Чтение онлайн

...На Волховском фронте утром 14 января 40 минут гудел воздух и содрогалась земля от несмолкаемой канонады. Василий Томаров и воздушный стрелок Николай Кравченко, удобно пристроившись под плоскостью штурмовика, с радостью вслушивались в грозный гул. На фюзеляже их самолета красовалась свежая надпись "Мститель". Ее накануне по просьбе Василия и с разрешения командира полка сделал механик.

Но в первый день наступления штурмовики так и не смогли вылететь на задание из-за плохой погоды.

Наступило 15 января.

На аэродроме оживленно. Летчики и воздушные стрелки не отходят от машин, так как команда на вылет может последовать в любую минуту.

Все готово: подвешены эрэсы и авиабомбы, зарядные ящики набиты снарядами я патронами, не раз проиграны все варианты полета. Задание не простое - надо преодолеть мощную противовоздушную оборону противника и нанести бомбардировочно-штурмовой удар по вражеским войскам и технике в Подберезье, Новгороде и Люболядах. Этих ударов с нетерпением ждут воины 59-й армии, ведущие ожесточенные бои за Подберезье.

Наконец-то над аэродромом взвилась ракета - команда на вылет. И вот уже, поднимая снежную пыль, штурмовики выруливают на старт и сразу взлетают.

Первой уходит на задание группа Ульяновского. За ней шестерка Платонова, в которой в основном "старики", из молодых только Томаров и Фролов.

...Пока полет проходит над своими войсками, летчики и стрелки наблюдают за тем, что происходит на земле. Но вот в небе раздался оглушительный треск и грохот первых разрывов зенитных снарядов.

Время спокойного полета кончилось. Разрывы совсем рядом. Взрывные волны швыряют "Мститель" из стороны в сторону. Василий улавливает сотрясение самолета. "Наверное, осколки", - догадывается он и спрашивает по переговорному устройству:

– Коля! Как ты там?

– Порядок, командир!
– как ни в чем не бывало отвечает Кравченко. Вот только стабилизатору малость досталось.

– Всем внимание!
– раздается в наушниках голос Платонова. Противозенитный маневр. Делай, как я!
– И командир начинает резкое снижение с правым креном, уводя группу вниз и в сторону от разрывов. Василий цепко держится в строю на своем месте. Теперь разрывы удаляются. Они остаются где-то выше и левее.

– Подходим к Подберезино, - предупреждает командир.
– Внимание!

Он разворачивает группу на север, перестраивает в колонну, командует:

– Атака реактивными!
– и переводит штурмовик в пикирование.

Группа следует за комэском...

С первой атаки штурмовики залпами реактивных снарядов подавили несколько огневых точек и загнали фашистов в окопы и щели, а со второй бомбами и снарядами разнесли с полдюжины блиндажей и землянок. И вот третий заход. Теперь вовсю гремят пушки, трещат пулеметы.

После третьего захода командир развернул группу на юго-запад и повел на Люболяды. Данные разведки подтвердились: станция забита составами с войсками и техникой, которые фашистское командование, видимо, спешно перебрасывало из глубины обороны для ликвидации прорыва своего фронта на новгородском направлении.

Пройдя без потерь сквозь огненный заслон, группа Платонова обрушила на станцию оставшиеся эрэсы, бомбы и снаряды. После ее атак на железнодорожных путях возник невообразимый хаос, и через несколько минут станция превратилась в один гигантский костер, горели цистерны с горючим, взрывались вагоны с боеприпасами. Столбы огня и дыма поднялись на несколько десятков метров.

Январско-февральская наступательная операция 1944 года стала для Василия Томарова настоящей школой воинского мастерства. С 15 января по 18 февраля он совершил на своем "Мстителе" 37 боевых вылетов. Штурмовал узлы сопротивления и опорные пункты, живую силу и технику врага в районах Подберезья, Люболяд, Батецкой и других населенных пунктов. Его сокрушительные удары по войскам и технике противника на железных и шоссейных дорогах Новгород - Батецкая, Новгород - Шимск, на станции Батецкая, в опорных пунктах Старый Медведь, Милютино, Маяково, Мшага-Ямская, Любач дорого обошлись фашистам.

В те дни Василий Томаров и его воздушный стрелок Николай Кравченко почти ежедневно совершали по три-четыре вылета. Их штурмовик почти все время был в воздухе.

– Томаров - толковый летчик и надежный товарищ, - докладывал комэск командованию полка.

И не случайно в первые дни боев его назначили командиром звена. Доверие Василий с честью оправдал. 19 января в первом вылете ведущим пары он нанес смелый штурмовой удар по станции Татино, в результате которого был уничтожен паровоз и несколько вагонов, а также подожжен склад с боеприпасами.

Разумеется, победы давались нелегко...

...Это было 18 февраля. Василий вылетел в составе четверки Сергея Федякова в район станции Дно на штурмовку артиллерийских и минометных батарей фашистов в опорном пункте Любач. Группа вылетела на задание без истребителей прикрытия: их не хватало для сопровождения всех штурмовиков и бомбардировщиков.

Солнце стояло невысоко. В воздухе - густая сизая дымка, сквозь которую на земле едва-едва просматривалась белая снежная равнина, лесные массивы, извивающиеся ленты рек. Еле различались самолеты товарищей. Почти не просматривалась линия горизонта. Лететь при такой плохой видимости было трудно. Федяков понимал это и вел группу внимательно, соблюдая необходимую осторожность.

Опорный пункт врага встретил группу "илов" плотным огнем зенитных батарей.

Пять раз атаковали Сергей Федяков, Василий Томаров, Владимир Титович и Виктор Юков огневые позиции опорного пункта. Уходя от цели, сфотографировали результаты своей "работы" - разбитые и раскиданные пушки и минометы, автомашины и повозки, подожженные и взорванные штабеля ящиков с минами и снарядами.

– Это вам за батю и братишку!
– вытирая с лица пот, приговаривал Василий.

Закончив штурмовку опорного пункта, "илы" вновь приняли походный порядок и взяли курс на свой аэродром. По-прежнему все вокруг обволакивала густая дымка. Плохая видимость создавала у летчиков настроение настороженности и тревоги. "Мало ли что ожидает "ас там, за этой завесой?" - думал Василий, то и дело осматриваясь вокруг.

Предчувствия его не обманули. Примерно на полпути от цели к аэродрому случилось необычное - из-за плохой видимости штурмовики внезапно вклинились в рассредоточенную группу немецких бомбардировщиков. Для фашистских летчиков появление наших самолетов было тоже неожиданным. Сначала как те, так и другие не могли понять, что происходит. А потом, когда разобрались, произошел воздушный бой между четверкой "илов" и восьмеркой "юнкерсов". Этот не совсем обычный бой длился всего несколько минут. От мощного прямого удара пушек и пулеметов Сергея Федякова и его стрелка Владимира Кашникова загорелся и рухнул на землю один "юнкерс". Василий Томаров, Владимир Титович, Виктор Юков подожгли еще два бомбардировщика.

Выйдя победителями из этой неожиданной схватки, штурмовики лицом к лицу столкнулись с шестеркой "мессершмиттов", сопровождавших "юнкерсы". Появление "илов" и для них оказалось внезапным: видимо, во время перестроения "юнкерсов" они отошли от них подальше, чтобы не мешать, а теперь возвращались...

"Мессеры" всей группой промчались мимо "илов". Но через минуту фашистские летчики сообразили, что к чему. Они круто развернулись и стали поспешно перестраиваться. Потом разделились на пары и бросились в атаку.