Чтение онлайн

Там он вдруг наткнулся на фотографию своей девушки, когда той было лет четырнадцать-шестнадцать. Сердце почему-то очень сильно обожгло. Возник страх за Катю: а вдруг с ней что-то случилось?

Насчёт Володи Иван верил слову короля и ждал возвращения друга.

Тут в комнату зашла Оксана.

— Мама пошла за Машей, — сказала она. — Мы там пожарили мяса. Дай мне адрес этого вашего друга, пожалуйста, я волнуюсь.

Иван, рассчитав, что гвардейцы уже отпустили Вову, дал ей адрес и проводил до двери. Тогда он вспомнил про другой адрес… Он достал из кармана бумажку с подчерком Виктора: «Улица Сов 12, 4 этаж». Удивило, что нет номера квартиры.

Послышался открывающийся замок. Это был Вова. Он запыхался, глаза его были в ужасе и радости одновременно, а одежда потрёпана. Он прошёл в их с Оксаной комнату и завалился в кресло.

— Где Оксана?

— За тобой пошла, — усмехнулся Ваня. — Тебя схватили, и ты хочешь знать почему?

Вова кивнул.

— Как я понял, — задумчиво проговорил он, — Свинский сдал Елина.

— Так и есть. А ты теперь будешь за Борсию, либо против меня…

У Вовы открылся рот. Иван рассказал ему всё, что произошло в доме номер двадцать по улице Викингов и на южном кладбище. Дослушав, Вова задумался.

— Так что? — спросил Иван. — С кем ты?

— Я всегда с тобой, — сказал Вова. — Но у меня есть и свой взгляд. Всё вокруг так изменчиво!

— Послушай, — Иван сел на стул рядом с другом. — Вспомни, сколько Керилан сделал подлостей; вспомни свои корни. Ты даже по духу наш!

— Да, но… человек, который меня воспитал и стал мне отцом…

— Сейчас его нет. Ты всю жизнь должен почитать его и помнить, но не надо перенимать чужие взгляды, кем бы ни был их обладатель. Да, он считал Керилан своей родиной, но больше он к нему ничего хорошего не испытывал. Мы жили в дремучей глубинке, там было тяжело, туго. Как помогала нам власть? Нас спасали сильные магические потоки, крепкие фермерские хозяйства и плодородная земля. Власть лишь взымала налоги. В Войланске она нас заметила. Мы решили, что будем служить империи, причём не за бесплатно. Что-то мне подсказывает, Володь, из моего прошлого, видимо, что и в Борсии тоже власть не идеальна — глубинкам здесь приходится ещё хуже. Но вопрос в том, что выберешь ты! Ты живёшь сегодня и смотри на вещи с высоты разума, логики и чести.

Вова потупил взгляд, задумался на несколько минут и наконец произнёс:

— Будь то, что должно быть. Я всё равно с тобой буду, брат!

И они весело хлопнули друг друга по плечам.

Через час пришла Катя. Как только она появилась на пороге, её молодой человек заметил в её глазах, выражении лица и жестах, что прошли грусть и слабость, а появились сила и задор. Он взглянул на друга. Тот лишь едва заметно понимающе кивнул.

Катя поцеловала Ивана и прошла к себе в комнату. Он последовал за ней.

— Всё в порядке?

— Да, Вань, — сухо сказала она. — Я сходила развеялась, — эти слова ответили сразу на несколько вопросов, которые могли последовать дальше, но не на все мысли, которые возникали у него в голове. И он ушёл посидеть с другом.

— Слушай, Вов, а ведь твой отец — единственный, кто со мной общался из старших. Родители Насти, Паши и других ведь должны были побаиваться меня.

— Они больше по поводу дома парились, — ухмыльнулся Вова. — Правильно батя говорил, что слишком много суеверия в посёлке с ним связано.

— А ещё что он про тот дом говорил? — стало интересно Ване.

— Он сказал, что если там всё это и произошло, то там ничего нет больше. А наши деревенщины как всегда себе накручивают. Не парься ты! Зато этот дом стал для нас настоящим укрытием от предков. Хочешь — пей, хочешь — вопи! Так и знал, что всё в порядке с ним! Видишь, а ты переживал тогда, что там маньяк жил!

— Вова.

— Чего?

— А ты отца не ищешь?

У Вовы появилось неестественно для него стеснительное выражение.

— Я так, парочку объявлений повесил. Давай сначала с твоей проблемой разберёмся.

Ваня очень ценил дружеское плечо и то, сколько раз Вова вставал на его сторону, так что не стал напирать. Он понимал, Вове неловко думать о настоящем отце.

Вечером вернулись остальные. За чаепитием при всех Иван хотел обсудить Катю и спросить, что с ней случилось, но Вова остановил его. Взгляд друга говорил: «Поверь, это здесь не нужно совсем».

После этого Иван позвал к себе их обоих. Они сели в углу опустевшей кухни.

— Вот, — он вытащил из кармана адрес. — Здесь я жил до забвения.

— Откуда это? — спросил Володя.

— Виктор дал. Кстати, мы с ним были отличными друзьями.

— Правда? — удивилась Катя.

Ваня кивнул.

— Мы завтра туда съездим.

Катя взяла в руки бумажку.

— А почему нет квартиры? Это дом? — спросила она.

— Нет. Виктор сказал, что это квартира. Меня самого удивило.

Катя дала ему знак, что будет ждать у себя, попрощалась с Вовой и ушла.

— С ней что-то происходит, — сказал Иван.

— Ничего не вздумай никому говорить про подробности своего прошлого, — предостерёг Володя. — Не надо вскрывать всем свои карты, когда нам ещё предстоит во многом разобраться. Как я понял, тебя не устроило то, что тебе рассказали.

— Ты имеешь в виду, что я хочу узнать больше?

— Да.

— Конечно, во всей этой истории, что я сегодня услышал, ничего не связано с забвением…

И оба, догадавшись, вскрикнули, разбудив в соседней комнате Машу:

— Улица Сов! — в один голос.

— И всё же, — расхохотался Володя, — Сарайским поделом досталось.

— Согласен, — решил Иван.

Вскоре он отправился к Кате. Как только он зашёл, увидел, что она читает книгу: «Практика магии Воды».

— Повторяю, — отвечала она на вопрос, который уже возник в голове у Ивана. — Старые материалы, чтобы не растерять магические навыки.

Этой книги Иван не видел в её руках ещё с института.

— Для такого нужна ещё и практика. Теперь ясно, чего ты так долго гуляла.

Она рассмеялась.

Через пару часов, когда девушка уже заснула, Иван сунулся в ящик, достал книгу и открыл её на том месте, где была закладка. Тема удивила его: «Магическое цунами». Зачем это ей? Иван был убеждён, что у неё с врагами после его боя с Костей была окончена дискуссия. Он спокойно и устало лёг спать, но запомнил увиденное и взял себе на заметку.

* * *

Назавтра Иван, Катя и Володя приехали на улицу Сов и нашли там дом номер четырнадцать. Увидев его, в Ване что-то словно перевернулось, а на сердце появилась грусть. Это было старое четырёхэтажное здание, выложенное несколько веков назад из разноцветных кирпичей.