Чтение онлайн

Затем я увидел иглу в ее руке.

Когда Вайолет увидела меня, сморщенное личико двухлетней девочки расслабилось, и она расплылась в зубастой улыбке, начав размахивать ручками. Лука воспользовался этим моментом, чтобы подхватить ее на руки и одновременно забрать иглу. Как только Лука взял ее на руки, Вайолет начала кричать, как дьяволица, и тянуть руки ко мне.

– Все в порядке, милая, - промурлыкал я, входя в комнату. Лука быстро передал ее мне. Странный полу-всхлип-полу-смех вырвался из моего горла, когда я прижал малышку к груди. Она начала гладить меня по щекам.

– Ми-ми, - повторяла Вайолет снова и снова.

Я проигнорировал желание рухнуть прямо на пол и просто прижать к себе маленькую девочку. Но и так я не мог заставить себя пошевелиться. По моему телу словно пробегала дрожь, и я боялся, что от малейшего движения взорвусь.

Но от чего же я взорвусь?

– Реми...

Я услышал, как мое имя повторили еще пару раз, но я никак не отреагировал, пока не почувствовал, как что-то теплое коснулось тыльной стороны моей ладони.

И это было не маленькое извивающееся тельце Вайолет.

– Реми, малыш, посмотри на меня.

Это ласковое обращение заставило меня удивленно посмотреть на Луку. В какой-то момент он придвинулся ко мне ближе… достаточно близко, чтобы Вайолет замолчала и наблюдала за ним своими большими настороженными глазами.

– Реми, это та, кого ты искал?
– спросил Лука. Я слышал слова, но с трудом понимал их смысл.

Что, черт возьми, со мной происходит? Почему я вдруг почувствовал холод по всему телу?

По моей щеке пробежал жар. Резкий контраст с тем, что я чувствовал в остальном, заставил меня всхлипнуть.

Какого хуя? Я не всхлипывал. Я не реагировал на слащавые выражения нежности, типа малыш.

И я, черт возьми, не застывал на месте.

Я действовал.

Я двигался.

Эти напоминания заставили меня открыть рот, чтобы сказать Луке, чтобы он убрал руку с моей щеки, но все, что я смог произнести, был слабый шепот, очень похожий на его имя.

– Все в порядке, Реми, она в безопасности, - ответил Лука.

Я ошеломленно наблюдал, как он вытащил из-за спины пистолет и засунул его за пояс, затем снял свою длинную куртку, сложил ее пополам и начал укутывать Вайолет. Я знал, что должен помочь ему укутать ребенка, но мне казалось, что я тону, и я боялся открыть рот.

В конце концов, я уже назвал его по имени… что, черт возьми, я должен сказать дальше?

Именно Вайолет удалось вывести меня из оцепенения, потому что она сморщила лицо, когда на ее густых ресницах начали собираться крупные слезы.

– Все хорошо, Вайолет, - каким-то образом мне удалось выдавить из себя, когда я стал покачивать ее.

– Вот, принцесса, - сказал Лука и неожиданно протянул Вайолет маленький брелок в виде футбольного мяча. Мягкая игрушка быстро заинтересовала Вайолет, и хотя по ее щекам скатилось несколько слезинок, она не издала ни звука, пока рассматривала брелок.
– Реми, мы пришли сюда из-за нее?
– Снова спросил Лука.

Я кивнул.

– Д-Да, - прошептал я.

Внезапно рука Луки легла мне на поясницу, и он стал выводить меня из комнаты. Я знал, что должен сказать ему, чтобы он не прикасался ко мне, но промолчал. Я сказал себе, что это потому, что мне нужна физическая поддержка на случай, если я споткнусь обо что-нибудь, держа Вайолет на руках.

Я проигнорировал свой мозг, который кричал, что это чушь собачья.

Вайолет радостно залепетала, играя с брелоком. Она показала его мне несколько раз. Ее игривые детские звуки помогли снять таинственное напряжение в моем теле, и я смог двигаться быстрее.

– Встретимся на третьем этаже, - услышал я голос Луки. Я взглянул на него и увидел, что он кладет трубку.

– Кто это был?
– Спросил я.

– Мои люди, - сказал Лука. Он обвел нас взглядом. Его свободная рука все еще была у меня за спиной, но он быстро заменил пистолет телефоном.

– Твои люди?
– Тупо спросил я, пока не вспомнил о парнях в его машине.

Телохранители.

На кой черт ему понадобились телохранители?

– Большинство из этих людей слишком заебаны, чтобы пытаться ограбить нас, - пробормотал я.

– Тот мудак в переулке сказал, что Карла пыталась продать «ее», - Лука посмотрел на Вайолет.
– Не хочу рисковать, если она уже нашла покупателя.

Я чуть было не остановился, но рука Луки на моей спине заставила меня двигаться вперед.

Лука беспокоился о ребенке? Он вызвал своих телохранителей ради нее? Он был эгоистичным придурком, так какое ему было дело до маленькой девочки, которую он не знал?

Нет, он лжет. Он беспокоится о том, чтобы вытащить свою задницу отсюда целой и невредимой.

У меня перехватило горло, и я вдруг почувствовал, что мне трудно сглотнуть. Во второй раз я задался вопросом, что со мной происходит. Я нашел Вайолет. Она в безопасности, и я позабочусь, чтобы так оно и оставалось.

Дело закрыто.

Так почему же меня так пиздецки трясет?

Я молчал, пока Лука вел меня вниз по лестнице. На лестнице нас встретили его телохранители, и хотя я знал, что они тут, чтобы защищать Луку, а не нас с Вайолет, я все равно почувствовал облегчение.

Что разозлило меня еще больше, потому что я не нуждался ни в ком из этих парней, чтобы вытащить нас с Вайолет отсюда. Я бы прекрасно справился и сам.

Как только мы вышли из здания, я приказал своему разуму отойти от Луки, чтобы мы с Вайолет могли идти своей дорогой. У меня не было точного плана, что делать дальше, но я бы придумал.

Я всегда так делал.

Но в очередной раз мой разум или мое тело - или и то, и другое - отказались подчиниться, и в итоге я позволил Луке отвести меня к его машине, а затем усадить нас с Вайолет на заднее сиденье.

– Реми, где мама Вайолет?
– услышал я, как спросил Лука.

Образ безжизненного тела Джеки вспыхнул у меня в голове, лишив меня дара речи. Поэтому я просто покачал головой, не сводя глаз с Вайолет, пока она играла с брелоком.

Последовало несколько секунд молчания, прежде чем Лука мягко спросил:

– Это твой ребенок?

Я снова покачал головой и молча попросил Луку больше не задавать мне вопросов. Мне не нравилось, что у меня было так много проблем с ответами на них. Я был рад, что мне удалось отстраниться, когда Лука коснулся моего плеча, что, вероятно, должно было означать ободряющее похлопывание.

Хорошо, по крайней мере, что-то в моем мозгу заработало.

Я чувствовал на себе взгляд Луки, и мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не смотреть на него. Мне было наплевать, беспокоит ли его моя отстраненность.