Чтение онлайн

Говоря, Артус подошел ближе к барду и принцессе. Обращаясь как бы только к Корсу Канту, он произнес:

– Ты, надеюсь, понимаешь, что я хочу сказать? Здесь это недопустимо. У меня образцовый римский дом и образцовая римская семья. Я желаю, чтобы все так и оставалось.

Бард попятился, встал ближе к Анлодде. Он испугался. Об отношениях Артуса с юношами знали все, но помалкивали. Корса Канта пугала не сама мысль о подобных отношениях - в конце концов речь шла о прекрасной древнегреческой традиции. Юношу устрашило то, что человек, испытывающий подобное влечение, страстно бичевал чужие пороки.

"Он сильно расстроен, - решил Корс Кант.
– Совсем забыл о приличиях!"

– Тебе, должно быть также понятно, - продолжал Артус, - что брак явился бы для вас еще большим грехом. Анлодда - высокого рода, а ты, мой мальчик, хоть и прекрасный бард, мудрый и тонкий, но, увы, - ты всего-навсего жрец. Нет, я не могу позволить, чтобы это продолжалось. Сын мой, ведомо ли тебе, как карает Господь насильников и повинных в супружеской измене?

Корс Кант в страхе покачал головой.

– Они попадают в ад. Им уготовано вечное проклятие. Они лишаются Божьей милости, им суждены страшные муки.., и все это - за краткий миг радости.

Анлодда молчала, по ее лицу нельзя было догадаться о том, какие чувства ею владеют. Корс Кант весь горел от страха и стыда за то, что испытывает дерзкие и безбожные эмоции.

Строители - кто они были такие? Жирные седобородые старцы, забавлявшиеся игрой в богохульство и ереси.

Ведь на самом деле различия между купцами, ремесленниками, иоменами и рабами существовали. Неужели так-таки были равны горожане и варвары? Неужели рабыни Гвинифры ровня ей?

"Я живу в цивилизованном обществе, - думал Корс Кант.
– У этого общества есть законы. Все законы временны, навязаны. Если я возьму и выплесну из ванны вместе с римской водой римского ребенка, разве мне потом не придется ввести новый кодекс законов, столь же временных, преходящих? Чем же это может закончиться - полной анархией?"

– Я не против того, чтобы вы остались друзьями, - продолжал разглагольствовать Артус, но тон его стал чуть более дружелюбным.
– Полагаю, дружественные отношения между особами королевской крови и горожанами - дело благое, покуда выдерживается определенная дистанция.
– Свои слова Артус подкрепил тем, что обнял юношу и девушку за плечи:

– дескать, "давайте жить дружно". Пусть примером для вас будет моя дружба с королем Меровием, да покоится он в мире в объятиях Господа, а также моя дружба с принцем Ланселотом. Много радостей и горестей мы пережили вместе, но никогда не забывали о том, где проходит грань между принцем и простым полководцем.

– Прошу простить меня, полководец, - проговорила Анлодда, и Корс Кант вздрогнул - по отношению к себе Артус этот титул употреблял только в моменты, когда им овладевала ложная скромность. Быть может, Анлодда решила воспользоваться тем, что она - особа королевской крови, но то был очередной неверный ход с ее стороны. Бард заметил, как покоробила Артуса эта фамильярность.
– Разве ты сам не женат на принцессе?

Повисла холодная пауза. Артус не сразу сумел совладать с собой. За те десять лет, что Корс Кант знал его, он только дважды был свидетелем такой опасной близости Артуса к вспышке ярости.

"Боже, вправду ли я готов разделить с моей возлюбленной ее участь, если ей будет суждена смерть или темница?" Ответ не заставил себя ждать - да, готов.

– Принцесса Анлодда, - произнес Артус, не став унижать девушку и употребив ее титул.
– Это совсем иное дело. Мы вступили в брак из государственных соображений, дабы скрепить союз. Полагаю, это тебе должно быть понятно, - он многозначительно посмотрел на девушку.
– Заверяю тебя: когда придет пора, я подберу для тебя достойного жениха и при этом учту твои пожелания.
– Артус тепло улыбнулся.
– Обещаю, я не выдам тебя за какого-нибудь престарелого полководца.

– Вот как? Ты обещаешь подыскать мне жениха? Это означает, что...

– Да, принцесса. Я решил сохранить за тобой законный титул наследницы престола Харлека, невзирая на государственную измену Горманта. Однако в действительности Харлеком будет управлять губернатор. Скорее всего - Бедивир, если ты не слишком против этого выбора.

– Я против любого, кроме себя, и уж тем более против этой варварской обезьяны. Моим городом должна править я.

– Что ж, будет назначен другой губернатор. Но он будет назначен, принцесса Анлодда. А ты останешься здесь в качестве моей почетной гостьи.

– Заложницы. Артус пожал плечами.

– Это послужит залогом преданности жителей твоего города. Ты сможешь время от времени посещать Харлек под охраной. Да, это неплохая мысль. Пусть люди видят своего монарха - я всегда был за это. Постоянно твержу Кею и Ланселоту о том, что им следовало бы порой навещать свои уделы, принимать живое участие в жизни своих подданных. В особенности важно самолично разрешать споры между горожанами, - добавил Артус, значительно уклонившись от темы разговора.

"Он явно не в себе", - решил Корс Кант. На его взгляд, Артус совершенно забыл о том, где находится, о завтрашнем сражении с огромным ютским войском.

– Ничто так не радует и не успокаивает подданных, как знание о том, что их правитель или губернатор лично интересуются в разборе судебных споров и вынесении вердиктов - справедливых и беспристрастных. Fiatjustitia ruat coelum! Так я говорю всегда.

Артус часто заморгал. Он вдруг понял, что сжал плечи Анлодды и Корса Канта мертвой хваткой. Отпустив юношу и девушку, он потрепал обоих по спине.

– Благодарю вас за то, что вы навестили меня, дети мои. Сказал ли я тебе, принцесса, о том, что ты останешься здесь, а в Харлек я назначу губернатора? Да, сказал. Если вам больше нечего сказать мне, вы свободны.

Он опустился на стул и уставился в одну точку.

– Любовь моя, - шепнул Корс Кант Анлодде.
– Не могла бы ты подождать меня снаружи? Я должен кое-что сказать Dux Bellorum, а потом - тебе.

Девушка побледнела.

– О нас с тобой?

– Да.

– Мне это понравится?

– Честно говоря, не знаю. Подождешь меня? Я скоро вернусь.

Анлодда собралась было сказать что-то еще, но поняла, что ответа дождется только тогда, когда бард сможет ответить. Взяв себя в руки, она проговорила:

– Я подожду тебя, любимый, но я приняла собственное решение.

– Какое?

– Узнаешь, когда скажешь мне о своем, - ответила Анлодда. Она попыталась пошутить, но шутка вышла не слишком веселая.

– Я скоро вернусь, - повторил юноша. Дождавшись мгновения, когда его возлюбленная покинула шатер, он вновь подошел к Dux Bellorum. Наконец Артус заметил барда.