Чтение онлайн

Дайте ему хорошую взбучку.

– Отличный.

Приняв вежливое и учтивое поведение, посланник из Рима весьма дружелюбно сопровождал меня на встречу с Юстином.

Мы нашли тропинку, которая привела нас обратно в город по гребню дюн, минуя пляж. Первые африканские звёзды, неизвестные мне, мерцали над нашими головами, пока мы шли, обмениваясь новостями.

–С Клаудией всё в порядке?

«А почему бы и нет?» — Квинт добродушно улыбнулся. «Сегодня я видел конный транспорт Фамии у лагуны, но его самого нигде не было видно».

«Он, наверное, в какой-нибудь таверне. Ну что ж, похоже, мы все готовы отправляться домой...»

Меня на мгновение посетила мысль забыть об играх, найти Фамию и немедленно уехать. Мне не терпелось снова увидеть Рим. Первый день рождения Джулии нужно было отпраздновать дома. И, в любом случае,

Зачем нам нужно было оставаться? У меня больше не было клиентов, которые бы мне платили.

Джастин дал ответ:

–Слышал ли ты, какой слух ходит? На завтрашних играх запланирован трёхсторонний матч. Сатурнин, Каллиоп и Ганнон договорились провести особый трёхсторонний матч.

–Что? И как это?

Подготовка довольно таинственна, но я слышал, что каждая группа выставит гладиатора для смертельного боя. Это будет финальный акт, и он заставит соперничающие группы из разных городов покатываться со смеху.

Ощущение покалывания, которое она ощущала весь день, усилилось.

–Клянусь Аидом! Кажется, это может привести к взрыву амфитеатра.

«Ну, ты ещё не услышал самого интересного. А вот что тебя заинтересует, Марко, так это то, что эта трёхсторонняя схватка направлена на урегулирование судебного иска. И в ней есть особый пункт: ланиста, которому принадлежит последний оставшийся в живых мужчина, обязан выплатить компенсацию женщине по имени Сцилла за иск, который она подала против них всех».

–При всем... Это значит, что все захотят проиграть, да?

Хустино расхохотался.

– Эти трое должны выставить самых неумелых, чтобы всё превратилось в комедию. Воюющие не захотят умирать, но, на этот раз, их ланисты попытаются убедить их сдаться.

–О, очень живописно!

– Насколько я знаю, на рынке наблюдается любопытный интерес к приговоренным к смерти.

– Ты знаешь их имена? – Рутилио опередил меня с вопросом.

«Я не слышал никаких имён. По городу ходят разные слухи; самый популярный — о монстрах с двумя головами. Увлекательно, правда?»

«Похоже, этого достаточно, чтобы вызвать интерес», — ответил я.

«Это его будит, и очень бодрит», — подтвердила Хустино. «Большие ставки делаются открыто».

«Тогда всё», — кивнул я. Я не обращался ни к кому конкретно, хотя мои спутники, должно быть, поняли, что я имел в виду.

В ту ночь где-то в Лептисе смотрители диких животных цирка устроили голодовку для льва.

Где-то в городе гладиаторы разных рангов наслаждались традиционным роскошным ужином накануне боя. Это была их привилегия… и это могло стать их погибелью. Часто это оказывалось решающим на рассвете следующего дня; будущие бойцы стремились побаловать себя как можно больше, ведь это мог быть их последний шанс.

Но если они позволили себе руководствоваться этим оправданием, то во время боя эффект оказался контрпродуктивным.

По дороге домой, пересекая город, мы с Жустино предприняли нерешительную попытку зайти в местную подготовительную школу – тренировочную площадку бойцов Сатурнино – чтобы понаблюдать за мужчинами в разгар их празднества. Публике вход был запрещён. Мы решили, что лучше не протестовать. В любом случае, можно было с уверенностью предположить, что элитных бойцов будут держать отдельно, в каком-то особом месте.

Я провела беспокойную ночь. Чтобы не волновать Хелену, я притворилась, что крепко сплю. Но они так и не прекратились.

В голове крутилось множество мыслей. Я был совершенно уверен, что, что бы ни случилось, этот особый номер, подготовленный тремя ланистами, не будет чистым. Каждый из них будет участвовать в нём со своими коварными планами.

Из президентской ложи вмешаться в любой чрезвычайной ситуации было бы невозможно. Мы с Джастином ломали голову, пытаясь найти способ обойти это препятствие. Единственное место, откуда мы могли вмешаться, была сама арена, но я пообещал Хелене, что ни при каких обстоятельствах не выйду на драку.

LVIII

С раннего утра арену цирка заливало ослепительное солнце. Каменные сиденья и сверкающий белый песок арены постепенно нагревались. По мере того, как собиралась толпа, шум волн стихал, хотя мы всё ещё чувствовали их присутствие в соленом воздухе, ласкавшем наши лица и оставляющем мои волосы мягкими и непослушными.

Мы с Джастином приехали рано. Рутилий должен был появиться позже и торжественно. Мы думали, что будем одни, но некоторые зрители уже пришли раньше нас, хотя атмосфера оставалась непринуждённой. Однако даже тогда праздничную атмосферу нарушало присутствие групп из Оэи и Сабраты.

Вход был бесплатным, но продавцы билетов уже стояли у своих киосков, готовые выдавать жетоны, по которым можно было занять места в ложах и рядах сидений. Подушки для сидений первых рядов выгружали с каравана мулов. Ленивые струйки дыма поднимались от костров, где торговцы едой готовили свои товары на пляже. Амфоры и бурдюки с вином также были выгружены в большом количестве. Продавцы закусок надеялись на прибыльный день.

Местные фермеры, привлеченные зрелищем и возможностью продать свою еду и изделия ручной работы, приехали верхом на лошадях, а некоторые даже на верблюдах, и разбили свои лавки на пляже. Некоторые даже разбили большие палатки в пустыне. Когда мы приехали, любопытные из города уже толпились вокруг.

Они прогуливались по берегу моря и путешествовали по другим дорогам в поисках друзей, с которыми можно было бы поздороваться, или игроков, с которыми можно было бы поиграть. Появлялись программы; нам досталась одна, но, помимо профессиональных борцов, чьи имена и боевые стили были перечислены, специальный выпуск был описан только как «поединок трёх новичков».

После прибытия первых зрителей, некоторые из которых ещё не успели позавтракать, толпа тревожно разрослась, и атмосфера на арене завибрировала. Жители Лептиса толпами стекались внутрь, одни в белом, в официальном римском стиле (как мы), другие в ярких одеждах. Женщины в лучших нарядах, украшенные драгоценностями, с замысловатыми головными уборами и в соблазнительных вуалях, поглядывая из-под зонтиков, несли их на носилках к самым воротам или вели пешком бережливые мужья, заполняли входы. Дети свободно бегали или цеплялись за своих робких и застенчивых родителей. Мужчины сновали взад-вперёд по трибунам, заводя знакомства, иногда с другими знакомыми торговцами, а иногда даже с не слишком дерзкими женщинами, которые не всегда были готовы к общению. Наконец, появились распорядители (слишком поздно, чтобы их присутствие было заметно, хотя, казалось, никого это не волновало).

Ряды мест быстро заполнялись. Щёки, лбы и лысины уже блестели и начинали краснеть в солнечных лучах, а красавицы с голыми руками походили на раков. Старика унесли на носилках, без сознания, ещё до начала представления. Ощутимый запах мазей, пота, жареных кальмаров и чеснока мягко ударил в ноздри.

Шум и гул усилились; затем всё стихло, и воцарилась выжидающая тишина. Вошёл Рутилио Галико.

Закутанный в белую тогу и увенчанный короной, которая была ему официально положена, он занял своё место под бурные аплодисменты. Жители Лептиса прекрасно знали, что этот человек даровал им территориальное преимущество перед Сабратой и, особенно, перед Эей. Несколько раз было выражено отвращение…