Чтение онлайн

Приснился ааааааааафигенный сон. Началось примерно с конца токов. В зале были кресла, никаких танцполов. Сцена небольшая, но шире, чем в ленсовета. На сцену вышла шатенка с челкой и густым хвостом в зелёном платье, спела одну песню и удалилась. Мелькнули токи, через минуту они уже были на сцене. Начался конц. Многие стали передвигать кресла, желая оказаться поближе к сцене. Я сидела спокойно. Потом нескоолько девушек были приглашены в просторный закуток на сцене, напоминающий балетный класс. Токи крутились в задней его части, хотя стена, на мой взгляд, не давала возможности зрителям что-либо видеть. Я тоже была среди трёх-четырёх девушек, но вместе с ещё одной осталась в запасе. Потом из каморки вышел, танцуя-извиваясь, мужчина в странном одиянии, похожий на нашего россейского колдуна-гадальщика, стал вглядываться в нас своими глазами-линзами, выбирая, кого бы отправит танцевать. Я, заслоняя вторую девушку, показывала себя. В итоге, он протянул мне руку, мы вошли в этот отдел и стали танцевать. Я была в каком-то красном поблёскивающем платье, тяжёлом, довольно открытом и коротком, но в рамках приличия. Близнецы были уставшие, ГГ я не замечала, хотя отдалённо улавливала их силуэты. Родители из зала смотрели на меня, я помнила об этом. Мы танцевали потрясающе. Он выбрасывал меня, я своим тягуче-пронизывающим взглядом ловила близнецов. Билл всё всремя стоял полубоком и не смотрел на меня. Других танцующих я совершенно не замечала. Во время одного "выброса", я отлетела от партнёра, держась за вытянутую руку, близко к Тому. Он глянул на меня, я сверкнула глазами. Ему впечаталась в память, он стал оборачиваться на меня. Мы продолжали танцевать довольно однообразно, но очень страстно, я чувствовала в себе дикий огонь, комната для меня окрасилась в кровавые оттенки. В какой-то момент Билл всё же повернулся. Я сразу отреагироавла, переводя взор на него, и несколько секунд своим завораживающим взглядом смотрела емув глаза. Он тоже запомнил меня и понял.

Танец закончился. Нам пора было уходить со сцены. Я быстро прошагала к Тому, он выглядел уставшим, но мне радостно широко улыбнулся, раскрывая объятия. Отстраняясь, я стала говорить ему, чтобы берёг брата и не позволял чему-либо разрушать их отношнеия. Билл выглядел абсолютно измученным. Уголки губ были устало опущены, под глазами залегкли глубокие синякя. Я менее быстро приблизилась к нему, смотря тем же взгялодом, обняла и тожк что-то сказала...

Ещё в это сне был кусочек, где я была дико сексуальной. Особенно моя попа выглядела настолько аппетитно, что даже сама я сос стороны наслаждалась просмтором. Мне нужно было куда-то лезть по лестнице, что я делала изящно-провокационно, потом слыша о сбе, что я могу соблазнить, не прикладывая никаких усилий и совершенно без пошлости.

Прошо около двух недель со времени её приезда. Времени в одиннадцатом классе нет совершенно. Когда она уехала, я чётко счказала себе: "Ты не имеешь права убеждать себя, что она делает тебя счастилвиой. Это не так больше. Это закончилось". И мне приходится постоянно напоминать себе об этом, но пока что я справляюсь. Пару раз мы переписывались, последее, что она мне написала:

спасибо, зая

согласна)

И я ничего не поняла. На мой взгляд, она просто отправила не туда, но ни единого комментария не поступило, и я так и осталась в ступоре, потому что с тех пор мы не переписывались, подобным образом никогда друг с другом не обращались, и разговор был о другом. Притянуть к нашим словам, конечно, можно, но очень уж криво получается.

В общем-то, я слишком пьяна, чтобы что-то ещё писать... Хотя, вот что: на этой неделе у меня отвратительный загон. Я не могла остановиться и перестать есть. Утром я съедала обчный завтрак, в школе не ела, дома обедала, а вечером..я просто начинала поглащать всё что можно: макороны, бутерброды, четыре-пять кусков колсабы, кофеты, печенье, сырки, сыр, фруктовое пюре, фрукты... Вчера, в пятницу, на пятый денб обжираловки я решила сдерживаться, но хотела купить несколько злаковых батончиков. Всё шло по плану, но потом мне захотелось съесть один, потом второй, а после всего этого на пути домой я зашла в Мак и купила чизбургер, о котором мечтала ещё на каникулах. В общем, за эти несколько дней я набрала успешно скинутые два, а то и все три килограмма, и опять пытаюсь похудеть. Но вчера настроение было нулевым. Пыталась выпить запаску, но алкоголь не пошёл.

В понедельник произошло кое-что, весьма обрадововшее меня: мне написала та девушка, с которой мы познакомились во время Радужного флешмоба 17 мая. После этого мы ещё однажды виделись, как вам известно, минимально общались, а потом я уехала и с лета мы так ни разу не связвались. Я вспоминала о ней иногда, потому что мне не помешала бы радужная приятельниув. Она пригласила меня на встречу дискуссионого клуба, где они как раз собираются обсудить отношение к ЛГБТ. Я думала, что мы просто будем говорить об этом, но оказалось, что туда придут и какие-то активисты. В общем, завтра узнаю, как это будет.

В воскресенье я отправилась в кафе, где проводилась встреча. Падал мокрый снег, я без шапки и в осенней одежде спешила, хотя у меня в запасе было полчаса. Сначала я решила заглянуть в магазин, где должна была дожидаться встречи моя знакмая, побродив по большому лабиринту книжного и не нацд её я ушла. У меня оставалось двадцать минут. Я зашла в кафе, положила деньги на телефон, три раза прошлась туда-обратно, запутавшись в номерах домов, и в половину всё-таки добралась до места проведения. Там была моя знакомая, ещё две девушки постарше и молодой мужчина. Я присела за столик. Разговор особо не клеился. Я сидела, пытаясь понять, почему н так странно робко улыбается, думала, пришёл ли он на встречу просто чтобы поговорить или из-за ориентации. Оказалось, что он просто подсел к девушкам, потому что не ыло свободных мест. Минут через пятнадцать-двадцать все подтянулись. Нас было человек десять: семеро россиян, дваое британцев и японец.

Координаторша начала говорить о теме встречи, предложив сначала британцам рассказать об отношении к ЛГБТ в Англии, поскольку там всё довольно спокойно и понятно, рассказал я японец. Девушки стали наперебой обсуждать инициативы некоторых депутатов, самих депутатов и рассказывать какие-то случаи. Я сидела несколько разочарованная, потмому что координаторша и ещё две девушки полностью взяли на себя всю инициативу говорить, давая остальным вставлять по одному-двум предложениям. Ничего нового я, конечно, не узнала и забыла, зачем вообще туда пришла. Спустя минут десять-пятнадцать координаторша произнесла что-то о том, что они всё это наблюдают со стороны, но у нас есть активист и теперь мы послушаем "мнение изнутри". Пока она говорила, мой взгляд, разумеется, был прикован к ней. Услышав об активистах, я опомнилась и задумалась, откуда же они возьмутся? Из-под стола вылезут, заглянут в кафе? Обернулась на знакомую, хотела уж было спросить, но тут координаторша обратилась как к активисту...ко мне. Я совершенно не ожидала, на полсекунды растерялась, но так как вопрос был вполне конкретный: "Как тебе живётся в нашем обществе?", - я быстро собралась и понесла какую-то околесицу. Что я могла сказать? Мне повезло, у меня принимающая мать и понимающие друзья. Мне легко, потому что по мне не скажешь с первого взгляда, что я лесбиянка. Да, я говорила о себе исключительно как о лесбиянке, даже не успев задуматься. Да это и неважно. Неожиданно мне пришлось много говорить. Я рассказала о жизни, о трудностях в перспективе с работой, о "встрече" с Милоновым; меня спросили, думаю ли я эмигрировать, собираюсь ли я, "очень открытая", прятаться, когда буду учиться в университете и устраиватся на работу. Спрашивали моё мнение о ситуации: становится хуже или всё же есть улучшения. Спросили и о различных организациях, в чём их задачи и помогают ли они.

Я ответила, что эмиограция возможна в дальнейшем будущем, особо скрываться я не собираюсь, ситаация сложная и, хоть и развивается в положительном направлении, пока что хорошего мало, рассказала и то, что я не активист и даже не волонтёр, но выдала всё, что помню об ЛГБТК-дружественных организациях. В общем, для меня это было довольно занимательным опытом. Насколько я помню, это вообще первый раз в моей жизни, когда я напрямую называла свою ориентацию.

Был, конечно, и неловкий момент. Сидели мы очень тесно, и мне было некуда поставить одну ногу, поэтому сидела я в очень старнном положении. ПРи разговоре я активно жестикулирую, но так как за столом этого делат неудобно я просто крутила кольца и что-то тврила руками под ним. Так в один момент захотела убрать одну руку вниз и нечаянно задела рядом сидящую девушку. Она ничего не сказала, но я почувствовала волну напряжённости, окатившую меня с её стороны.

Когда мы закончили обсуждение, координаторша попросила всех сказать, что им больше всего запомнилось и что они узнали новго. Поголовно ребята говорили, что им быо очень интесно встретить открытого человека, живущего в России, для кого-то я стала "первой знакомой из числа ЛГБТ". Забавно, что это произнесла одногруппница моей знакомой. В общем, от моего сумбурного и, на мой взгяд, мало-информативного рассказа у большинства осталось довольно сильное впечатление.