Чтение онлайн

– Пойду переговорю с ним, - ответил он тихо, но с угрозой.
– С глазу на глаз, - двинулся вперед, вырывая свою руку из моего захвата, но я его не отпустила.

– Нет!
– воскликнула я и, метнувшись к двери, перегородила ему путь.
– Не пущу! Нет!

Серо-голубые глаза сверкнули яростью.

– Ты что?.. – кажется, он изумлен? А как я изумлена подобной дерзостью, кто бы знал!?
– Ты что, мне указываешь? – сузились его глаза.
– Да кто ты такая!? С ума сошла! Забыла, что такое удар кнута?!

– Забыла, - с вызовом крикнула я, твердо глядя на него.
– Да, забыла. Напомнишь?

Он испепелял меня взглядом. Долго, мучительно долго и болезненно. Глаз его, несмотря на то, что были холоднее льда, жгли адским пламенем. Мне казалось, я теряю почву под ногами. Пронизывающий взгляд, твердый, вселяющий страх. Сердце забилось в груди пойманной пташкой. В виски заколотился пульс. Но я не отступила даже тогда, когда лицо Князя помрачнело до отметки «полный мрак». «Не пущу!» решила я для себя. Даже страшно представить, что он может сделать с Анатолем в таком состоянии. Штефан мастер в исполнении наказаний, сам говорил, так что...

– Отойди, - выдавил он из себя, чувствуя, как сжимаются на запястье мои пальцы.
– Немедленно отойди.

– Ударишь?
– с придыханием спросила я, нутром чувствуя, что он не сделает этого. Может, потому и не боялась его.

Он лишь сильнее стиснул зубы, отвечая молчанием и яростью на мои предположения. Резко наклонился ко мне, свободной рукой захватывая затылок и прижимая голову к своему лицу. Глаза горели, полыхали неведомым мне пламенем, губы все так же сомкнуты, тяжелое и горячее дыхание вырывается сквозь нос. В груди у меня всё перевернулось несколько раз. А от его близости накатило еще что-то... дерзкое желание прижаться к этому монстру еще ближе. Что он со мной сделал?! Почему я не могу иначе на него реагировать, - как раньше, с отвращением и презрением?! Почему!?

Еще мгновение, напряженное, удушающее, и он стремительно захватывает в плен мои губы, решительно раздвигая их своим языком. А спустя еще мгновение, я отвечаю ему с той же неистовостью, что он доказывает мне свое превосходство. Страстный поцелуй, дерзкий, жадный, возбуждающий. Способный сломить мою волю. Но вдруг срывающий все преграды и сводящий с ума обоих.

Штефан отстранился от меня, задышал тяжелее и чаще, коснулся лбом моего лба, закрыв глаз. А я не могла прийти в себя, все еще ощущая на губах вкус его губ. Его ярости, страсти и одновременно нежности.

– Отойди, - сказал Штефан.
– Мне нужно с ним поговорить.

Захват моей руки стал менее цепким и ослабленным. Сердце сильно билось. Но я не отпустила руки.

– Я ему ничего не сделаю, - услышала я его шепот.
– Если тебе от этого легче станет… - я сглотнула, не в силах поверить тому, что он говорит, - то я не буду его трогать, - приподняв меня за подбородок, вынудил открыть глаза и посмотреть в собственные серо-голубые бездны.
– Обещаю.

Я тяжело дышала, могла лишь смотреть в его глаза, поработившие мой разум и накачавшие наркотиком мое тело, размякшее и безвольное. Не верю ему... Нет, так не может быть. Не с ним. Он же тиран! Монстр и дьявол во плоти. Или же?..

– А теперь отпусти, - коротко приказал он мне.

И я подчинилась ему. Я ему поверила.

Он отстранился от меня, подошел к двери, потом резко развернул меня к себе и крепко поцеловал.

– За его ошибки будешь расплачиваться ты, - сказал он мне с легкой угрозой. – Ты готова к этому?

Я могла лишь зачарованно кивнуть, а он, оскалившись, вышел из кабинета. Я стояла, завороженная, и не тронулась с места, пока сердце не перестало размеренно и монотонно биться.

Анатолю он, действительно, ничего не сделал, как и обещал. Только после того дня я больше не видела своего друга в Багровом мысе. Как я потом узнала, его отправили в городской дом Кэйвано в Варшаве.

И я просто... запуталась. Кто такой Штефан Кэйвано? Неужели в нем действительно уживаются две сущности, две персоны? И как такое может быть!? Вроде, он прежний, тот самый Князь, который встретил меня в своем доме ударами кнута и беспощадными приказами. Жестокий, беспринципный и безжалостный властитель, хозяин чужих судеб, в том числе, и моей судьбы. Но и другой, тот Князь, который будто много лет скрывался внутри бесчувственного тирана. И то, что он сделал с Анатолем... а точнее, чего он с ним не сделал!.. О чем это может говорить? И зачем ему всё это? Хочет меня задобрить?.. Очень смешно. Зачем Князю искать снисхождение рабыни!? Но что-то внутри меня уверенно шептало, перекрикивая остальные мысли, что он делает это ради меня. Ради меня, подумать только! Ведь он сам сказал... Если тебе от этого станет легче. И его отношение ко мне... Другое, совсем другое. Интересно, он сам замечает, что позволяет мне слишком многое? Конечно, замечает, что за вопрос!? И бесится, и злится, и выходит из себя всё по той же причине, - ему это... это отношение в новинку. А я? Что мне думать? Как мне быть? Если бы он кидался словами, я бы ему всё равно верила, - Штефан Кэйвано не тот человек, что бросает слова на ветер. Но когда он действует... Это говорит само за себя.

Голова раскалывается от подобных мыслей. И как с этим мириться? И можно ли мириться с этим? А главное, нужно ли? Что это дает, - мне, ему? Это чревато последствиями. У этих... перемен нет будущего.

Но как же трудно принять эту его другую сущность! А вот привыкнуть к ней... легко. Особенно, когда ощущаешь, что понимаешь его. И в этом беда. Чужая душа – потемки, - ты можешь быть обманут.

И я не собиралась так легко верить в перемены, хотя видела их. Мало того, я их ощущала, не только на себе, но и на других слугах. Я слышала, как они шептались, будто Князь стал сдержаннее в проявлении эмоций, реже наказывал, словно закрывая глаза на проступки и «преступления». Взять того же Анатоля... И во всем «винили» меня. Меня!? Якобы, что эти... изменения в безжалостном Князе Кэйвано проявились с моим появлением в его доме. Я не оспаривала это мнение, потому что не знала, как он вел себя с другими до моего появления. Зато я могла судить, что его отношение ко мне почти год, когда я сюда попала впервые, и сейчас... стало иным. И подтверждение этому я получала даже чаще, чем могла рассчитывать.

Оказывается, Штефан Кэйвано умеет удивлять. Если захочет. Не знаю, хотел ли он меня удивить сейчас, но ему это удавалось.

И уже почти через месяц после моего возвращения, когда наши... отношения с Князем достигли новой отметки, словно перейдя какую-то невидимую черту, он совершил еще одно... открытие. Чудо для меня. И я осмелилась заговорить с ним о том, о чем никогда не думала осмелиться заикнуться.

Этот разговор с самого начала не предвещал ничего хорошего. Он был не в духе. Его чем-то расстроил Ищейка, проскользнувший в его кабинет после обеда и сообщивший, по всей видимости, дурную новость. Но я все равно осмелилась подойти к нему. Начала издалека, намекая и так и эдак, но по сути, ходя вокруг да около, а Штефан не сдержался. Не потому, что именно сегодня был не в духе, в потому, что я вывела его из себя. И понимала это. Я уже давно осознала: чтобы добиться от Князя чего-то, нужно распалить его, в гневе он способен дать такие обещания, на которые не снизойдет в холодном рассудке.

А потому, когда Штефан, не выдержав, сорвался на меня, закричав, я мысленно поздравила себя.

– Чего ты хочешь, черт возьми?!
– кричал он, сверкая глазами.
– Чего тебе не хватает?!

– Свободы! – выкрикнула я. – Я хочу свободы от тебя!

– Свободы?! – рыкнул он и остановился посреди комнаты, испепеляя меня взглядом.
– Ты, значит, хочешь свободы, - повторил он странным голосом, больше похожим на хрип. – От меня?

А вот это уже не очень хорошо. Этот его тон, да еще и взгляд. А вот подходить ко мне необязательно! Я поняла, что пячусь, когда спиной уткнулась в книжный стеллаж. Штефан двигался прямо на меня.

– Да, - проговорила я, отчаянно соображая, что делать. – А кто ее не хочет? – главное, стоять на своем.

– Ты забыла, где находишься, Кара? – угрожающим шепотом осведомился он. – Тебе напомнить? – и, преодолев, последние пару шагов, что нас разделяли, запер меня в клетке из своих рук.