Чтение онлайн

А потом Былина нарядила свою излюбленную жертву — Зеленко Машку — в народный белорусский костюм, поставила посреди этнографического музея и заставила распевать «Во поли берёза стояла». Пухленькая Маша приобрела прямо-таки сверхъестественное сходство со спелым помидором с ножками — и по форме, и по цвету, так как во время пения несчастная девочка покраснела до корней волос. И как раз в тот момент, когда она закончила голосить (голос у неё, кстати, был чистый и сильный, как раз народные песни петь), кокошник, который с таким трудом надели на кудрявую Машкину голову слетел и, подпрыгнув, упал на пол. Короткие кудряшки, высвободившись из плена, распушись в разные стороны и встали дыбом. Глядя на всё это, класс просто рыдал от хохота.

Вере жить стало гораздо легче. Надин ажиотаж по отношению к Паше постепенно снизился и теперь появлялся вспышками, и всё стало как раньше, хотя бегать за парнями вместе с подругами Вере приходилось довольно часто — чаще, чем до Надиной «вечной любви».

На улице выглянуло холодное зимнее солнце, и девчонки единодушно решили не идти домой, а прошвырнуться по рынку.

Проехали три остановки на троллейбусе и, хрустя чипсами, отправились ходить вдоль рядов.

Паша вновь завладел всеми мыслями и чувствами Нади. Она не переставала говорить о нем ни на остановке, ни в троллейбусе, ни даже придирчиво оглядывая красивую длинную юбку:

— А вы видели, как он одевается? Шелковый галстук, жёлтый, это же сейчас просто последний писк моды! А костюм? А рубашка? Идеальное сочетание, а если ещё учесть его бесподобную внешность…

И тут Вера не выдержала:

— А по-моему, урод уродом! Тощий, волосы торчком во все стороны, и нос у него длинный!

Надя остановилась как вкопанная и стала судорожно хватать ртом воздух. Вера решила, что немного переборщила:

— Да ладно тебе, шучу я. Но нос у него все равно длинный!

— Вера, — серьезно произнесла Надя. — Пашу не трогай! Он — самый замечательный человек на земле! Самый красивый, самый умный, самый…

Люба сочла нужным вмешаться:

— Эй, Надя, ты будешь эту юбку примерять, или нет?

Надя немого расстроилась, что ей не дали в полном объеме перечислить все достоинства Паши, но всё же ответила:

— Нет. Состав плохой, и скорее всего красить будет при машинной стирке, края плохо обработаны… И тебе этот свитер брать не советую, стопроцентная шерсть — это тоже не очень хорошо…

Пусть существовало огромное количество тем, в которых Надя совершенно не разбиралась, в одежде, её качестве, покрое и различных косметических средствах она была для подруг просто неоспоримым авторитетом (хотя сама всегда одевалась очень неброско, хотя и стильно, и почти никогда не красилась), поэтому Люба отложила свитер.

— …И вообще, поехали лучше в магазин, там качество вещей намного выше, — закончила Надя.

— Ладно, только сначала зайдем здесь в обувной отдел, мне родители новые сапоги обещали купить, хочу посмотреть, из чего выбирать можно будет.

— В магазине тоже обувь есть. А здесь жутко холодно.

— Надя, ну что ты такая неженка! Сегодня намного теплее, чем вчера, всего лишь пятнадцать градусов ниже нуля. И вообще, на рынке, конечно, качество не такое, как в магазине, но зато цены ниже и выбор больше, — возразила Вера.

— Действительно. И вообще, не всегда имеешь возможность одеваться в универмагах.

Девочки завернули в обувной ряд.

— Вера, — внезапно сказала Люба. — А почему бы тебе в кого-нибудь не влюбиться?

— И вправду! Вон сколько симпатичных пацанов вокруг ходит!

— Нет, я так не могу. Как я могу влюбиться в человека, если я с ним даже не знакома? По одной только внешности? Ну уж нет, извините.

— А ты что, ни с одним пацаном не знакома? Все ждешь какого-то принца на белом коне!

— Вот именно!

— Слушайте, какое… Зачем вам, что бы я влюбилась?

— Ну, тогда мы бы все вместе ходили за парнями, и тебе с нами было бы не скучно…

— Вот именно! Не скучно! Для вас любовь — это развлечение, игра… — обозлилась Вера. — Я за парнем бегать НЕ БУДУ! Ни за каким!

— Это ты сейчас так думаешь, — с видом умудренного жизнью человека произнесла Надя. — Вот влюбишься, тогда поймешь. Я ведь раньше тоже как ты считала…

— Да, а теперь носишься за этим… Как его… Пашей, Люба — за Жигаловым, а я между вами, как меж двух огней мечусь… Вон, Люба, глянь, очень даже ничего сапожки!

Люба поглядела на очень красивые высокие сапоги.

— Ни за что! — внезапно заявила она.

— Почему? — удивилась Надя.

— Они на шпильке. Больше всего на свете я ненавижу шпильки! Не переношу просто! Ходить на них совершенно не умею… Обычные каблуки — ещё терпимо, но это…

— Ну хорошо, — слегка удивленно сказала Вера. — Вон ещё, смотри…

Люба подошла к подругам:

— Это не сапоги, а тапочки, это уродство, на это смотреть противно, тут опять эти шпильки… Ух ты, а вот это… Просто супер!

Девочка жадно уткнулась взглядом в высокие сапоги из черной кожи, на платформе, с красивой шнуровкой спереди.

— Вот это да! — но тут Любин взгляд упал на цену, и она отпрыгнула от сапог, как от учебника по физике. — Пятьсот тысяч! С ума сойти! Да мне родители такие разве что за четыре десятки по математике купят! Пошли в магазин, а то опять становится зверски холодно.

— В этом году зима вообще очень холодная. Такой уже давно не было, — задумчиво согласилась Вера.

Доехав до ГУМа, подруги с наслаждением зашли в теплое помещение, совершили налёт на маленькое кафе на втором этаже и, слопав по четыре булочки с двумя чашками горячего чая, отправились в отдел косметики и парфюмерии. Вера с Любой похватали подходящие по карманным средствам блески и тушь по две тысячи рублей, а Надя после тщательных раздумий купила блеск для губ с ароматом черники за восемь долларов. В ответ на недоуменные взгляды подруг с полными руками косметики, Надя, наставительно помахивая одним-единственным тюбиком, ответила:

— Зато я точно знаю, что это высококачественная вещь, а не подделка!

— От обычных блесков еще никто не умирал, — парировала Вера. — Мы с Любой купили раз в пять больше, чем ты, а денег потратили меньше!

Надя пожала плечами, решив не ссориться.

Далее их путь лежал в отдел женской одежды (отдел детской показался им несерьёзным). Оставив полки полупустыми, девочки потопали к примерочным, пошатываясь из-за обилия вещей. Покупать их, естественно, никто не собирался — у друзей таких денег не было, — но примерить все равно хотелось.