Чтение онлайн

— Онии-сама, это Миюки.

Ну, дома-то были лишь они вдвоём.

Следовательно, личность была ясна, даже если бы она просто постучалась без слов.

Но Миюки всегда произносила своё имя, будто желая навсегда остаться в его сердце, будто боясь, что Тацуя забудет её имя.

— Входи, — сказал он, смотря в экран.

При входе в комнату казалось, что консоль встроена в боковую стену.

Быстро просматривая длинные строки текста, боковым зрением Тацуя поймал силуэт своей сестры.

— Я принесла пирожные, которые хотел Онии-сама... Не желаешь ли чая?

Чтобы привлечь его внимание, предложение было озвучено неуверенным голосом.

Для Тацуи это было не просто предложение попробовать пирожные, а одно из достоинств его сестры — пусть это кроме него никто не заметит и не поймёт.

Сто лет назад мало кто говорил «пирожные прибыли», а теперь это стало довольно известной фразой.

С прогрессом транспортных систем фраза «таскать багаж» ушла в прошлое.

Теперь даже маленькие предметы, такие как пирожные, доставляются бесплатно.

Конечно, для магазинов вопрос получения заказа и доставки товара был всегда предметом спора, где на одной стороне весов было «снижение количества излишков товара», а на другой — «повышение количества покупателей». Всё это и привело к текущей системе доставки.

— Уже иду.

Ответив, Тацуя сохранил информацию на экране и добавил закладку на рабочий стол.

Наслаждаясь любимыми шоколадными пирожными Миюки и запивая оставшиеся сладости горьким кофе, Тацуя переключил консоль гостиной в режим просмотра данных.

— ...Могу я тоже посмотреть?

Тацуя еще не съел свое пирожное; не говоря о Миюки, которая ела ещё медленнее.

Он продолжил открывать файлы, подчеркивая своё согласие.

— Разумеется.

Но Миюки требовалось устное согласие, так как она просила разрешения сесть рядом с ним.

— Такие темы обычно не обсуждают в кругу семьи, ну да ладно. Это имеет к тебе отношение, поэтому, чем раньше ты узнаешь, тем лучше... И не стоит так нервничать.

Видя, что его сестра отложила вилку и села в формальную позу, Тацуя указал, что в этом нет необходимости.

Она немного смутилась и снова взяла вилку в руки.

— Дата-файл. «Бланш». Открыть.

Естественно, что на столе для еды клавиатура не предусмотрена.

И пусть ему это не очень нравилось, но Тацуя всё же использовал голосовые команды для прямого вывода файлов расследования на экран.

— Речь о политической организации, вовлечённой в антимагическую деятельность, о которой мы разговаривали во время обеда?

— Её члены зовут себя гражданским движением. Негласно же они — скандально известная террористическая группа. И, похоже, члены этой группы проявляют активность в школе. Организация «Эгалит» подчинена «Бланш». Во время патрулирования школы я видел некоторых учеников, которые могут быть членами «Эгалита».

Эти слова удивили Миюки, но, обдумав их, она кивнула головой.

— Ученики с антимагическими взглядами в школе магии?

— Твой скептицизм вполне естественен.

Видя её замешательство, Тацуя кивнул в знак согласия.

— И не только в Первой старшей: люди поступают в магические школы, потому что верят, что это позволит им развить их магию. Делают они это сами, или их туда отправляют — это совсем другая история. Поэтому отрицание магии учениками магических школ подобно самобичеванию.

С точки зрения Тацуи, даже если общество считает его плохим волшебником, как исследователь магии, он вовсе не намерен её отрицать.

— Они избрали очевидный и логический путь, и это может показаться странным... Но идеи этой организации распространяются так быстро именно из-за этой «очевидно-логической» составляющей.

— ...Что ты имеешь в виду?

— Если ты будешь рассматривать их с обычной точки зрения, то ничего не поймёшь. Тут надо анализировать несколько точек зрения. Во-первых, почему они проповедуют антимагической идеологии, но не отрицают саму магию в целом?

— Хм, а ведь верно...

— Они предлагают убрать сформированные магией различия в обществе. На первый взгляд, довольно правильная и безупречная идея.

— ...Ну да.

— В таком случае, в чём же истинные различия?

— Талант человека или тяжелая работа не гарантируют адекватную компенсацию со стороны общества?..

— Миюки, я уже говорил, смотри с разных точек зрения.

Ответив ей, Тацуя подобрал со стола пульт управления и повернулся к экрану.

На нём появилось шестнадцать различных картинок, каждая из которых то увеличивалась, то уменьшалась.

— «Бланш» на первый взгляд кажется политической организацией. Их доказательства привилегированного положения волшебников исходят из различия заработной платы волшебников и обычных людей. Они делают акцент на разнице в средней зарплате. Но дальше этот вопрос не рассматривается. Они не учитывают нагрузку волшебников, которая приходит с такой зарплатой. «Бланш» также игнорирует тот факт, что волшебникам разрешают работать только в тех отраслях, где требуется магия, а некоторые из них, поддерживающие других волшебников, получают поменьше, чем обычные офисные работники.

Тихий голос Тацуи был лишён эмоций. Но в нём можно было уловить отголоски тоски.

— Не важно, как ты способен или уникален — пока обществу не требуется твоя магия, ты не получишь ни значительного количества денег, ни народного признания.

Миюки печально опустила взгляд.

Тацуя встал, немного походил, а после положил руку на плечо сестры.

— Есть причина, по которой волшебники так много зарабатывают. Всё потому, что обществу нужны определённые специалисты в магии. И прирост их очень ограничен — от этого зарплата становится запредельной. Далее — боевые волшебники и ответственные за устройство государства. Они могут предоставить обществу какую-то пользу: денежную и так далее, за которую они получают большую компенсацию, а не за то, что им «повезло» родиться волшебником. Наш мир очень жесток, и то, что ты родился с талантом к магии, совсем не гарантирует хорошее будущее. Я думаю, ты это прекрасно понимаешь. Так ведь, Миюки?

— Да... Очень хорошо понимаю.

Миюки кивнула и накрыла его руку своей рукой.

— То есть «Бланш», предлагая убрать вызванные магией различия в размере зарплат, на самом деле выступает за отмену денежных поощрений пользователям магии. Иными словами, они предлагают волшебникам самоотверженно и безвозмездно вносить вклад в развитие общества.

— ...Довольно эгоистичное предложение. Каждому нужны деньги для выживания, вне зависимости от того, пользуешься ты магией или нет. Но они не позволяют волшебникам использовать её для полного обеспечения, а если магам надо будет осваивать другие профессии для выживания... В конце концов, просто потому, что они не умеют пользоваться магией, они не хотят, чтобы она становилась единицей измерения значимости человека! Их слова о том, что тяжёлая работа волшебников ещё не повод для достойной компенсации — просто намёк на ненужность такой деятельности... Или такие люди просто не знают, что рождение с талантом к магии ещё ничего не значит? На познание магии уходят многие годы интенсивного обучения и тренировок!