Чтение онлайн

— Призраки существуют? — скрывать свой интерес я не стала.

Стрэнд усмехнулся.

— Если существуют, то я с ними не встречался.

Я вздохнула и захлопнула книгу, лежавшую до этого у меня на коленях. Не стоило утруждаться, надо было просто дождаться начальника. Но, хотя бы скоротала время.

— Офис в порядке?

— Кровь не отстиралась с диванов, — поморщился он. — Придется заменить некоторую мебель.

Про клинок я не стала спрашивать. Сегодня почувствовала его на втором этаже, за одной из закрытых дверей, где, как я полагала, располагался кабинет Стрэнда. Удивительно, что кто-то настолько запарился с подделкой вампирского артефакта, некто сильно не хотел, чтобы настоящий Танец Смерти был найден.

— Стрэнд, а это правда, что в последнее время стало слишком много низших вампиров? Люди пропадают, а полиции нет до этого никакого дела?

В глазах первородного вспыхнул интерес. Возможно, он не ожидал услышать о моей осведомленности.

— Ты разговаривала с Мэнсон?

Сердце пропустило удар. Он, что ее знает? Хотя, конечно же должен. Он единственный первородный в этом городе, ему необходимо быть сведущим о жизни других вампиров на его территории.

— Да.

Отрицание — не самая умная тактика в общении со Стрэндом. Тем более его опыт в распознавании лжи быстро мог вывести меня на чистую воду и тогда прости, прощай, Соня, ты отправишься к праотцам быстрее, чем успеешь сказать «термосы с кровью».

— Когда?

— Сразу после Канады, в аэропорту.

— Она рассказала о Шотландии?

— Только то, что ты должен будешь там присутствовать на каком-то Совете.

Вампир прошел мимо меня и остановился у камина. В нем не горел огонь, ведь несмотря на осень, ночи были до сих пор жаркими. Его лицо оказалось в тени. Кто знает, о чем он размышлял. Пауза затянулась. Может быть, Йоан ушел в воспоминания или просто не счел нужным как-либо продолжать разговор?

Я решила, что пора убрать книги на место, поэтому встала и начала собирать их в стопку.

— Ты поедешь со мной, — вдруг сказал он.

— Разве я не должна опасаться вашего Совета? — я замерла, с прижатыми к груди книгами.

— Плевать, я должен узнать будет ли там клинок.

— А что, если нет?

Он развернулся и прищурился.

— «Если» — меня не интересует.

[1] Здесь говорится о песне Absolution группы The Pretty Reckless.

То, что Йоан называл гордым словом «тренировка», как по мне было одним сплошным издевательством. Как только я стала его подручной, и он понял, что мои природные таланты можно направить в правильное русло, он решил обезопасить свой трофей, дать ему немного когтей и клыков. С высшим вампиром я не могла справиться без автомата или гранатомета, но вот выстоять в схватке с низшими или совсем молодым вампиром имела все шансы. Это показал опыт ночного налета на мою квартиру.

Однако Стрэнд был не доволен тем, что я уложила не всех и дала уйти одному из нападавших. Плюсом ко всему у меня расцвела отличнейшая гематома под грудью. Я позволила себя ударить.

Все наши тренировки практически всегда сводились к тому, что я должна была как можно дольше уходить от атак, не вести прямой бой, «ранить» противника и быстро сбежать. Стрэнд для чистоты сильно сдерживал себя и двигался чуть быстрее обычного человека.

Я упала на пол и перевернулась на спину, тяжело дыша и обливаясь потом. Мои мышцы горели, место, куда ударил меня низший отдавалось тупой болью, только теперь к этому прибавилась тянущий жар в боку, после встречи с локтем начальника. Это был унизительный тычок, после которого я едва не потеряла равновесие.

— Вставай, даже Бен, не давал себе упасть, а ему было почти семьдесят лет, — Йоан склонился надо мной, раздраженно скрестив руки на груди. К сожалению, он даже не вспотел, если вообще умел это делать.

Вампир говорил о его предыдущем подручном, том самом, которого убил рыжеволосый парнишка. Бен работал на Стрэнда всю свою жизнь, он вырос со знанием, что должен служить хозяину. Многие высшие и первородные имели в услужении целые поколения семей, поклявшихся быть рядом с величием бессмертных. Старик Бен был как раз из такого рода, но его семья настолько истощилась, что старик остался последним наследником, но так и не заимел детей. Набирать в услужение новую семью Стрэнду показалось пошлым, он пережил те времена.

А вот найти ищейку для вампирских артефактов и посадить ее на поводок — другое дело.

— Я сегодня не в настроении, — отмахнулась я от вампира, пытаясь перевести дух.

Мы кружили по залу — читайте, большой комнате без мебели и какой-либо декорации — последние полчаса. Я устала постоянно промахиваться ножом и после его очередной подножки позволила себе рухнуть на передышку.

— А когда ты будешь в настроении, Мэйер? Когда тебе сломают шею или выпотрошат, как рыбку? — издевательски усмехнулся босс. — Вставай, лентяйка.

— Иди ты, Стрэнд, это не справедливо, — огрызнулась я, садясь на задницу и подбирая выпавший из руки большой кухонный нож. — Ты вампир, я простой человек. И я устала. Все, на сегодня мы закончили.

— Жизнь вообще несправедливая сука. И если будешь постоянно ныть, что устала — тебя быстро сожрут.

Я поднялась на ноги, ощущая вселенскую тяжесть. Кажется, боец во мне сегодня умер, не просыпаясь. Стоило ли оценивать свое состояние? Я больше не могла ощущать себя защищенной в собственной квартире, мне не нравилось это чувство, будто забрали что-то важное и ценное — спокойствие и уверенность. С офисом такая же ситуация. Дом у Йоана на самом деле был замечательный, но оставаться здесь постоянно я не могла. Мне до безумия захотелось повидать маму в Реддинге, но не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понимать — те, кому нужен клинок могут отследить меня и тогда я уже не смогу сомкнуть глаз от переживаний о маме. О моем месте силы знает только Стрэнд. В Сакраменто никто не был в курсе, что у меня за семья и где находятся ее члены. Даже бывшие друзья и сокурсники.

Весь день, что я бродила по особняку, вчитывалась в книги, слушала музыку меня не покидало ощущение чьего-то незримого присутствия. Нечто наблюдало за мной из теней. К тому моменту, как Йоан появился дома я успела смириться с тем, что я не одна и, по крайней мере мое воображение, не давало мне расслабиться.

— У меня есть пистолет. И, если ты не помнишь, он помог мне прошлой ночью, — я заправила за ухо выбившийся из хвоста локон и направилась к выходу из зала.

«Мы не закончили», — на этот раз его приказ был такой же сильный как тогда, в мое первое появление в этом доме.

Головная боль размером с Техас заставила меня остановиться на месте и сжимать между ладоней виски.

— Может случиться так, что у тебя не будет возможности выстрелить, — Стрэнд не двигался, но не стоило обманываться — еще шаг в сторону двери и он перехватит меня. Будет ли он при этом галантным? Навряд ли.

— Знаю, — выдохнула я, понимая, что этой ночью мне вновь будет тяжело спать.

Меня напрягало то, с какой периодичностью мои детские кошмары стали проявляться в последнее время. И головные боли от попыток воздействовать на мое сознание были благодатной почвой для их появления.