Чтение онлайн

— Если ты их встретишь, просто скажи мне, — предложил Фредерик, — Я отлично умею объясняться с разбойниками.

Сразу после завтрака Симон и Фредерик верхом отправились к викарию. Тот искренне обрадовался, будто мастера фейерверков ему Бог послал. Оказалось, что коннетабль Франции Шарль де Бурбон желает поставить для своего короля мистерию про Московию и Рождество.

Фредерик спросил, не приезжал ли в Турин рыцарь из этой самой Московии, и узнал, что действительно приезжал. Мессир Юстиниан, симпатичный иноземец, с хорошими манерами, которые ему как от Господа даны при рождении. При нем монах-переводчик по прозвищу Книжник. А живут они сейчас в аббатстве Санта-Мария-ди-Карпиче, настоятель которого, отец Августин из славного рода Сансеверино отвечает за постановку мистерии.

Упомянутое аббатство находилось к югу от Турина чуть в стороне от дороги, ведущей из Турина через мост в Монкальери и далее в Тестону.

По пути к аббатству Симон и Пьетро догнали пеших музыкантов Барабана и Трубу, которые играли в Генуе на свадьбе Фредерика и Кармины.

— Здорово, маэстры! Какими судьбами? — спросил Пьетро.

— Вашими молитвами, — ответил Барабан, — В Генуе успели подсобрать серебра, пока нас местные не поперли. До Милана хватило.

— В Милане все сидят по норам надутые и злые, — подхватил Труба, — Кто что успел захватить, то и сторожат. Пока перемирие, никому военные музыканты не нужны. Но мы умные и нашли попутчиков до Турина. Здесь, говорят, весело будет.

— Где? — удивился Симон, — В аббатстве? Вы тоже на мистерию подрядиться хотите?

— Конечно, — ответил Труба, — Говорят, заплатят больше, чем за любую свадьбу. И не только за саму мистерию, а еще за три дня репетиций.

Привратник сразу провел пришедших к аббату. Наверное, помогло письмо от викария. Аббат отец Августин с викарием согласился.

— Идем, — сказал он и направился во внутренний двор.

Там толпилось множество монахов, среди которых Симон с удивлением узнал Книжника, который должен был уехать с мессиром Максимилианом.

— Музыканты нужны? — спросил Книжника отец Августин.

— Нужны, — обрадовался Книжник, — Мы вчера совсем забыли про музыкантов.

— Сегодня двое постучались в ворота, и я сразу вспомнил. Принимайте.

Из за спины аббата вышли Барабан и Труба.

— Мне тут еще наш викарий любезно порекомендовал алхимика, — продолжил аббат, — Не шарлатан. Рекомендательное письмо к викарию от епископа Генуи и Турина. Обещает знатный фейерверк. Взамен просит всего-то разрешения в кузнице поработать. Нужен нам фейерверк за счет коннетабля Франции?

— Думаю, пригодится, — ответил Книжник, — Я был на площади, там можно на стене запалить. Как раз над сценой получится. Самое безопасное место.

— Тогда прошу любить и жаловать. Магистр алхимии Иеремия Вавилонский. С ним ученик Пьетро и телега личного имущества.

Симон встретил удивленный взгляд Книжника. Монах точно знал, что Иеремия Вавилонский — совершенно другой человек, а Симон его ученик. И еще пара человек в толпе повела себя так, будто узнала и удивилась.

Тодт и Мятый! Откуда в Турине взялся худший экипаж Средиземного моря, который три недели назад покинул Геную, чтобы отвезти золото короля в Кремону или в Монцу. Но ученик алхимика по дороге обсуждал с мессиром Фредериком возможную судьбу золотых слитков, и они в числе прочих рассматривали вариант, что если рыцарь привезет слитки не на базу снабжения в Кремоне, а непосредственно в Монцу, где стоит французская армия, то армейским казначеям придется менять слитки на монету в Турине, потому что ближе крупных городов нет.

— Вы из Монцы? — между делом уточнил Симон у Тодта.

— Да, — скромно ответил тот, не уточняя детали.

На этом Симон сделал вывод, что все золото, кроме той части, которая гремела у него в телеге, залитая оловом, было довезено до места назначения. Надо бы узнать, как там фрау Марта и мэтр Кокки, которые пустились в погоню. Догнали? Живы?

Оказалось, что монахи собрались во дворе на первое занятие по строевому рукопашному бою. Симон очень удивился, когда увидел, что монахи собрались бить рыцарей кулаками. Совершенно безнадежное дело. А может, и не совсем. Какой-то иностранец, перемежая итальянские слова с немецкими, при посредничестве Книжника объяснял, как правильно ставить строй для рукопашного боя.

Интересная штука. Есть, оказывается, место в мире, где честной народ по господним праздникам бьется просто ради забавы просто кулаками, но в строю.

В аббатстве, как и следовало ожидать, была своя кузня и свой кузнец из монахов. Брат-кузнец сказал, что прямо сейчас у него срочной работы нет, и господин магистр алхимии может работать хоть до конца каникул. Но кузня может понадобиться, если придется срочно подковывать лошадь или чинить что-то железное.

Двадцать четвертого Симон после занятия по строевому бою поехал с отцом Августином и Книжником в город. Посмотрел, как плотники размечают место под декорации. Прикинул, где поставить фейерверки, чтобы ничего и никого не поджечь. На счастье, декорации ставились у каменной городской стены. Если выставить на стене, то и стену не испортишь, и всем все будет видно. Даже если пулять с небольшим уклоном за стену, чтобы уж точно искры в актеров и зрителей не летели.

Пьетро в это время вернулся на постоялый двор и дождался Симона там. Вдвоем они выгрузили из «алхимической» телеги все лишнее, кроме слитков.

Кармина сказала, что когда золото отделят от свинца, в свите рыцарей, которая заполонила соседний Монкальери, найдутся покупатели на свинец. Но она одна, конечно, не пойдет.

Фредерик сказал, что сходит вместе с ней. В лицо его вряд ли кто вспомнит, потому что оруженосец невелика фигура, да и костюм на нем не по французской моде, а по генуэзской. Кстати, костюм по придворным меркам очень и очень скромный. Так что можно будет поговорить с интендантами и управляющими, не привлекая лишнего внимания.

Тем временем, стемнело. Все возблагодарили Господа Иисуса Христа за удачное стечение обстоятельств и пошли на мессу.

— Котик, что мы будем делать с золотом? — спросила Кармина, когда они с Фредериком вернулся из церкви на постоялый двор.

— Отдадим его королю, — сказал Фредерик.

— Прямо самому королю? Он правда здесь?

— Нет. Если отдадим королю, будет большой скандал. Он поссорится с мамой.

— Понятно. Всем, из-за кого влиятельный человек поссорился с любимой и не менее влиятельной мамой, лучше будет бежать подальше. И никакой награды вы с дядей Максимилианом не получите.

— Верно. Ты у меня умная.

— А какую награду вы могли бы получить? Ну так, в мечтах. На какой процент с оборота в триста тысяч вы с дядей можете рассчитывать? Или вы просто перевозчики? Тогда на какой тариф вы договорились?

— Ну, мы уже точно привезли не всю сумму, — вздохнул Фредерик.

— Начнем с того, какую сумму вы приняли у отправителя, пересчитали и обязались довезти.

— Мы вообще ничего не принимали. Ты сама знала с самого начала. Лис Маттео ограбил де Ментона, а мы ограбили Лиса Маттео. И ничего мы не пересчитывали, некогда было.

— Ты понимаешь, что Лис Маттео мог погрузить на галиот не все золото, которое он взял в доме Абрама? Может быть, он не успел выгрести все до дна, и остальное присвоил де Ментон. Может быть, Лис на берегу рассчитался с какими-то подельниками.

— Да все я понимаю.

— И вы с дядей неплохо так потратились на дорожные расходы. Двадцать три тысячи дукатов на охрану, которая не справилась!

— Всегда есть риск, что противников будет больше… — начал Фредерик.

— А та часть, которую мы сейчас везем, насколько усохла? — перебила его Кармина, — Дядя Максимилиан начал раскидывать монеты, потом толпа налетела на телегу. Потом де Ментон тоже наверняка запустил руки на дорожные расходы. Потом те, кто отбил золото у него. Потом Симон щедро так тратил на подготовку к свадьбе. Магистр Иеремия наверняка сколько-то присвоил.