Чтение онлайн

– Ну что ж, - сказал Пэтси, придвигаясь к Сэму и нависая над ним. Невозможно было прочитать выражение его кошмарного татуированного лица.
– Ты получил, чего хочешь. Остался только я.

– Скажи своим жлобам, чтобы принесли моего начальника обратно, тогда мы сможем начать разговор.

Принцесса зарычала.

– Ей не нравится слушать, что ты отдаешь мне так много приказов, - сказал Пэтси.
– Да и мне тоже. Выкладывай, что хотел сказать, или убирайся.

Спорить было безнадежно. Кроме как оставить Джина на волю судьбы, выбора у него не было.

– Эта собака меня нервирует, - сказал Сэм.
– Пойдем внутрь.

– Пойдем.

Сэм повернул к фургону, но Пэтси остановил его, положив руку на плечо. Его прикосновение было на удивление легким, рука практически погладила пиджак. Но даже так Сэм почувствовал в ней противостоящую ему неумолимую силу, будто тихую, жуткую потенциальную мощь в сердце заряженной боеголовки.

– Ты же не хочешь арестовать меня за то, что произошло с Оби, - глухо произнес он, сверкая глазами.
– Правда, не хочешь, сынок.

– Мы знаем, что это сделал ты, - отозвался Сэм, почти шепотом.

– Можешь доказать?

– Нет. У нас недостаточно улик.

– Ну так что ты собираешься делать?

– То же, что и всегда. Спихнуть на кого-нибудь еще.

– С моей помощью?

– Да. С твоей помощью, Пэтси.

Сэм остановился. Он подумал, что с его точки зрения это звучит весьма правдоподобно. Купится ли Пэтси?

Пэтси несколько секунд ничего не делал. Потом нахмурился. По крайней мере, Сэм решил, что он нахмурился, лицо этого человека было так искажено чернильными узорами, что понять его выражение было очень непросто. Он разглядывал это лицо тролля, прищуренные глаза, мелькающий туда-сюда над осколками зубов язык.

– Продажные полицейские, - сказал наконец Пэтси. И усмехнулся: - Их можно лишь любить! С продажными полицейскими всегда ясно, какие у тебя позиции. Только им можно доверять. Говорю тебе, малыш, надо было с самого начала заявить об этом, и вас бы никто не тронул! Пойдем, сынок, выпьем и уладим все наши дела.

Он повернулся и протиснулся в дверь фургончика.

Оставшись на мгновение в одиночестве, Сэм выдохнул, выпуская наружу нервное напряжение, накопившееся в нем и готовое вот-вот лопнуть. Он опустил глаза и приказал рукам перестать дрожать. Принцесса зарычала на него, и он попятился прочь от привязанной зверюги, чтобы присоединиться к такой же, только непривязанной, внутри фургона.

Лаванда... Внутри фургона пахло лавандой. Сэм огляделся - безупречно чистые тюлевые занавески на окнах, обвязанные белыми ленточками, ряд вычищенных и ровно выстроенных фарфоровых фигурок, пестрая ваза со свежими цветами на вымытом до блеска столе из огнеупорной пластмассы. Фургончик Пэтси был шедевром чистоты и домашнего порядка.

– Очень мило, - сказал Сэм.
– Вот бы мои коллеги из уголовного розыска были хотя бы вполовину чистоплотнее тебя.

– Не люблю бардак и грязь, - пробурчал Пэтси.
– Это меня раздражает. Мне нравится, когда мои вещи именно в таком виде.

У Сэма перед глазами промелькнул образ Пэтси, старательно копошащегося по дому в передничке, смахивающего метелочкой пыль с черно-белого портативного телевизора с круглой комнатной антенной, аккуратно расставляющего ряды музыкальных кассет, усердно корпящего с совком и щеткой над полом из древесных плит.

Нет - не Пэтси, конечно. Трэйси Портер, это она здесь за домашнюю прислугу.

Сэму вспомнилось избитое лицо Трэйси, ее отказ разговаривать и называть имя того ублюдка, который напал на нее.

Оглядев фургон, Сэм подумал: значит, вот какое качество домашних работ она должна соблюдать. Чем же она заслужила те побои? Забыла вытереть пыль с телевизора? Оставила пятнышко грязи на полу?

И где Трэйси сейчас? Не похоже, что она дома - вряд ли фургон настолько велик, чтобы в нем была отдельная комната, где ей можно спрятаться. Возможно, она сейчас подрабатывает на ярмарке, продает сахарную вату или собирает деньги за проезд на призрачном поезде.

А что будет, если она внезапно вернется? Отреагирует ли как-нибудь, когда увидит меня? Предупредит ли Пэтси, что я пришел по его душу? Предаст ли меня?

Пэтси снял с полки какую-то коробочку и припрятал ее под столом в центре фургона. Потом устроился всем своим массивным мускулистым телом в пластмассовом креслице, вытащил бутылку скотча и наполнил пару невысоких стаканов.

– Прежде, чем мы начнем разговор, мне нужно знать, что случилось с моим начальником, - сказал Сэм.
– Что вы с ним сделали?

– Он выживет, - откликнулся Пэтси.

– Я задал другой вопрос.

– А можешь получить лишь такой ответ, сынок, - Пэтси протянул Сэму стакан с виски.
– Ты хотел поговорить со мной. Ну так начинай.

Надо вести себя жестко. Этот подонок презирает слабость. Надо сделать хорошую мину при плохой игре, это его впечатлит.

Именно так, как, по его представлениям, это делают продажные копы, Сэм одним движением опрокинул стопку скотча в рот. Крепкий, будто растворитель, напиток выбил слезы из его глаз.

– Ты убил Дензила Оби, - сказал Сэм.
– Так ведь.

– Никогда его не трогал.

– Меня это устраивает, - пожал плечами Сэм.
– Меня это мало заботит, да и мой отдел тоже. Но на нас давит Министерство, хотят, чтобы мы обвинили уже хоть кого-нибудь в этом деле Оби, и мы положили глаз на Паука. Мы собираемся подставить его. Это должно тебя порадовать, Пэтси.

Пэтси пожал плечами: - Почему Паука?

– Он легкая цель. Этот человек идиот, и теперь, когда Дензил мертв, у него в этом мире больше нет друзей. Он именно тот тип неудачника, который идеально подходит для таких подстав. Мы повесим на него убийство Оби, плюс целую кучу дел, которые надо уже закрывать. Министерство выдаст нам награды, и все у нас в отделе будут неимоверно счастливы.

Пэтси снова наполнил стаканы, но ничего не сказал.

Сэм, быстро все обдумав, продолжил: - Вся беда в том, что Паук исчез. Залег на дно. Он боится тебя, Пэтси. Он думает, что будет следующим в очереди на ту обработку, что получил Дензил.

– Которая ко мне отношения не имеет, как я уже говорил.

– Как скажешь. Смысл в том, что он пропал. Так что нам нужно его вытащить на свет. Ты можешь помочь нам в этом.

– Как? Я не знаю, где Паук. Я не видел его уже лет десять - с тех пор, как они с Дензилом пытались убить меня.