Заброшенный сад Персефоны
Шрифт:
Виктор помотал головой, словно пытался отогнать наваждение.
— Бред какой-то!
Затем случилось и вовсе что-то непонятное. Казалось, будто огромные невидимые ножницы вырезали кусок моря между суденышками, а через мгновение края разреза сошлись, и плот закачался на волнах буквально в каком-то десятке метров от глиссера. Без всякого перехода вспыхнуло солнце, ожили волны и поднялся ветер.
Но даже оставшиеся десять метров одолеть было невозможно. Приводу не хватало мощности, чтобы сдвинуть плот хоть на метр.
А вокруг уже шел бой. Моллюски по какой-то причине совершенно проигнорировали плот. Раз за разом они пытались взобраться на борт глиссера. Защитное поле то ли ослабло, то ли вовсе перестало действовать, но моллюскам это слабо помогало: с нападавшими расправлялись два человека. Один из людей, бородатый, с яростным хеканьем рубил щупальца тесаком; второй молодой, в рабочем комбинезоне ОЗ, протыкал тела какой-то острогой. Третьего видно не было, но Виктор не сомневался, что он, а точнее она, тоже на борту. Это была та самая команда, которую требовалось найти и…
Плот заметил парень и, отвлекшись на мгновение, махнул рукой.
— Эй, уходите немедленно… — он явно хотел предупредить об опасности, но тут ногу его обвило щупальце, и он упал на палубу.
Это лицо Виктор когда-то видел на фото: Кир. Бородач рубанул по щупальцу, но другое ухитрилось вырвать из руки тесак. Тот вытащил из-за пояса цилиндр и дернул чеку. Вспыхнул красный огонь. Бородач, Захар, ткнул факелом в тело моллюска, тот забился, свернулся в клубок и, стукнувшись раковиной о палубу, рухнул за борт. К Киру протянулись другие щупальца и уже потащили к краю. Не раздумывая более ни секунды, Виктор выхватил кольт, прицелился и выстрелил. Раковину разнесло вдребезги, Кир откатился подальше и вскочил на ноги. Один из моллюсков схватил Захара. Тот успел дотянутся и ткнуть тварь угасающим факелом. Моллюск рухнул в воду, так и не отпустив ногу. Захар вцепился в поручень, но сразу несколько тварей не дали человеку выбраться на палубу. Виктор выстрелил, разбив раковину одной из тварей, однако это не улучшило положения Захара. На подмогу товарищу ринулся Кир, и пришлось прекратить стрельбу, чтобы не попасть в человека. Но парень опоздал: Захар скрылся в мутной толще воды.
Словно удовлетворившись этим, моллюски тут же прекратили атаку. Кир хотел прыгнуть в воду вслед за Захаром, но подбежавшая Кэй вцепилась ему в руку.
— Нет! Ты погибнешь! Их там много, очень много! — пыталась вразумить его девушка.
— Но он, может быть, еще жив! — кричал в ответ Кир, стараясь освободиться.
Виктор выстрелил в воздух. Кир вздрогнул и прекратил вырываться. Он мельком взглянул на плот, принялся вглядываться в воду. Кэй подбежала к пульту и быстро подвела глиссер к плоту.
Когда Виктор перебрался на палубу суденышка, Кир поднялся и хмуро посмотрел на вновь прибывшего.
— Виктор, темпоролог, инспектор ОЗ.
— Кир, инспектор ОЗ, — парень пожал протянутую руку и мрачно добавил: — Добро пожаловать на борт.
— Здравствуйте, Виктор, — сказала девушка, протягивая руку. — Я вас помню и очень рада видеть. Особенно сейчас, когда…
Она судорожно вздохнула и поджала губы.
— Очень рад, — пожал ей руку Виктор, и вдруг ему стало страшно.
Девушка походила на Леду. Он мог поклясться, что раньше, там, на Гавайях, между ними не существовало ни малейшего сходства. Но что страшнее, Кэй походила и на ту девушку — Юлию. Проклятье, он, наверное, сходит с ума. Сделав над собой усилие, он вновь вгляделся в лицо Кэй. Сходство было несомненным.
— Наверное, стоит двигаться к берегу, пока наши друзья не вернулись.
— Нет! — отрезал Кир. — Надо найти Захара.
— Его больше нет, — тихо проговорила Кэй, осторожно касаясь руки парня. — Мы уже ничем ему не сможем помочь. Пойми, ничем.
Кир дернул плечом.
— Нам даже отбиться будет нечем, — сказал Виктор, доставая оружие.
Вытащив обойму, он продемонстрировал ее Киру, воткнул обратно и размахнувшись, забросил оружие в воду.
— Поехали?
— Да, — еле слышно ответил парень и устало рухнул в кресло.
Девушка тряхнула волосами и взялась за управление. Глиссер помчался над волнами к острову. Виктор глядел на него с кормы. Внезапно плот вдруг поднялся над волнами, а затем исчез в воде, словно его и не было.
— Вовремя… — пробормотал он и подошел к пульту.
— Что? — Кэй не расслышала слов.
— А, нет, ничего. Все в порядке!
Кэй кивнула. Виктор уселся рядом с поникшим Киром.
— Дружище, что случилось то случилось.
Кир ничего не ответил и отвернулся.
— И не забудь, ведь ты работник ОЗ. От тебя зависят жизнь и здоровье населения всей планеты.
— Я больше не работник ОЗ! — вдруг взорвался парень. — К черту эту работу! Нельзя там его бросить. Он был не просто человеком, а другом и соратником, понимаете? Тем, кто шел с нами, верил нам.
— Успокойся! Так тоже бывает, — Виктор хлопнул парня по плечу и встал с кресла. — Успокойся, а потом поговорим. Где друзья и кто враги…
— А вы ведь тот самый человек, кто спасал людей с «Дилоса», — припомнил вдруг Кир.
— В общем, да, — пожал плечами Виктор.
— Помнится, вы тоже ушли из ОЗ после некоторых событий, где погиб… погибла одна женщина. Как вас… вам… вас угораздило сюда попасть?
— Приказ. Или просьба. Или судьба. Или домыслы Айка. Называй как хочешь, — спокойно пожал плечами Виктор. — Есть мир, который кто-то должен спасти. В этот раз кем-то оказался я. Завтра ты. Или Кэй. В этом суть ОЗ.
— Как же хочется домой, — со вздохом сказал Кир, меняя тему. — Мама, наверное, волнуется…
— Домой… — повторил Виктор. — Это здорово, когда кто-то ждет дома. И есть… желание вернуться. А кто был ваш товарищ? Одет как Гость.
— Захар? Захар был… был неплохим человеком. Выручал нас.
— Он… Он хороший, он помогал… — сказала девушка, и в глазах ее заблестели слезы.
Виктор взглянул на нее, потом на Кира и снова на девушку.
— Я не начальник и приказывать не могу. Но в докладах описывалось все несколько иначе. Очень бы хотелось услышать версию, скажем, без излишних эмоций. Такую, суховатую, в стиле ОЗ.
Слово взяла Кэй. Она нахмурилась, тряхнула головой и сжато изложила все, что произошло. Получился четкий и непредвзятый доклад. Вообще говоря, Виктор практически не слушал: он все и так прекрасно знал. Такой рассказ был необходим прежде всего Киру и Кэй, чтобы вернуть их к реальности, отбросить эмоции.
Пока Кэй говорила, Виктор размышлял обо всех этих плюсах и минусах, которые и составляют человеческую натуру. Эти знаки… Их равное количество. Как судить его поступки? Вот в древности была у людей такая богиня, ответственная за правосудие: Фемида. Ее изображали с повязкой на глазах. В одной руке богиня держала меч, в другой — весы. Но если бы ей и вправду пришлось оценивать всю глубину вины человека, то оружие оказалось бы лишним. Чаши весов уравновешены всегда. И уравновешивает их время… Вместо меча богине лучше держать часы.