Чтение онлайн

– Меня зовут Конард, – его оглядели снизу-вверх. Он еле удержался от желания проверить, не вляпался ли он во что-нибудь. На его лице начала появляться паника. Мальчик не знал, должен ли говорить дальше. Женщина не переставала улыбаться ему. Он сглотнул. – Я просто услышал… Я просто увидел вас и подошёл.

– Моего вредного сына зовут Отис. Но ты можешь звать его Ти, – она увидела, как сын насупился и надулся, словно жаба, – Но, Конард, мы очень серьёзные молодые люди! Спасибо, что подошёл. Тебе тоже не удалось пройти на аттракцион? Ты вроде… – она замялась. Женщина показала жестом новому знакомому, что он повыше Отиса. Она старалась избегать запретных тем и слов.

– Да. Оказывается, младше четырнадцати лет нельзя без сопровождения взрослых. Даже если ты выше необходимого минимума, – он улыбнулся, но уже Отису. – Так что мы в одной лодке, – он указал на Магдалину. – Моя няня не может из-за здоровья даже очередь отстоять. Поэтому осьминог пока недоступен.

– Это очень печально. Куда вы собираетесь идти теперь? – женщина вытерла уже почти сухие дорожки с лица сына. Кризис миновал, она перевела взгляд на Конарда. Тот усмехнулся.

– На осьминога.

– Как так? Ты же сказал, что тебя не пустили, – женщина удивилась его уверенному лицу. В голове этого парня явно созрел какой-то план. Отис смотрел уже не подозрительно, а заинтересованно.

– Ну, знаете, я попытаюсь с ним договориться, – сказал мальчик чересчур заговорщическим голосом. Женщина по-доброму улыбнулась. – Вот подумал, наша очередь, – он указал большим пальцем на очередь с красными браслетами. – Не такая длинная, но всё равно. Может, Отис составит мне компанию?

– У нас браслеты другого цвета, если ты понимаешь. Контролёр отправит его сразу, как увидит, – женщина сочувствующе взглянула на своего сына, а потом – на Конарда. Отис смотрел на них по очереди. Женщине не хотелось, чтобы сын зря стоял под палящим солнцем.

– Не волнуйтесь. Моя няня сказала, что денег достаточно для беременной леди и трёх грудных детей. Чтобы это ни значило, – женщина захлопала глазами от удивления. Она-то думала, Конард собирается просто начать клянчить. Тут система оказалась намного серьёзней. – Ну так что, можно? Вы бы могли подождать с Магдалиной, она вон там сидит. Наивно думает, что я не вижу слежки.

– Мама, я уже не грудной? – Отис задал интересующий всех вопрос.

– Нет, дорогой. Ты не грудной, – женщина не могла отойти от такого прямолинейного ответа Конарда, поэтому говорила немного прерывисто. Она перевела взгляд на его няню, потом – на очередь и вздохнула. Ей хотелось хотя бы попытаться предотвратить ещё одну истерику. – Я отпущу тебя, Ти, если пообещаешь не плакать в случае неудачи.

– Я обещаю, – парень мотнул головой чересчур уверенно. Женщина знала, что с таким ожиданием его истерику услышит весь Диснейленд. Однако она так устала бегать за ним и успокаивать, что даже не надеялась присесть сегодня. Конарда послал сам Бог.

– Тогда можешь идти, я посижу с Магдалиной и немного отдохну. Захочешь пить, подойдёшь вон к той лавочке, хорошо, дорогой? – женщина улыбнулась и встала с корточек. Конард кивнул ей, и дети рванули в конец очереди. Мама Отиса, еле перебирая затёкшими ногами, подошла к его няне и села рядом.

– Надеюсь, месье Легран не доставил Вам проблем, мадам… – Магдалина улыбнулась уставшей женщине. Она помнила, как было тяжело с первым ребёнком, но после второго ноги превратились в стальные прутья.

– Ревиаль. Можете звать меня Иветта, без всяких префиксов, – она, недолго думая, сняла свою обувь с ног и облегчённо выдохнула. – Боже, как приятно. Ну не дура ли я, что надела новые туфли? Конард спас меня от ещё пяти минут на корточках. Хотя это не сравнится с истерикой около американских горок. Но туда мы даже и не пытались попасть.

– Я рада, что он смог вам помочь. Несколько лет назад Конард так же плакал около этого самого осьминога. Тогда мы не подходили ещё и по росту. Ужасная была картина. Он так сильно вырос за это время, – она вспомнила маленького плачущего Конарда и усмехнулась. Сейчас-то он не позволял себе плакать на людях. – Надеюсь, того парня не уволят из-за них. Слишком большой кусок пирога приготовил ему Конард.

– Думаю, в той очереди это в порядке вещей. Лишь бы их пропустили. Отис так загорелся от его идеи. Криков будет на весь парк, – она размяла свои ноги и взглянула на мальчишек. Они пока стояли и молчали от смущения. Женщина мягко улыбнулась. – А сколько Конард хочет всунуть контролёру? Выглядел он чересчур уверенным в себе, – женщина открыла бутылку с водой и начала пить мелкими глотками.

– Он взял с собой пятьсот евро, Иветта, – в этот момент мадам Ревиаль подавилась водой и посмотрела на Магдалину, та лишь усмехнулась. – Отец Конарда – очень влиятельный и богатый человек. Для них это капля в море.

– По нему и не скажешь, что он из богатой семьи. Не в обиду будет сказано, но он такой открытый и простой. Мне казалось, дети должны быть похожи на своих родителей. Хоть немного, – она улыбнулась. Магдалина расслабилась. Лучшей характеристики и не придумаешь. – Я вот такой же плаксой была в детстве. Я стараюсь растить Отиса не в жёстких рамках и уж тем более стереотипах, но иногда так хочется сказать, что мальчики не плачут.

– Конард очень добрый и открытый. Он слишком умный и смышлёный для своих лет. Я, конечно, принимала участие в его воспитании, и говорю это без преувеличений. Но у него нет друзей. Он целыми днями рисует, читает книжки или ходит на всякие секции, – няня тоже перевела взгляд на молчащих мальчиков. – Я была очень удивлена, что он заинтересовался вами. Тут рыдает каждый второй.

– И не скажешь, что у него нет друзей, – мадам Ревиаль выглядела удивлённой. Мальчики до сих пор молчали. – Отис тоже чересчур смышлёный, немного вредный. Если я увижу его когда-нибудь с книжкой в руках по своей воли, прямо там разрыдаюсь.

– Хах, – Магдалина поёжилась, – сегодня то жарко, то холодно. Солнце совсем спекло меня, но накидку снимать не решаюсь.

– А я пожалела, что оделась так легко. Для платьев ещё слишком рано, – Иветта посмотрела на небо. – Сегодня особенный день, не думаете?

– Полностью согласна.

– Я не понимаю, почему всё такими отрывками. Боюсь, доктор, Вы не сможете свести это в единую картину. Я помню так много, но при этом всё в каких-то неточностях, – Конард поднялся на кровати и протёр глаза. Хотелось есть, пить и спать. А ещё лучше – побыть в полном одиночестве и темноте. Но в этот раз без алкоголя и сигарет. С самим собой. Он перевёл взгляд на улицу. Парень не мог вспомнить, когда он вернулся, было светло или нет? Конард отчётливо услышал хлопок. Он поднял свои затуманенные глаза.

– На сегодня мы закончили, месье Легран, – парень протёр глаза, – Не знаю, что Вы имеете в виду под «отрывками», мне всё предельно ясно. То, что Вы помните хотя бы одно имя, уже похвально. Но не могу дать стопроцентной уверенности о его точности. Прошло пятнадцать лет. Ти? – мужчина собрал все свои записи в кейс. – К тому же у меня закончилась бумага. Наши встречи оказываются очень продуктивными.

– Когда мы увидимся в следующий раз? – Конард хотел разобраться. То, о чём они говорили, оказалось закопано так глубоко, что парень и не подозревал о существовании подобного. – Может, завтра?