Чтение онлайн

Туда они добрались за десять минут.

— У меня, — говорил Виктор, — был здесь знакомый, которому можно доверять.

— Кто же это? — спросил Иван.

— Анатолий, ты его не знаешь. Можно и подходящую литературу у него взять.

Они подошли к двухэтажному и довольно длинному зданию серо-жёлтого цвета. Окна здесь располагались только на верхнем этаже, а на фронтоне виднелась надпись из зелёного огня: «Институт Магических Исследований».

Иван и Виктор подошли к охраннику, стоявшему рядом с плазменным ограждением.

— Нам нужен Ткачов, — известил Виктор работника.

— У вас нет пропуска, — развёл руками тот. — Сейчас попробую связаться, — он включил тилис. — Ткачов.

— Тридцать седьмая лаборатория, — послышался мужской голос из тилиса. Что было на экране, Иван и Виктор не видели.

— Как вас представить? — спросил охранник.

— Виктор Каретный.

Ткачов спросил по какому вопросу к нему обращаются.

— Посылка от сотрудника, Оксаны Мулиной.

Через несколько минут Ткачов, высокий, худой учёный в потрёпанном блёкло-зелёном пиджаке вышел к ним.

— Чего ты хотел? — спросил он у Виктора, когда они стояли на крыльце здания. — У меня нет времени. Что за посылка?

— Я тебе не дам, пока ты нам кое-чего не объяснишь, — сказал Виктор.

— Это так важно? — скептически посмотрел на него сотрудник ИМИ.

— Да. Это — Иван Тишков. Как ты, наверное, знаешь, он потерял память.

— О, — сказал знакомый Виктора. — Интересно, и что же, вернул?

— Да, — сказал Иван, делая небольшой шаг вперёд. — Но сегодня ночью мне приснился тот же сон, что и во время забвения.

— Ты же понимаешь, Анатолий Григорьевич, что это строго конфиденциальная информация, — сказал Виктор.

— Ты меня знаешь, Каретный, — сухо сказал тот. — Я языком попусту не треплю. Сотрудники ИМИ и так хранят множество государственных тайн, так что я знаю, как с такими вещами обращаться. Я же содержимое не ворую, в отличие от некоторых. А зачем мне рассказывать, что кто-то что-то видел? Ты сон запомнил? — обратился он к Ивану.

— Да, но я не буду оглашать эту информацию.

— А я зачем нужен? У меня работа.

— Я не пил зелье, — сказал Иван. — И ничего не забыл. Как это можно объяснить?

— Так слёту сказать не могу, — Ткачов почесал затылок. — Ну, а зелье памяти ты принимал?

— Да.

— Как давно?

— Почти две недели назад.

— Я думаю, отчего — это не так важно. Скорее всего, ещё одна не открытая нами аномалия. Но вы же ничего не говорили. Просто пока неизвестны случаи, чтобы люди выживали после забвения сравнительно долгий срок и даже принимали зелье памяти. Так что сна никто не помнит, и эта информация о его содержании очень ценна.

— А почему люди умирают? — испуганно спросил Иван. Ему важно было знать разные версии.

— Никаких сведений о себе, неприспособленность к миру, высокая уязвимость, — просто сказал Ткачов. — Омоложение было?

— Да.

— Сколько?

— Двадцать лет.

— Ну, я думаю, это большой срок, но этот сон мог вернуть обратно шесть-двенадцать месяцев — ближе к старости. До пяти-десяти лет смысл омоложения мог вообще потеряться. В общем, я думаю отрицательного в этом, лично для вас, Тишков, ничего нет. Ладно. Я ухожу. У меня много работы. Что за посылка?

Виктор протянул ему мешок с золотыми монетами.

— Вот она, — улыбка коснулась уголков его рта. — По совместительству ещё и плата за пояснение. Теперь можешь не идти на работу, а, например, отпуск взять.

— Воздержусь, — сухо сказал сотрудник ИМИ, взяв мешок. Он поднялся наверх и вскоре скрылся из виду.

На пороге дома № 20 на улице Викингов Ивана и Виктора встретил слуга.

— Вас ждёт ваша дочь, — сказал Степан начальнику. — Оксана.

Двое друзей прошли в гостиную. На диване сидела, положив ногу на ногу и сложив руки накрест на груди в закрытой позе, явно возмущённая чем-то, старшая дочь хозяина жилища.

— Здравствуй, дочь.

— Привет, Оксана.

— Что случилось? — спросил отец. — На тебе лица нет.

— Вчера, — начала сквозь зубы девушка, — я узнала, что мой жених мне изменяет.

— Как? — удивились почти хором Иван и Виктор.

«Катя бы никому из родителей не сказала», — совсем некстати промелькнула мысль у Вани.

— Да так, — фыркнула Оксана. — Я же была на банкете и видела, как он заигрывает с одной…

Дочь замолчала.

— Заигрывает… — задумался отец. — Ну, это ещё ни о чём ни говорит, возможно, тебе просто показалось…

— Не показалось, папа! Я видела, как они вместе садились в его трансоль. Я видела, как он её целовал… — Оксана перевела дух. — Он же опоздал к вам на встречу?

Иван и Виктор переглянулись и кивнули.

— Ваша встреча в полдвенадцатого примерно закончилась?

Иван кивнул.

— А ко мне он приехал после двух… — последние слова она говорила срывающимся голосом.

— Но почему? — недоумевал отец.

— Я думал, он покончил с этим, — сказал Иван.

— С чем?

— Он же был первым казановой, сколько я его знал.

В этот момент в комнату вошёл слуга.

— К вам Владимир Козлов, — известил он.

— Явился, — фыркнула Оксана.

Слуга открыл дверь, и Вова вошёл внутрь. Он оглядел комнату. «Зачем я пришёл, — думал он. — Она же здесь».

— И зачем ты приехал? — воскликнула она.

— Вова, — повернулся к нему Виктор. — Ты можешь мне всё объяснить?

Иван с любопытством смотрел на Володю.

— Недавно, — сказал тот, — пару дней назад, я завёл короткий роман с девушкой из ИМИ, когда ходил по делам от гвардии, а заодно Оксану проведать. Она пришла на банкет, мы пару раз поцеловались, ну… в общем, вы сами всё знаете. А потом я бросил её.

— Да как ты мог так с моей дочерью поступить! — разгневался отец.

Иван продолжал наблюдать.

— Я знаю в чём моя вина, — твёрдо произнёс Владимир. — Я хотел обмануть Оксану… У меня не вышло, и… Да, я такой! И я вообще не понимаю, зачем я сюда пришёл, — он махнул рукой и вышел из комнаты.

Через несколько мгновений раздался пронзительный, душераздирающий крик Оксана. Отец бросился утешать разрыдавшуюся дочь, а Иван, не до конца поняв своих чувств, ринулся за сыном.

Тот уже шёл по тропинке посреди обильной лужайки Виктора, как его схватила за плечо рука.