Чтение онлайн

В общей комнате, однако, Макса поджидала баба Нина. Пожилая колдунья сидела в своём кресле, чинно сложив на коленях сухие руки. Её спина непривычно согнулась, а взгляд казался усталым, однако Макс не смог избавиться от ощущения, будто его сейчас осмотрели до костного мозга.

– Сбегаешь? – строго спросила баба Нина, и Макс покорно кивнул.

– Сбегаю.

– Ну и правильно, – припечатала колдунья, – нечего тут шум разводить. Ну-ка, пойди-ка сюда.

Макс подошёл, сел на оставленный кем-то стул, выжидательно заглянул в усталые цепкие глаза.

– Раду береги, понял?

– Понял.

– Обещал без охоты, пока она с тобой. Помнишь?

– Помню.

Макс предусмотрительно не уточнял, что эти решения теперь принимает не он. Пусть думают, что машина ждёт его у большой дороги, что нашедший фуры охотник уехал ещё вчера.

– С ней всё будет в порядке, я об этом позабочусь.

Баба Нина поморщилась, и Макс заледенел, не пуская рвущуюся наружу досаду. Она опять думала о его напарниках, винила его в их судьбе. Хотелось спорить и возражать, но однажды пообещавший себе не делать этого Макс успешно держал оборону уже долгие годы и не собирался сдаваться.

Баба Нина тяжело вздохнула.

– Ладно уж. Я тебе верю. – Она смотрела на Макса с таким лицом, будто только что выдала кредит ненадёжному клиенту. – Держи.

Пожилая колдунья подняла руки с колен, расправила собравшийся складками плед и протянула ему книгу. Макс вздрогнул, чувствуя, как в груди болезненно сжимается сердце. Когда пальцы коснулись толстой кожаной обложки, он понял, что его руки дрожат.

– Это…

– Кожу подвезли с первой фурой, вот я и взялась, – проворчала баба Нина. – Твоя ж вроде этой была, да? Бери. Заполни как следует, чтобы никто ни тебе, ни Раде угрожать не смел, понял?

– Понял, – истово пообещал Макс, не отводя взгляда от лежащего в его руках сокровища. – Да, понял.

Книга в самом деле размерами вполне совпадала со старой. Цепочка с креплениями тоже оказалась похожа, но обложка новой книги была толще, страницы – плотнее, белее и глаже. От прикосновений к бумаге пальцы покалывало. Книга была зашёптана сильным шептуном, притом совсем недавно.

Макс поднял взгляд на бабу Нину и увидел, что она, упрямо продолжая хмурить брови, с улыбкой разглядывает его лицо.

– Платок как, держится ещё?

– Держится.

Шептуний сильнее, чем баба Нина, Макс почти не встречал. Зашёптанный ею платок защищал от газа совсем немного, но когда речь шла о вампирах, ценен каждый вдох.

– Спасибо.

Должно быть, она не спала всю ночь, чтобы успеть закончить книгу, а потом не дать им с Радой уйти незамеченными.

– Огромное вам спасибо, баб Нина.

– Да уж пожалуйста, – проворчала она. Складки на лбу немного разгладились. – Но помни, зачем я тебе дала это. Помнишь?

– Помню. Займусь этим при первой же возможности.

Он сделает всё, чтобы эта возможность появилась как можно скорее. Мыслями Макс уже был в Москве, уже слышал уважительный присвист Кролика, который просто не мог не оценить по достоинству это чудо. Да, новая книга будет не хуже предыдущей, она будет лучше в тысячи раз! А время, потраченное на сопровождение Рады, можно провести за планировкой новых страниц, системы закладок и защиты от огня.

Рада опаздывала, и Макс, тепло попрощавшись с бабой Ниной, собрался уходить один. Из каморки шептуньи выползла Катя, сонно потёрла глаза кулачками, что-то пролепетала вслед. Макс не нашёл ничего лучше, чем кивнуть малявке и, закинув на плечи заметно потяжелевший рюкзак, покинуть дом.

Слава ждал его у ворот.

– А, это, где? – он повертел головой и, не найдя искомого, в растерянности уставился на Макса. – Передумала, что ли?

Макс усмехнулся.

– Что, понравилась?

Слава густо залился краской.

– Да не, я не это, я просто подумал, что, ну, она так хотела пойти, и вот не пришла, ну и вообще, жалко её, она вроде ничего так. Улыбнулась тогда так по-доброму.

– Она всем улыбается.

– Ну так! – обрадовался Кот. – Когда люди улыбаются, они обычно, ну, не думают ничего особо плохого, так?

Однажды Макс убил вампиршу, терроризировавшую небольшое поселение на юге. Они с Томкой выследили её вдвоём; поймали, когда тварь украла ребёнка и пожирала его живьём. Вампирша разгрызла ещё живому семилетнему мальчику руку и объедала её, слизывая кровь и выплёвывая ненужное ей мясо. Она ела и улыбалась, и продолжала улыбаться, даже задыхаясь под воздействием газа. Лишь под конец губы вампирши скривились в выражении предсмертной муки, и когда Макс, корчась от отвращения, обернулся к Томке, он увидел, что его напарница улыбается тоже, ненавидяще, холодно и мрачно.

Ребёнка спасли, хотя за его душевное здоровье никто ручаться не мог. Томка улыбалась, заявляя, что они сделали доброе дело. Улыбалась и целовала Макса, хотя уже тогда любила другого.

– Улыбки бывают разные, – мрачно изрёк Макс.

– Ну да, – легко согласился Слава. – Но я говорю про нормальные улыбки, как у твоей… Рады. А так я, когда по норам ходил, видел одну чертовку, вот кто умел улыбаться… Я думал, живым не уйду от неё, но знаешь как я её тогда обвёл?

История наверняка была выдуманной, но для того, чтобы скрасить время ожидания, вполне походила. Макс был готов ждать Раду до первого колокола, но везти с собой человека, неспособного вовремя выйти из дома, не собирался.

Рада успела. Колокольный звон застиг её в тот момент, когда она, клонясь вбок от веса закинутой на плечо сумки, выбежала на площадь.

– Я тут! – Рада резко затормозила в шаге от Макса. – Тут. Ну что, идём?

Её голос звучал бодро, слишком бодро, чтобы ему получалось поверить. И в самом деле, глаза девушки были красными, а на щеках различались полосы высохших слёз.

– Идём. – Он отвернулся, давая ей прийти в себя без посторонних взглядов. – Сань, откроешь?

Саня Ломакин, главный на воротах сегодня, кивнул, с интересом поглядывая на Раду. Дмитрич передал им приказ по первой просьбе пропустить Макса, его напарника и Раду вчера вечером, но – Макс очень на это надеялся – не разглашал детали.

Бесшумно открылась калитка.

– Прошу.

Саня церемонно указал на выход, и Макс первым перешагнул порог, разделяющий поселение и опасный мир за его пределами. За ним выскочил Слава. Рада замерла, словно уперевшись в невидимую стену.

– Ты чего? – удивился Кот, но ему никто не ответил.

– Тихо, – едва слышно попросил его Макс.

Он не знал, что чувствовала сейчас много лет не покидавшая поселение названая сестра, но не считаться с этими чувствами было бы глупо.

Губы Рады мелко дрожали. Казалось, она сейчас расплачется, обернётся, отступит назад, но Макс знал, что этого не будет. Она не заплакала, провожая его, и не заплачет сейчас.