Чтение онлайн

Неимоверным усилием воли удержав бесстрастную маску на лице, Вовка вежливо отказался. Дескать, не того полёта птица, этот Алч, чтобы из-за него тревожить почтенного человека. Пирим осторожно попробовал настаивать на участии своих воинов, упирая на многочисленность наёмного войска Алча. Володя отмахнулся, сказав, что Алчные наёмники его дружине на один зуб, твёрдо стоя на своём - чужие воины ему не нужны и точка. Ещё бы!

Стороны расстались. Пирим был доволен тем, что одним камнем подбил двух зайцев - получил возможность удовлетворить своё любопытство и одновременно остался над схваткой, в которой оба его соседа, ближний и дальний, основательно помутузят друг друга. Ведь с ослабевшими всегда легче договариваться...

Володя уже давно был настроен решительно. Ему порядком надоело лишь реагировать и огрызаться на непрекращающиеся нападения. В устранении угрозы со стороны Алча ему виделось сразу три плюса: долгожданное спокойствие границ и присоединение солидного куска земли, до этого отделяющего Западный удел от Залесья. Если всё срастётся, то все Вовкины владения сольются в единый монолит. Ну, и устрашение второго соседа, Пирима, однозначно можно считать плюсом. Увидит, прочувствует, впечатлится, а тогда и надавить на него можно. Дескать, что же ты, такой-сякой, за порядком у себя не смотришь? Почему по твоим землям разбойники спокойно расхаживают и ко мне в гости как к себе домой ходят?

Пирим, забрав своих вояк и сыночка отбыл домой, взяв на прощанье с Володи слово что тот обязательно известит его о начале похода на земли Алча. А сам, вернувшись домой, первым делом многозначительно шепнул некоторым лицам о планах своего ближнего соседушки в отношении соседа дальнего. Сказал не от дурости, а с умыслом. Глядишь, ежели Алч выстоит, то такое предупреждение Пириму впоследствии зачтётся. А нет, так хоть укрепиться успеет, чтобы барону Владимиру воинский поход дороже обошелся.

Впрочем, Пирим со своим предупреждением опоздал. Получив вызов в суд, Алч и так знал, что над его головой сгущаются тучи. Когда война с Алчем ещё только обдумывалась, Леяна поведала Володе о принятых в Вольных Баронствах правилах разрешения меж баронских конфликтов. Сначала требовалось обратиться в Верховный суд с прошением, в котором перечислялись бы все претензии к противоположной стороне. И только после суда, если стороны оставались недовольны его решением, можно было начинать звенеть оружием. Вовка так и сделал. Накатал петицию в суд, присовокупив к ней увесистый кошелёк, и через неделю получил на руки документ, гласящий, что суд состояться не может в результате отказа ответчика от явки для разбирательства. Такая бумага давала Володе право начинать военные действия по собственному усмотрению. Но он не торопился сразу бросаться в драку. Чтобы избежать впоследствии кривотолков и возможных исков, Леяна подсказала обратиться в Совет баронов, дабы тот прислал своих наблюдателей. Те должны засвидетельствовать, что боевые действия велись согласно всем принятым в Вольных Баронствах правилам.

"У-у-у, ненасытное племя! Крохобор на крохоборе сидит и мздоимцем погоняет!" - кипел Вовка, отсыпая золото в очередной кошель для новой взятки.

Пока Леяна в Белине строила глазки стряпчим и одаривала нужных людей "на добрую память" звонкой монетой, Лёшка активно занимался повышением боеготовности Залеской дружины. Потолковав со своим главным воеводой, господин барон велел летучую пехоту и возможность охотников ускоряться Пириму с наблюдателями от совета пока не демонстрировать. Кто его знает, как жизнь повернётся, а лишний козырь в рукаве пригодится всегда.

Почесав в затылке, Ляксей решил на первых порах особо не усердствовать, и ограничиться довооружением ратников магазинными арбалетами, а их коней снабдить сбруей со встроенными амулетами. Уменьшение веса всадника до уровня пёрышка позволяло животному быстрее скакать и намного дольше оставаться полным сил. Вроде бы немного, но эффект был заметен сразу. Теперь конница могла совершать более длинные переходы, а её атаки приобретали невиданную ранее стремительность. И в обороне новая дружина стала орешком, который не сразу разгрызёшь - каждый воин за пятнадцать секунд мог выпустить восемь болтов, что создавало невиданную в этих местах плотность "огня". Попробуй, подойди к такому противнику на сабельный удар. Да любой атакующий десять раз в ёжика превратится, прежде чем успеет добежать до цепи стрелков! Вот и гонял Лёха дружину как сидоровых коз, заставляя воинов осваиваться с новыми возможностями.

Сам Вовка тем временем плотно занялся разведкой территории соседнего баронства, сосредоточив особое внимание на центральной усадьбе и местности вокруг неё. Несколько раз он поднимался в небо, зависал и через приближающий камень ружья рассматривал раскинувшуюся под ним землю. Набросав примерную карту владений Алча, Вовка решил, что первая фаза закончена и можно переходить ко второй - засылке шпионов. Восемь охотников были заброшены с воздуха вдоль предполагаемого пути следования Залеских войск к баронскому замку.

А замок у Алча имелся. К нему сейчас тянулись одна за одной подводы, доверху набитые продовольствием. Барон не искал встречи с Залеской дружиной лицом к лицу для генерального сражения, вместо этого он с немногочисленными приближенными готовился переждать осаду за крепкими стенами, бросив жителей баронства на произвол судьбы. Почему немногочисленными? Об этом говорили скромные размеры замка.

Не такой просторный, как у Володи, он был построен исключительно для обороны, а не для постоянного проживания большого числа людей. Семиметровой высоты стены, сложенные из тёмно серого, почти чёрного камня, поверху были часто усеяны зубцами, из-за которых лучникам так удобно расстреливать атакующих. Наполненный водой широкий ров делал невозможным использование штурмовых лестниц, ведь их просто некуда было поставить. Или же эти лесенки пришлось бы сооружать излишне длинными, чтоб они могли дотянуться до верхушки стены с другой стороны рва. А попробуй, подними такую махину! Да и само место под строительство замка выбиралось исходя из вполне понятного намерения - как можно сильнее затруднить жизнь нападающей стороне. Куда ни глянь, везде сплошные болотины. Конница увязнет сразу, да и пехота едва пройдёт, чавкая сапогами в грязи по щиколотку. Нормально добраться до ворот этой крепости можно было лишь по единственной дороге, проходящей вдоль стены и, соответственно, под плотным обстрелом с неё.

Чтобы взять эту твердыню без длительной осады, надо было быть или легконогим эльфом, или драконом! Ни тех, ни других в Залесском войске не водилось, поэтому Алч считал себя в полной безопасности. Ну, придут, ну, пошумят под стенами. Самые дерзкие поймают по стреле и успокоятся. А когда сюда стянется вся Залеская дружина, то старый пройдоха Пирим на месте явно не усидит и, конечно же, пойдёт пограбить оставшиеся без охраны соседские сёла. На этом осада и кончится - считал барон.

Володя:

Чем ближе наша дружина подходила к твердыне Алча, тем пренебрежительнее становился взгляд Пирима. Дескать, попёрся сосед на войну, как на прогулку: ни тебе лестниц штурмовых, ни тарана, ни щитов с собой взять не догадался, а вот вздорную бабу прихватить не забыл. Да и войско собрал сплошь конное, когда надо было пехоту брать. Что, на стену всадники полезут? Верхом? А на сынишку своего посматривал с жалостью, мол, навесили тебе лапши на уши о непобедимости Залесской рати, а ты, наивный вьюнош, и поверил. Мне не надо было даже подыгрывать Пириму и прикидываться полным лохом - чувство собственного превосходства глаза ему застило отменно, так что барон даже не обратил внимания, что они с сынулей уже трижды сменили коней на заводных, а моя дружина как шла упругой рысью, так и идёт без остановок. Такой настрой барона мне был откровенно на руку: чем сильнее для него окажется шок от взятия замка, тем сговорчивее он станет в дальнейшем.

Моё "внезапно возникшее" желание поохотиться в ближайшем лесу, так же вкладывалось в образ легковесного повесы, который нарисовал себе Пирим в отношении моей персоны. Естественно, он отказался сопровождать меня в зелёные дебри, лишь посмотрел с жалостью, разве что пальцем у виска не покрутил. А мне того и надо, ведь эта охота была только предлогом, чтобы на некоторое время исчезнуть из поля зрения соседушки. Дело в том, что я не решился заранее перегонять голубя на вражескую территорию, а тащить его вслед за войском не хотелось, чтобы лишний раз не светить планер перед любопытными глазоньками.