Чтение онлайн

Невиданная доселе политическая сила появилась на горизонте. То есть не то чтобы совсем новая, но с явными признаками евроремонта. Михаил Прохоров возглавил «Правое дело», и оно - это дело - тут же заиграло новыми гранями. Что забавно: это такой полный политтехнологический перевертыш. Предыдущий проект - «Справедливая Россия», партия, которая должна была абсорбировать левый электорат, оттягивая его от коммунистов. Партия власти (или около того), прикидывающаяся оппозицией. Идея, в общем, вполне рациональная и довольно удачно реализованная. Гора родила даже не мышь, а вполне здоровую, жизнеспособную крысу, за что, наверное, и пострадала. После стремительной зачистки Миронова мы также стремительно обрели альтернативу - правый либерально-западнический проект, то есть идеологически вроде как оппозиционный, но открыто и нахально объявивший себя партией власти. Заметьте, не вообще партией власти, а именно этой реально действующей, что и обозначилась немедленной аудиенцией у президента.

Проблема тут, собственно, одна: какой электорат и у кого должна абсорбировать эта конструкция. У Немцова с Каспаровым? Там, собственно, никакого электората нет, там - яркие индивидуумы, предоставляющие интеллектуальные услуги на экспорт. На самом деле люди, пожившие некоторое время в этой стране, могли бы заметить: правее «Единой России» электората нет. Возможно, предполагается, что бабло и административный ресурс заменят электорат. Партия вообще строится как бизнес-проект: Михаил Прохоров выкупил бросовый бренд и проводит ребрендинг, привлекая для того финансовые ресурсы. Партия и выглядит как частная собственность Прохорова, в которой он, естественно, царь, бог и воинский начальник, что, кстати, вызывает телячий восторг опытных демократов, уставших от внутрипартийного плюрализма.

Тем не менее демократическая повадка не истребима, хочется все-таки немного электорату. Посему Михаил Прохоров, известный своей дарвинистской социальной позицией, изображает на съезде великого радетеля за социальные нужды. Такая маленькая овечья шкурка на двухметровом волчаре. Ничего не хочу сказать дурного лично о Михаиле Прохорове, но образ вождя нового электорального лидера как специально отбирали: семнадцать миллиардов, нажитых непосильным трудом Куршевель - «Норникель». Мы, конечно, не ставим под сомнение залоговые аукционы, даже в деле ЮКОСа не ставили, это, собственно, основа существующего строя, мы же не хотим революции? Но с точки зрения права морали и справедливости ничего более гнусного история новейшей России не знала. Или мы хотим революции?

Весь проект ребрендинга «Правого дела» построен в расчете на массовую амнезию, это, кстати, очень здравый способ измерить уровень этой амнезии в нашем народе. Есть основания полагать, что расчеты преувеличены, за десять лет даже поколение еще не сменилось. Ничего нового даже из старого, из милых сердцу девяностых, эти люди предложить не могут. Могучая инициатива по децентрализации напоминает известную перестановку кроватей в борделе. Революционный план прорывной, догоняющей модернизации с опорой на могучий частный сектор и иностранные инвестиции - это вдохновляет. Ничего не имеем против того и другого, но это ни о чем. Это как в бюджетном послании. Это не имеет никакого отношения к грандиозной задаче выживания, стоящей перед страной. Другое дело, что для либералов-западников задача выживания «этой страны» точно не является приоритетной.

Остается выяснить, что стоит за новым политтехнологическим проектом -идея окончательного решения либерального вопроса в России в стиле Альфреда Розенберга или олигофреническая наивность относительно страны временного проживания? Вот, оказывается, для чего нужны свободные демократические выборы.

Группа мирных жителей уральского поселка Сарга встретила автоколонну вооруженных бандитов, направлявшихся для расправы над поселком, огнем, дубьем и вилами и с минимальными потерями обратила их в бегство. При явном бездействии местной полиции, даже несмотря на ее судьбоносное переименование. В официальных полицейских реляциях это событие по_ прежнему именуется «массвой дракой». На самом деле это типичная война. Маленькая победоносная война, которая, если продолжать на это реагировать так же, рано или поздно перерастет в большую.

Умиляет главный акцент не только официальной, но и общественной дискуссии: это столкновение на национальной почве или не на национальной? Следствие обнародовало мужественный вывод - не на национальной. Даже несмотря на то что известная часть нападавших являлись вроде как этническими азербайджанцами. С тем же успехом можно было бы утверждать, что это столкновение не на сексуальной почве, хотя там явно участвовали мужчины и женщины и даже дети. На самом деле тот факт, что для сведения счетов с населением была выбрана этническая преступная группировка, вполне случаен. Просто другой под рукой как-то не оказалось. Тут можно еще раз повторить: этническая преступность представляет собой особую социальную опасность. Конфликты могут происходить, как в данном случае, на базе «чистоконкретных» интересов, но в дальнейшем уже провоцируют межнациональные столкновения, выходящие за рамки «чисто конкретных». При нашем уровне неконтролируемого развития этнической преступности эти первоначальные «чистоконкретные» поводы могут потерять всякое значение. Это и есть механизм перехода Маленькой поселковой войны в Большую гражданскую.

Говорить о том, что Сарга - очередной пример паралича правоохранительной системы, банально. Также банальна стандартная реакция системы. Здесь интересно то, что это стандартная реакция на уникальное нестандартное поведение мирных граждан. Потому что, в отличие от Кущевки, где наблюдалось запуганное и в целом лояльное к бандитам население, здесь мы видим именно граждан, способных не просто к сопротивлению, а к эффективному противодействую превосходящим силам бандитов подручными средствами. Это вообще один из уникальных примеров гражданской самоорганизации. За это бы ордена давать не меньше, чем за известную посадку самолета вблизи поселка Ижима. Кстати, и выборочно репрессировать людей, обладающих такой степенью самоорганизации, довольно стремно.

Здесь какая невольно возникает мысль: на фоне бесконечных камланий о развитии местного самоуправления, плюс новейших идей о муниципальном милицейском ополчении и выборных шерифах, это отличный пример того, что нужно делать. Можно и нужно дать людям на местах, там где они этого хотят, там где они к этому реально готовы, создавать такие структуры. Это было бы действительно существенным шагом к реальному местному самоуправлению. Потому как с таким народом не только простым бандитам, но и большим начальникам, вне зависимости от национальности, придется обращаться делекатнее.

Высшей государственной волей Москва расширяется. Формально вроде как в рамках инициативы по перенесению за пределы МКАД административных функций, а на самом деле вполне естественно и инерционно вследствие исчерпания территорий для массовой застройки, необходимой для размещения постоянно набухающего населения столицы. Поскольку ваш покорный слуга, еще будучи самым маленьким научным сотрудником Института экономических проблем развития г. Москвы, еще в 1980 году разработал модель выплескивания Москвы за пределы своих административных границ с помощью эмпирически исчисленной некой производной функции. Тогда как раз первый секретарь МГК КПСС товарищ Гришин заявил, что Москва выйдет за пределы МКАД только через его труп. Функция давала практически точный прогноз свершения этого события.

Это к тому, что административное решение по расширению Москвы и раньше, и сейчас имеет под собой естественные, не зависящие от воли и сознания руководства причины. Опять-таки характерно, что среди всех прожектов выбрано именно Юго-Западное направление. Москва, опять же, совершенно инерционно тяготеет к Юго-Западу. Давно известный факт, что так называемый «центр» Москвы с психологической и ценовой точки зрения асимметрично вытянут к юго-западу. То есть это самое естественное инерционное, то есть наименее волевое решение. То есть любое другое решение, кроме этого, было бы в той или иной степени проявлением воли изменить стихийно складывающуюся тенденцию в сторону некой расчетной рациональности.

Самым простым и элементарным проявлением такой воли была бы, например, реализация уже озвученной идеи построить новый московский «бюроград» на Рублевке - в сторону Звенигорода. Так чтобы обитатели Рублевки и примкнувшие к ним двигались для выполнения своих функций не на восток - на Москву, а в обратную сторону - на запад. Это, кстати, облегчило бы задачу их расселения, поскольку эта популяция на сегодняшний день в Щербинке и Апрелевке представлена незначительно. Однако и это было бы проявлением хоть какой-то властной воли.