За гранью джихада
Шрифт:
– В Демидовске будут недовольны. И Михаил Демидов – особенно.
– Чего?!
– Того что слышал.
– Что?! Ты работаешь на русских?
– Да.
– Писец, какая у нас компания собралась! – засмеялся я. – Араб, француз и еврей, который утверждает, что шпионит в пользу русских.
– Лучше быть шпионом, – огрызнулся Юрка, – чем ювелиром и по совместительству – охотником за головами.
– Не наглей, шлемазл.
– Пошел на хрен, твою ма…
Договорить он не успел. Получил по зубам и завалился на бок.
– Следи за своими словами, гад! И не трогай моих родителей. А то умирать будешь дольше положенного.
– Погоди, Карим, – остановил меня Нардин и хмыкнул. – Я, конечно, не сомневаюсь, что у демидовцев есть свои люди среди чеченцев, но то, что ты говоришь… Это уже слишком. Ты ведь понимаешь, что это требует доказательств.
– Мне что, надо вытащить из кармана красную книжечку, на которой золотыми буквами будет написано «русский разведчик»? Вы что, охренели?!
– Допустим. Но тогда скажи мне вот что… Демидов знал, что мы идем в этот район. Мир тесен, и мы могли столкнуться с тобой. Он мог бы намекнуть…
– Сам-то понял, что сказал? – усмехнулся Лившиц.
– Ну да, конечно, – согласился я и почесал бритый затылок. – Глупо прозвучало.
– А ты не совсем сдурел, Шайя. Еще немного мозгов осталось.
– Не хами мне, мальчик. Для твоего положения это не самый лучший тон в разговоре со старшими.
– Короче. – Нардин обвел глазами окрестности и вытащил из кармана сигареты.
– Что?
– Короче – значит, короче. Рассказывай, чем ты здесь занимаешься.
– Иначе?
– Иначе извини, Юрка, но разговора не будет. У нас нет другого выхода. Ты можешь изображать героя, но в этом случае мы будем вынуждены тебя убить. Мы не любим местных головорезов, а людей, которые работают вместе с ними, не любим еще больше.
– Хорошо, – после долгой паузы сказал Лившиц, – хрен с вами, придурки. Вы, конечно, идиоты, но подозревать вас в связях с чеченцами глупо.
– А ты что, боишься конкуренции?
– Подвяжи болтало, Шайя!
– Сейчас еще раз по зубам получишь, – честно предупредил я. – Не зли меня, урод.
Лившиц сплюнул кровью и покосился на меня. Поморщился и начал говорить. Минут десять говорил. И чем больше он рассказывал, тем шире становились наши глаза… По крайней мере, мы с Полем удивились. Очень удивились…
– И ты хочешь сказать, что твою легенду готовили еще там, за «ленточкой»?
– Да.
– Кто?
– Извини, но я с ними не встречался.
– Погоди, – остановил его рассказ я, – но ведь это Поль тебя вытащил в Новый мир. Если бы он не написал рекомендательное письмо, то…
– То нашелся бы кто-нибудь другой, кто это сделает.
– Кто курировал начало работы здесь?
– Виктор.
– Кто?!
– Виктор Орли. Заместитель начальника службы безопасности Ордена.
– Наш погибший шеф?!
– Парни, я понимаю, что все это звучит фантастично, но это так, – сказал Юрка. – Виктор был русским. Полагаю, что он работал на русскую разведку. Как он попал в Орден – не знаю. И сомневаюсь, что когда-нибудь узнаю. Но если вы каким-то образом доберетесь до архивов переселенцев, то найдете мое личное дело. В нем черным по белому написано, что человек, называющий себя Юрием Лившицем, на самом деле является Джебраилом ибн Фавзи. Это заслуга Виктора. А когда пришел мой час, то я просто сменил личину – и все.
– Как ты получил новую карту? На новое имя.
– Это сделал человек Виктора. Перед своей гибелью и где-то за месяц до гибели Виктора. Потом, как вы помните, начались новые порядки, и я сдернул, прихватив новое удостоверение личности.
– Ты хочешь сказать, что погибший Виктор начал эту операцию задолго до того, как Михаил Демидов пришел в Новый мир?
– А вас, парни, никогда не удивляло, что Демидов и Аверьянов вообще попали в этот мир? – язвительно поинтересовался Юрка. – И что Демидов, обычный уголовник со стажем, как-то слишком резво начал создавать нечто большее, чем богатую банду?
– Ты прав, – хмыкнул я, – он создал государство.
– Да, это красиво звучит, но как-то слишком героично, – пожал плечами Нардин. – И ты хочешь сказать, что работаешь в этом направлении около десяти лет?
– Да. А что здесь такого? Все, кто помнит меня как Юрия Лившица, давно умерли. Кроме вас, конечно. Семьей я так и не обзавелся, так что все чисто. В черном списке Ордена я не значусь. Занимаюсь небольшим бизнесом и мотаюсь вдоль южного побережья.
– Просто экранизация шпионского романа, а не встреча.
– И много здесь таких? – поинтересовался Поль.
Лившиц не ответил. Покосился на Поля подбитым глазом и покачал головой.
– Нардин, не смеши меня. Может, тебе и ключ от квартиры дать, где деньги лежат? И сказать, где нет милиционера?
– Да уж, ситуация! Джеймс Бонд курит в сторонке и бешено завидует скромному сыну еврейского народа. Или как его, – я щелкнул пальцами, – мне парни из Демидовска рассказывали. Ну этот… фон Штирлиц! Правда, Штирлиц не был евреем, но зато как звучит!
– Я русский.
– Час от часу не легче, – всплеснул руками я и ухмыльнулся. – Ты русский или еврей?! Или ты обрезанный русский? Я про таких не слышал.
– Остынь, Карим! Я еврей, выросший в Советском Союзе. Да, я служил в Легионе – и что? От этого я не перестал быть русским. Как, впрочем, и Нардин, который совсем не похож на парижанина. А про некоторых арабов, цитирующих Ильфа и Петрова, я вообще промолчу.
– Что будем делать, Карим? – Поль отбросил в сторону окурок и повернулся ко мне.
– Понятия не имею, – развел руками я. – Голова кругом. Во-первых – все это похоже на плохой роман о шпионах. Во-вторых – в жизни и не такое случается. В-третьих – если Лившиц нам врет, то мы почти не рискуем. Ну узнают, что это мы трех чеченцев завалили, – и что? Одним больше, одним меньше… Даже если Юрка врет, чтобы спасти свою шкуру, то хрен с ним – он ее заслуживает. За свою буйную фантазию. Убить всегда успеем. На крайний случай зарядим под него местных ребят. Они с удовольствием заработают пару лишних экю.