого тела.

– Я о бритье, – совсем тихо уточнил несчастный. – Вы же не собираетесь побриться налысо и закрыться в храме Небес, чтобы избежать нового замужества?

Каждая новость оказывалась хлеще прошлой. И вот уже Сэчжень поведал о необходимости нам расстаться, ведь не может у одной жены быть двух мужей. Его семя оказалось безжизненным, раз за год отношений жена так и не понесла, а Юйко, вернее мне, занявшей её место, предстоит найти нового супруга, подходящего по статусу и по воспитанию, и по его способностям к созданию детей.

– Но ведь у императора было три жены!

– Император – мужчина, моя госпожа, а вы женщина, – лаконично заметил Сэчжень. – К тому же он женился на следующей, прежде разведясь с прошлой.

– А наложницы?

– Наложницы есть у большинства знатных мужчин.

– Пф-ф-ф, – закатила я глаза. – Кто это решает?

– Природа, – не растеряв серьёзности ответил он.

– Я про число мужей.

– Советники, – нахмурился Сэчжень.

Видно было, ему льстило нежелание госпожи отказаться от первого мужа, ведь он не знал, что мной двигала не любовь, а страх. Страх перед непонятным миром, разобраться в правилах которого помочь мог лишь он один.

Потому мы вместе отправились к советникам империи Трёх равнин, к трём старцам. С Суем я уже познакомилась, оставалось встретиться с его собратьями, имён которых спросить забыла, а мне никто и не пояснил. Должна же знать. Они ж с рождения знакомы. Только не мне, а Юйко.

– Её великолепие, наследница престола Трёх равнин, дитя великого императора Хуаньши, светлая госпожа Юйко Прекрасная, – представил меня служка, склонив голову так низко, что его чёрная косица сложилась улиточкой на каменном полу.

В широкой круглой комнате, по которой из-за открытых окон гулял прохладный ветер, на тонких циновках восседало три старца. Уже знакомый мне старикашка Суй неспешно прихлёбывал чай. Справа от него восседал высокий и худой, словно посох, старик с бородой тонкой и длинной настолько, что он перебросил её себе через плечо, чтоб не мешалась. У третьего за жиром почти не видно было глаз. Низкий, пухлый и с длинными мочками ушей, он о чём-то хихикал и поглаживал тонкие, маслянистые усики. Каждый удостоил меня склонённой головой и пожеланием долгих лет здравия. Сэчженю, зашедшему следом, они не кланялись, но пожелали успехов на пути самосовершенствования. Сэчжень в ответ сложил руки перед лицом так, что один его кулак прятался во втором, и низко склонился, приветствуя великих советников императорской семьи.

Мне они не понравились, потому я для начала прошлась к их низкому столику с чайником и сластями, плюхнулась на попу, согнув ноги в коленях и положив чуть вбок, а уже после поздоровалась со всеми разом.

– И вам не хворать, – я пробежалась взглядом по кушанью. – Давайте вернёмся к моему замужеству.

– Светлая госпожа не в духе, – смиренно заметил толстяк, но по лицу его расплылась улыбка, отчего глаза-щёлочки совсем потерялись.

– Мы посмотрели лучших воинов Трёх равнин и отобрали величайших из них, – учтиво проговорил посох-старикашка. – Большая часть уже прибыла для знакомства с вами, а когда прибудут остальные, то мы устроим смотрины, и вы выберете самого подходящего.

– Лань Сэчжень останется первым генералом. Никто не станет смещать его с этого поста после расторжения вашего брака, – проговорил советник Суй, а левый глаз его задёргался.

Я без труда поняла, что это уже обсуждалось и судя по реакции советников, Юйко выступала против нового брака. Взяв со стола рисовый шарик и покрутив его в длинных, тонких пальцах, я старательно улыбнулась и захлопала ресницами.

– Счастлива слышать, что подготовка идёт своим ходом, – проговорила медленно, тщательно обдумывая каждое слово. Уж очень мне не хотелось оказаться вновь заподозренной в одержимости, но получить желаемое. – Оказавшись на грани жизни и смерти, я поняла, как важно скорее родить наследника.

Советники шумно выдохнули и довольные принялись поддакивать светлой госпоже.

– Нельзя, чтобы наш могучий и великий род прервался столь глупо. Мне, безусловно, нужно скорее забеременеть и родить здоровенького мальчика.

Советники всё больше походили на китайских болванчиков, безостановочно кивая.

– Стоит стараться усерднее, – медленно проговорила я, внимательно оглядывая присутствующих. – Поэтому одного мужа может оказаться недостаточно, – и закинула рисовый шарик в рот.

Вкус, скажу я, странный. Холодный, слипшийся рис не оказался чем-то новым. Порой я не успевала подогреть уже готовую кашу и жевала прямо из кастрюльки, стоящей в холодильнике. Иногда угощалась роллами, но ни разу не ела рис одновременно безмолочный и очень сладкий. И пока я наслаждалась ягодно-медовым вкусом шарика, лица советников менялись так, словно каждый взял в рот по такому же, но пропитанному лимонным соком, рисовому комочку.

– Что вы хотите сказать, о прекрасная и мудрая, светлая госпожа? – первым дар речи обрёл улыбчивый толстяк.

Улыбнувшись шире него, я вместо ответа потянулась за вторым шариком и принялась медленно смаковать сладость, перекатывая во рту.

– Женщины выходят замуж лишь раз, – осторожно заметил посох-старикашка.

– И кто же это решает? – медленно спросила я, поочерёдно глядя на каждого. – Вы, о светлейшие умы Трёх равнин. Вот и подумайте хорошенько, чего вам хочется больше. Возможно, вы бы хотели поскорее увидеть юного императора, моего сына. Возможно, вы бы хотели, чтобы Кэски встал во главе империи, или кто похуже? – я говорила громко и чётко, медленно, но никому не позволяя перебить себя. – Мы с Сэчженем виделись не каждый день, а потому вполне возможно, что наших встреч было недостаточно, чтобы появился наследник. И если у меня будет не один, а два мужа, то шансы на рождение наследника увеличатся.