Чтение онлайн

Интересно, кто его отец? Лорд, барон… герцог? Ладно, спрошу при случае.

А знаю ли его я? Честно говоря, сомневаюсь, учитывая свою необразованность в этой сфере нашего королевства.

— Очень приятно, Элеон, — я присела в ответном поклоне.

— Обед можно подавать, — распорядился Арнеф, вновь подавая мне руку, и добавил уже мужчине: — мы спустимся через четверть часа.

Молчаливо поклонившись, Элеон вышел из холла, оставив нас одних.

— Выберешь себе комнату? — спросил дракон, утягивая меня в противоположную от хлопнувшей за лакеем двери сторону.

— Положусь на твой вкус, — не решаясь на такую наглость, ответила я с улыбкой.

Арнеф ведь и так очень много для меня сделал!

Мы зашли в дверь напротив, прошли по длинному коридору с окнами во всю стену и свернули на каменную лестницу, похожую на ту, что была у входа.

Подойдя поближе — ахнула! Ее ступени были вырезаны из настоящего Драконьего мрамора — редкой белоснежной породы с едва-заметными черными и огненными вкраплениями и прожилками.

Арнеф молча вел меня через коридоры — витражи, ковры, картины и различные драгоценности, висевшие прямо на стенах, попеременно сменяли друг друга. Золотая лепнина освещала наш путь, словно полыхающие факелы над потолком, подчеркивая роскошь и величие этого места.

Наконец, мы остановились перед массивной черной дверью с золотой ручкой, ярко выделяющейся на фоне белого коридора и таких же белых дверей. Дракон взял ключ из кармана штанов и открыл дверь, приглашая меня в сокровенный уголок своего мира.

Шаг — и я оказалась в настоящей сказке!

На стенах разлилась волна драгоценных сине-фиолетовых камней. Повсюду витал какой-то едва уловимый волшебный запах, не поддающийся описанию. Дневной свет проникал сквозь тонкий, блестящий россыпью серебряных искорок, тюль, создавая на черном полу замысловатые рисунки, напоминающие звездное небо в ночи. Мягкая бархатная обивка мебели так и манила прикоснуться к ней рукой, приглашала устроиться поудобнее.

Под искрящимся серебром балдахином пристроилась по-королевски большая и наверняка очень удобная кровать с ворохом сине-фиолетовых подушек у изголовья. Прямо как у настоящих восточных принцесс!

С двух сторон от кровати были неприметные черные двери — по всей видимости, ведущие в гардеробную и ванную комнаты.

Я словно очутилась в настоящей жеоде — камне, искрящимся своим уникальным внутренним миром!

— Это твое личное убежище, — сказал Арнеф, улыбаясь, будто его забавляло мое удивление. — В любое время.

Все внутри смешалось. Было неловко, ужасно неловко, но… Роскошь и сказочность этого места дарили настоящий детский восторг. Я в жизни такой красоты не видела!

А Арнеф предложил мне здесь ночевать… Я же не усну теперь!

Искрящимися глазами взглянула в довольное лицо дракона.

— Это… — я обвела глазами спальню и вновь посмотрела на Арнефа, — потрясающе! А вместе с тем безумно пугающе — ты действительно хочешь отдать мне эту комнату?.. Если честно, я тут даже дышать боюсь.

— Это ты зря, — скользнул по мне цепким взглядом. — Лучше дыши. Упадешь в обморок — и я буду просто вынужден расстегнуть парочку пуговиц твоего милого платья.

Опустила глаза, взглянув на себя сверху вниз. Стройный ряд пуговичек шел от самой шеи до середины груди…

Увидев полный возмущения взгляд, Арнеф примирительно поднял руки и быстро добавил:

— Исключительно из соображений твоей безопасности!

— Ох… — мой вздох получился излишне тяжелым, о чем я вот прям сразу же и пожалела.

— Герда? Тебе плохо?! — готовый поучаствовать в моем спасении, дракон подошел непозволительно близко.

— Все чудесно, — отпрыгнула, сохраняя безопасное расстояние между нами.

— Жаль, — выдохнул Арнеф.

Вот и как понять — шутил он или действительно жалел?!

— Кажется, нас ждет обед, — я постаралась перевести тему в спокойное русло.

Да и бутерброды, любезно приготовленные Трией, уже довольно давно переваривались, так что было самое время пополнить запас энергии.

Мне же еще дом родителей искать, в самом деле! Такое на голодный желудок не делается.

И надо бы узнать, насколько далеко мы от столицы.

Я оставила сумку на столике, отметив, насколько инородно она выглядит среди богато обставленной комнаты. Арнеф любезно подал руку, будто он всегда был самым настоящим кавалером и только что совсем не намекал на всякие непристойности.

Так мы и спустились обратно, прошли входные двери, коридор, снова коридор… и попали в большой и светлый обеденный зал! На столе уже стояло бесконечное множество разнообразных блюд, от которых у меня самым некультурным образом начала выделяться слюна. Два вида салатов, большое блюдо с красующейся на нем уткой в апельсиновом соусе, рядом — целая рыба, щедро сдобренная зеленью, необычные маленькие закуски, поражающие воображение, корзинка с хлебом, фрукты и ягоды, что-то искрящееся в графине…

Ела я с большим удовольствием, стараясь не выглядеть, как девочка с голодного края. Припомнив одну из прочитанных книг, даже смогла разобраться в многообразии приборов и отличить обычную вилку от вилок для рыбы и фруктов.

Повод для гордости, я считаю!

После обеда Арнеф пообещал, что вечером для меня будут готовы несколько комплектов одежды на замену.

— Это лишнее, правда, — мне все еще было ужасно неловко.

— Это не обсуждается, Герда, — строго ответил дракон. — Моя гостья не будет ни в чем нуждаться.

Неловкость сместила теплая волна благодарности, разлившаяся в сердце.

Вдруг двери распахнулись и в зал вошел человек в военной форме. Он молча подошел к замершему мужчине и что-то шепнул ему на ухо. Арнеф вмиг переменился в лице. В глазах дракона вспыхнул недобрый огонек, а желваки побелели, показывая плохо скрываемый гнев.

— Минуту, — кивнул он мужчине и подошел ко мне: — Герда, мне нужно отлучиться. Большая просьба — не покидай сегодня дом. Моя гувернантка найдет для тебя занятие, чтобы ты без меня не заскучала.

— Что-то случилось? — я не смогла побороть любопытство.

— Не выходи, — строго сказал дракон и развернулся, чтобы вместе с пришедшим в зал человеком улететь через призванный в полу портал.

И тут же в открытых дверях появилось лицо женщины.

— Лорд попросил приглядеть за вами, Герда, — шаг в мою сторону. — Я — Агата, гувернантка.

Она была очень худа, а темные волосы, собранные в тугой пучок, уже подернулись сединой. Лицо Агаты отчего-то казалось грубоватым. Бегающий по сторонам взгляд, подмечающий малейшие детали, длинный тонкий нос, сжатые в нить губы и изящные запястья, словно она была знаменитой пианисткой. Худощавое тело облегало черное платье ниже колена и белый передник, завязанный сзади на пышный бант.