За гранью Разлома
Шрифт:
Заметив Макса, Кот жизнерадостно замахал обеими руками. Он широко улыбался. Слишком широко, чтобы Макс мог ожидать хороших новостей.
– Где машина? – вместо приветствия поинтересовался он.
Улыбка напарника стала ещё шире, но во взгляде читалась вина.
– Ну, в общем…
Его рука взъерошила и без того лохматые волосы. Макс ругнулся. Они провели вместе уже три месяца, и за эти три месяца Слава накосячил куда больше, чем Макс – за всю свою жизнь.
– В общем? – уточнил он бесстрастно.
Напарник вжал голову в плечи.
– Ну. Вообще, всё, на самом деле, не плохо, – осторожно заметил Слава, не переставая улыбаться на сей раз откровенно виноватой улыбкой. – То есть… это… машины нет, это да. То есть…
Вокруг становилось всё больше народу. Люди собирались вокруг фуры, шумели, косились на чужака и на болтающего с ним Макса. Подходить к ним ближе пока никто не спешил, но рано или поздно такой человек найдётся, а за ним потянутся остальные…
– Давай за мной.
Где сейчас точно никого не было, так это в привратной сторожке СОБов – Макс точно это знал. Между сторожкой и стеной сколотили скамейку, на которой в спокойные дни курили безопасники, но сегодняшний день спокойным определённо не был.
– Итак, – Макс сел на скамью первым, наслаждаясь прохладой падающей от стены тени, – машины нет. Почему?
– Ну. – Смущённый неожиданной сменой места Слава растерянно хлопал глазами. – А. Это. В общем, короче, я туда прихожу, нахожу того мужика, отдаю твоё письмо, а он такой, типа, тебя помню, Чтеца помню, но сейчас помочь не могу, потому что прервалась поставка какой-то штуки, и они сейчас вообще готовый транспорт не продают. Починить старую предложил, если будут запчасти. А я что? У нас от машины и так одна запчасть осталась. Ну, короче…
– Короче, – подтвердил мрачнеющий с каждым словом Макс.
– В сентябре предложил зайти ещё раз. Может, там уже что появится.
Сентябрь. До сентября ещё два с половиной месяца, и Макс не мог точно сказать, это «всего» или «аж». Придётся оставаться здесь, у Беляевых, и держать при себе болтливого напарника. Такому риску Макс не подвергал принявшее его поселение ещё ни разу. Лучше всего будет перебраться в другое место, но куда и, самое главное, как? В отличие от Славы, Макс знал наверняка, что не сможет неделями топать пешком через лес без необходимого снаряжения, лишённый возможности себя защитить.
– Только, это, нам тут помочь вызвались.
Макс, вырванный из своих размышлений, вздрогнул.
– Кому и что ты ещё наболтал? – уточнил он, отгоняя всплывшие в воображении сцены явления к Беляевым со словами: «Напарника у меня опять нет. Но этого я убил сам».
– Да я, в общем-то, и не болтал ничего, – смутился Слава. – Мы просто когда разговаривали с механиком, там рядом был Бессмертный и он услышал твоё имя. Подошёл потом, мол, хочет с тобой познакомиться и подвезти готов, если куда надо. У него автодом огроменный, поместимся, и ещё место останется.
Бессмертный. Вот чего не хватало для полного счастья.
– Ну, я сказал, что с тобой поговорю, и он меня сюда повёз, а потом…
По спине Макса пробежал ледяной ветерок.
– Стоп. Ты хочешь сказать, что сейчас где-то тут рядом стоит огромный автодом Бессмертного?
– Не, он сейчас не тут! – Слава снова улыбался, явно не понимая, что натворил. – Он нас подкинул и пошёл разбираться со второй фурой.
Макс медленно прикрыл ладонью глаза. Происходила катастрофа, и косвенным виновником этой катастрофы оказался он. Нельзя было приближаться к Беляевым, пока с ним Слава, никак нельзя. Но Макс приблизился, и теперь в маленькое поселение на берегу Камы ведёт след Бессмертного, по которому всегда идут те, кто несёт разрушения и смерть.
– Вот он вернётся, поговорит с тобой, и тогда можно будет с ним поехать, – беззаботно поведал Слава и мечтательно улыбнулся. – Я с ним пересекался пару раз до того, как тебя встретил, один раз даже поработали вместе. Хорошо вышло.
Вышло чудовищно, и с этим надо было что-то делать. Стоило сесть и подумать, по возможности заперев напарника где-нибудь, где его не найдёт ни одна живая душа, но сперва – прояснить тёмные пятна этой истории.
– Что с фурами?
– А, там на них напали одиночки сбившиеся. Может, те же, что на нас. Тоже ночью в темноте подкрались, только у этих, на фурах, охранок не стояло. В общем, одну фуру они бросили, на другой укатили куда-то в чащу и разбились. Девушка голову разбила сильно, но вроде живая. И, короче, они там застряли. Почти всё починили, но батарея не заряжалась, и они с ней возились, а тут мы едем, и Бессмертный вторую фуру заметил, она недалеко от дороги в кустах валялась. Там, кстати, даже не всё разграбили. Еду не взяли… ну да, они же другое едят. Так вот, Бессмертный изъявил желание узнать, что с людьми. Долго разбирались, я аж заскучал. Ты б там часа за два, наверное, справился, а мы три дня почти проторчали, но нашли. Ну и Бессмертный им помог батарею вправить, и я с ними на фуре сюда. Прямо в кузове, прикинь? У них там часть для сна оборудована, а к ней прямо через ящики идти надо. А с Бессмертным мы договорились, что потом он нам передаст, где его искать, и он поехал разбираться со второй фурой. То есть пока не поехал, ждёт на большой дороге, чтобы к нему кто-то из местных пришёл, кто потом фуру подогнать сможет. Не хочет возле поселения светиться.
Конечно, если бы там был Макс, всё вышло бы по-другому. Он быстро нашёл бы не только две фуры, но и всеми забытый поисковый отряд, и тех, кто на них напал. Он сделал бы работу быстро и чисто, и исчез бы, получив в награду ресурсы или расписку. А теперь… Теперь будет шумиха, спасённые будут рассказывать о встрече с Бессмертным, люди в поселении возгордятся, новости дойдут до радио, а оттуда – до Кровавых. Оставалось надеяться, что прежде, чем это случится, Бессмертный успеет нашуметь где-нибудь ещё, там, где новости попадают в эфир быстрее.
По крайней мере сам Бессмертный оказался не безнадёжен.
– Он хочет всё сделать тихо?
Как будто что-нибудь можно сделать тихо, когда называешься этим именем.
– Ага, – с безграничным уважением в голосе кивнул Слава. – Он и всем остальным сказал, чтобы не говорили, что это он. Только тебе и вашему главному.
Это было разумно, хотя Макс не сомневался: и спасённые, и те, кто отправился с Бессмертным сейчас, по большому секрету расскажут об этом близким, а те – своим близким, и так пока не будет знать всё поселение. Но всё же оставалась крошечная надежда, что информация не выйдет за пределы поселения.
– Мне надо подумать, – решил Макс.
Первым делом стоило решить, что делать со Славой прямо сейчас. Отправить к Беляевым? Исключено. Пожалуй, надёжнее всего было бы отдать его Старому Псу, и Макс задумчиво оглядел непривычно пустую сторожку.
– Какого чёрта ты представился Котом? – поинтересовался он.
– А, э… – Слава растерянно улыбнулся и принялся лохматить затылок. – Да я уже запутался, где и как представляться надо.
Хорошо хоть, ему хватило ума не заявляться в поселение в костюме, чтобы потом публично открыть лицо. За такое Макс точно прикопал бы Кота где-нибудь по-тихому, а пока оставалось только прикрыть глаза.
– С этим поселением и его людьми ничего не должно случиться, – проговорил он, а потом, поймав взгляд напарника, повторил: – Ничего. Я отвечаю за них. О них никто не должен лишний раз слышать; они не должны знать ничего, что могут захотеть узнать другие. Пока ты тут – молчи. Ни слова про меня, про то, что мы делаем, и про твои приключения с нечистью травить байки тоже не надо.
– О чём говорить-то тогда? – растерялся Слава. – Ну, я ж не могу молчать всё время.
– Задавай вопросы и слушай, – не сомневаясь в бесполезности своего совета, предложил ему Макс. – Только следи за тем, чтобы твои…