Чтение онлайн

– Оставь его Пэтси, - приказал другой человек.
– Все равно, нам главное, чтобы у коротышки не оказалось козырей из рукаве, а остальное не имеет значения.

Он даже не потрудился заглянуть внутрь, подумал Сэм, когда значок засунули ему обратно в карман. Их не волнуют мои деньги. Это не ограбление.

Теперь Сэм мог разглядеть в дальнем конце двора другую фигуру, такую же огромную, как и Усатый, только с хвостом на голове, обвязанным грязной красной ленточкой. Он схватил кучу мешков бежевого цвета и начал поднимать. И тогда Сэм вдруг понял, что это вовсе не мешки - это был Джин. Он мельком увидел лицо Ханта, его закрытые глаза и расслабленный рот, прежде чем Хвостатый перекинул его через плечо и зашагал к гофрированным железным воротам.

– Забери его, - гаркнул он, и Усатый наклонился и вцепился железной хваткой в Сэма.

Сэм лягнул ногой, целясь пяткой Усатому в пах, но промахнулся, попав вместо этого в мускулистое бедро. Собравшись с силами, Сэм попытался отползти к куче сломанных ящиков в надежде схватить там какую-нибудь доску и отбиться. Но тотчас же на него опустились сильные ладони, ему скрутили за спиной руки и обездвижили. Потом его резко подняли на ноги. Сэм почувствовал, как жесткие волоски усов воткнулись ему в щеку.

– Хочешь, переломаю тебе руки, пацан? А? Хочешь?

Усатый надавил сильнее. Безжалостно заломил Сэму руки за спину. Затрещали кости. Пронзительно загудели сухожилия.

– А ты не особо разговорчив, так. Но ты заговоришь. Ты и твой дружок, мы вас заставим заговорить. Вы расскажете, кто вас прислал и в честь чего. А когда мы покончим с этим, - он придвинул свой дурно пахнущий рот вплотную к лицу Сэма, будто собираясь поцеловать его, - я сломаю тебя пополам, как печенюшку, подонок.

Сэм никогда раньше не слышал, чтобы словом печенюшка выражали угрозу.

Мужчина со злостью вывернул Сэму руки. Сэм зажмурился от боли, но все равно понял, что его грубо тащат через двор, а потом по твердому бетону. С трудом открыв глаза, он увидел чудовищное, густо изрисованное чернильными линиями лицо Пэтси О'Риордана, с мерцающими, как у волка, глазами. Пэтси безжалостно уставился на Сэма, внимательно его изучая.

– Я его знаю, - прорычал он, все еще пыхтя и задыхаясь после тяжелого поединка.
– Я видел этого мудака раньше.

Должно быть, он разглядел меня в толпе, когда Крис оказался с ним на ринге. Он сообразительнее, чем выглядит... более бдительный... догадливый...

– Что будем с ним делать, Пэтси?

– Бросьте назад их обоих.

В следующую секунду Сэм понял, что его закинули, как мешок с картошкой, в заднюю часть фургона. Удар смягчило только неподвижное тело Джина. Приземлившись на него, Сэм обнаружил, что Шеф на удивление мягкий.

Дверь фургона захлопнулась и закрылась на замок. Хлопнули еще двери, зарычал мотор, и фургон тронулся.

– Шеф? Шеф, ты меня слышишь?

Глаза Джина по-прежнему были закрыты. Движения были лишь от тряски и подскоков фургона.

– Шеф?

Огромный синяк, цвета спелой сливы, медленно растекался по виску Джина. Видеть его в таком состоянии было неимоверно тревожно, и Сэм вдруг понял, что подсознательно всегда считал Джина кем-то неуязвимым.

А он таким не был. Он был из плоти и крови, как и все остальные. Порежь его - и кровь потечет. Врежь ему как следует - и он свалится.

Сэм проверил наличие пульса. Сильное сердце Шефа все еще билось. Но как давно он в отключке? И какого черта делали в сарае О'Риордан и два его лакея?

Должно быть, засекли, что Джин идет за ними, и решили, что его послал кто-то из соперников. Как сказала Стелла, таков их мир - кругом насилие, месть и предательство. Они ожидают проблем - где угодно, когда угодно. Что они будут делать, когда обнаружат, что мы полицейские? Станет ли все лучше... или хуже?

Фургон разгонялся, пролетая район за районом, потом, похоже, свернул с дороги и пошел, подпрыгивая и ныряя, по неровной земле. Сэм услышал искаженную музыку, гремящую из огромных колонок. Это была Сьюзи Кваттро, громко распевающая "Can the Can" [22] под вопли детей на центрифуге и каруселях. Фургон все медленнее и медленнее петлял по дороге вокруг ярмарки, пока не остановился. Сэм услышал, как О'Риордан, Усатый и Хвостатый выскочили из передних дверей, обошли фургон и отодвинули засов.

Он бросил взгляд на Джина, валяющегося с приоткрытым ртом и закрытыми глазами. Впервые с тех пор, как он появился здесь, в 1973 году, Сэм видел Шефа таким беспомощным и уязвимым. Он был беззащитен, как спящий ребенок. Какие бы планы ни имели на них О'Риордан и его тяжеловесы, Сэм был готов на все, лишь бы вновь увидеть Джина Ханта невредимым.

Не знаю, что я стану делать, чтобы вытащить нас из этой чертовщины... но будь ты проклят, Джин, я рассчитываю, что ты потом очень высоко это оценишь!

Двери фургона с лязгом распахнулись, и трое очень мускулистых чудищ заполнили собой все пространство. Их силуэты вырисовывались в вечернем небе на фоне безумного калейдоскопа огней ярмарки.

– Один из них, наконец, очнулся.

– Он об этом скоро пожалеет.

– Вытаскивайте их обоих. Если этот дрищ в кожаном пиджаке рыпнется, вскройте его, как банку с фасолью.

Мужчина влез в фургон, схватил его, выволок наружу и бросил в холодную жидкую грязь. В Сэма с силой вцепились и потянули куда-то. Он мельком увидел, как Хвостатый перекинул Джина через плечо, как говяжью тушу, и потащил прочь. Он открыл было рот, чтобы возмутиться - Эй! Верни этого человека на место! Это мой старший инспектор!
– но его треснули кулаком по скуле, заставив заткнуться. Пока свежие волны боли разливались по всему телу, Сэм оглядывался по сторонам, пытаясь определить, где он находится. Справа вдалеке была ярмарка, полная огней, музыки и возбужденных криков. Значит, его привезли на самую окраину ярмарки и высадили посреди электрогенераторов, растянутых проводов и припаркованных машин, грузовиков и фургонов, вдали от глаз общества, на частной территории самих ярмарочных кочевников.

Сэм успел бросить последний взгляд на Джина, которого уносили, как убитого оленя, когда его грубо толкнули вперед. Его руки и колени погрузились в болотистую почву. Подняв голову, он услышал рычание - глубинное, низкое звериное рычание в ужасающей близости от лица. Он застыл, отваживаясь шевелить лишь глазами. Перед собой он увидел пару чудовищных лап, роющих жидкую грязь, следом пару слюнявых челюстей и голодных, злых глаз. В тупике, привязанный за шею тяжелой цепью, рычал и рвался с привязи ротвейлер.

– Поздоровайся с Принцессой, - провозгласил Пэтси, опускаясь на корточки рядом со свирепым животным и небрежно похлопывая его по упругим ляжкам. Он повернул свое нечеловеческое раскрашенное лицо к Сэму и оскалил зубы, то ли в улыбке, то ли в плотоядной гримасе. Он выглядел даже более зверским и варварским, чем ротвейлер.
– Принцесса не любит парней, которые нападают на меня исподтишка. Я тоже не люблю.

Принцесса оскалилась и зарычала. Сэм вздрогнул. Усатый расхохотался.

Сэм тревожно огляделся, все еще стоя на четвереньках. Теперь ему было видно, что Принцесса привязана снаружи фургона, который, предположительно, был жилищем Пэтси. Он казался едва достаточным, чтобы в нем мог уместиться такой огромный великан.