Чтение онлайн

И вот восемнадцатого июня, в тот день когда Александр допрашивал грабителей, Ваня сказал своей девушке, что они с Вовой идут к Елину. Катя, отревновав его как положено её натуре и сделав видимость, что успокоилась, пошла гулять в парк, пока собравшиеся тучи не разродились дождём.

Там, присев на скамейку, она всплакнула. Она до сих пор не могла никому рассказать про Климовых, просто не находила сил даже выговорить такое. И она всегда бледнела и молчала, если тема разговора переходила на убийство этих людей.

С ревностью было проще, но больнее, так как это лично относилось к ней. И это ей даже не нужно было говорить: и так всё было видно.

До неё дотронулась чья-то рука. Катя обернулась и увидела перед собой рыжеволосую девушку. Дарья, принцесса Борсии.

— Чего тебе? — сухо спросила Катя.

— Я заметила тебя, — Дарья присела рядом на скамейку. — Заметала, что ты расстроена и решила подойти.

— Надо же, — с холодной, презрительной безразличностью и ложным оттенком самопринижения, свойственным девушкам, сказала Катя. — Это так заметно: я думаю, причину не надо объяснять.

— Да, — ответила принцесса. — Не надо. Ты хоть теперь понимаешь, что Ваня со мной будет?

— Он сказал мне, что отшил тебя.

— Ну это пока что. А когда он всё вспомнит…

— Папа не даст ему это сделать.

— Да кто вы такие, — возмутилась принцесса, — что взяли на себя право решать, что знать человеку о себе, а что нет? В чём причина такого недоразумения? Или безумия, не знаю, как назвать…

— Не знаю причин. Но каким бы ни было его прошлое, — Катя в слезах схватилась за край скамейки, изо всех сил придавая своему взгляду уверенность и стойкость. — Я люблю его, и мы… будем вместе.

— Я тоже его люблю, — воскликнула принцесса. — И не думаю, что Ваня не отвечает мне взаимностью. Стой, — на губах Дарьи появился отблеск улыбки. — У меня идея.

— Идея?

— Мы выясним с тобой отношения на магической дуэли.

— О, я буду счастлива разбить тебе голову.

— Я переломаю тебе все кости. Значит, ты согласна?

— Конечно. Только гляди не струсь.

— Не бойся, не струшу.

— Когда и где? — осведомилась Катя.

— Ну… ты летать умеешь?

— Не особо, а что?

— Как насчёт крыши здания Кроны?

— Туда и без полётов забраться можно

— Тогда давай, скажем, двадцать шестого встретимся и решим, когда будет дуэль.

— Хорошо.

— Значит, договорились?

— Значит, договорились, — повторила Катя.

С этого момента в ней пробудился боевой дух. Первое задорное и, в принципе, хорошее чувство за последнее время.

А пока Катя принимала вызов на дуэль с необычным врагом, Ваня и Володя пришли к Елину. Уже начало моросить. Ректор снимал квартиру на десятом этаже на окраине Доброграда. Друзья быстро поднялись, и Елин открыл им дверь.

— Садитесь за стол, — пригласил он.

Ваня первый раз был в этой квартире. Они с Володей приземлились на диван, и хозяин подал им волшебных шашлыков, а сам плюхнулся напротив, весь хмурый.

— В чём дело? — спросил Володя. — Я вижу, Константин, вы в плохом настроении.

— В чём дело?! — переспросил Елин более агрессивно. — А вы не читали утренние газеты?

— Не успели купить, — пояснил Ваня.

Елин достал «Борсийскую правду» и зачитал:

— «Этой ночью была предпринята попытка ограбить наш национальный музея. Благодаря самоотверженности гвардейцев Леонида Мишина, Василия Старого и господина Дубовского (подозреваемого по делу журналиста Юрия Чамосского), злоумышленник был схвачен. Его имя Григорий Гарриклонский. Он работал вместе с охранником «Богатства народов» Тимуром Ушаковым, который представлялся перебежчиком из Керилана. А также был схвачен чиновник Кроны Андрей Свинский, который по национальности оказался кериланцем. Возникает резонный вопрос: сколько ещё таких «перебежчиков» шпионит за нами в наших государственных учреждениях?» — Елин взглянул на молодых людей и сказал: — Ну как вам?

— Кошмар, — говорил Вова. — Теперь они могут и нас поймать.

— И нас… — согласился ректор. — И всех… Эта троица может нас сдать… Дубовскому я вообще дивлюсь. Вот настоящий перебежчик!

— Да уж, — сказал Володя. — Не ожидал от него.

— А кто ожидал? Хотели достать кинжал, а попались в лапы к врагу… Уверен, Дубовский приложил к этому руку. Вы, кстати, хотя бы один артефакт достали?

— Нет, — быстро и уверенно соврал Иван, давно ждавший этого вопроса. — Ничего.

— Да-м… — промычал со спокойствием Елин. — Никто, самое главное, ничего не достал. Насчёт вас и остальных не знаю, но лично я через час уезжаю.

— Как так? — не понял Иван.

— Да вот так. Не собираюсь я сидеть и ждать, пока меня схватят как эту троицу непутёвых грабителей. Я утром, едва увидев эту статью, связался с Фёдором, он с императором, и тот меня отпустил. Тем более в августе начинается обучение в ВИМ, а мне надо ещё подготовиться, я ректор как-никак. Но вас я позвал не только за этим.

— А зачем ещё? — спросил Вова.

— Иван, — Елин повернулся к парню. — Ты ведь два года тому назад подвергся заклятью забвению?

— Да, — хмуро кивнул Иван. — А у вас есть что-то, что может помочь?

— Да, есть, — и их бывший ректор вытащил из шкафа бутылку, наполненную каким-то зеленоватым чаем. — Ты ведь помнишь про зелье забвения?

— Да, — ответил юноша. — С его помощью забывают всё… как в моём случае — вы говорили это на первой лекции. Но что это? — Иван покосился на бутылку.

— Это, — отвечал Елин, — зелье памяти. Та же самая операция, только со словом «вспомни», вместо «забудь». Ночью того же дня, в который ты это выпил, тебе снится история того, что было перед первым заклятьем — причины, события, за которыми оно последовало, — и на утро ты помнишь всё, что было до и после твоего забвения.

Иван радостно встал и схватил кружку, но Елин его остановил.

— И кто же скажет «вспомни»? — сказал он.

— Вы или Вова.

— И ничего не будет.

— Как? Почему? Или нужно…

— Да, дорогой мой, — продолжал Елин его мысль. — Ты хотел сказать, что нужен тот же человек?

— Да, именно это.

— Кто сказал «забудь» — тот и скажет «вспомни». Но не надейся, омолодиться не получится. Я думаю, ты найдёшь виновника своего забвения.

— Я уже нашёл, — сказал Иван.

— Тогда узнавай всё поскорее, — посоветовал Елин, — и уезжай, как только сможешь. Но разреши своему старому преподавателю узнать, насколько тебя всё-таки омолодили?

— На двадцать лет, — ответил Вова, и Ваня подтвердил кивком.

Ректор улыбнулся.

— Что ж. Не могу сказать, что я совсем не догадывался.

Елин подвёз наполненные чемоданы к двери, сел рядом с бывшими студентами, взглянул на Ваню и заговорил довольно серьёзно:

— Ты был моим очень важным образовательным экспериментом. Признаю, что ты оказался одним из самых талантливых учеников, и мне больше всего хотелось посмотреть, как ты будешь себя вести в полевых условиях. Я не мог отказаться от такой возможности и отправился вместе с тобой на все задания органов.